Чтение онлайн

— Господин майор! Рады приветствовать вашу инспекцию!

Под его черным пиджачком была голубая рубашка, на вороте которой сверкала металлическая черточка, говорившая о звании старшего рядового. Николай покряхтел, поправляя голос. Он уже привык к тому, что вся полиция перед ним ведет себя, словно он генерал или даже выше. Но сейчас это играло на руку юноше — по-видимому, они думают, что это обыкновенная проверка.

— Добрый вечер, господа, вольно — Николай легонько помахал рукой, давая понять, что ему не нужны всякие формальности — да, я с незапланированной проверкой, личный приказ главы Отдела Расследований, бригадного генерала Штейна. Я майор Николай Владыч — он показал значки на своем вороте бордовой рубашки.

Столько страшных слов заставили выпрямиться охранников аж до хруста в спине, не смотря на команду «вольно». Николай вел себя все увереннее и увереннее, ему верят на слово. Он осмотрел глазами окружение. Словно в средневековых катакомбах, в этом здании не было света, только лишь несколько факелов на стенах горели, хоть чуть-чуть развеивая мрак. А ведь это самый первый этаж, еще даже не камеры… мурашки пробегали по всему телу.

— Я бы хотел посмотреть на некоторые камеры, давайте начнем с любой… ну хотя бы с третьей

Охранники переглянулись с какой-то опаской. То ли они боялись возразить, то ли еще что-то, но молодой неуверенно произнес.

— В этой камере содержится заключенный первого класса Артур Мак-Бауман, господин… нам велено было не пускать к нему никаких посетителей.

— Кто велел?

— Час назад к нам приезжал майор Золотого Общества Свиридов, сказал, чтобы к нему ни кого не пускали… и сказал ждать нам еще одну проверку.

У Николая помутилось в глазах от услышанного. Неужели Скрепп успел предпринять что-то, неужели он догадался о его намерении и послал Зака.

— Планы поменялись, я должен видеть Мак-Баумана… или ты хочешь, чтобы Владыка лично приехал с проверкой… хочешь? — Николай сделал голос жестким, угрожающим в рамках возможного — Отведи меня к нему!

Старик с опаской взялся за плечо молодому охраннику. Он покачал головой, давая понять, что не хочет рисковать и сам протянул ему ключи. Молодой охранник, крепко сжал связку в кулаке и поклонился Николаю.

— Прошу за мной, господин майор

Его повели в блок «А». Самый первый, от входного помещения. Все было именно так, как юноша себе представлял. Он даже старался не обращать внимания на грязные облупленные стены, массивные металлические двери, таившие за собой нечто ужасное. Но было очень тихо, словно не было никого здесь кроме двух охранников и Николая. Словно все камеры были пусты и само здание заброшено. Ни окон, ни ламп, ни чего. Только стук каблуков по плитке, отдававшийся где-то вдали эхом. Все это место — одна большая язва Централа. Именно так это воспринимал Николай.

— Это здесь — охранник остановился возле одной из дверей — заключенный обезврежен, находится в резиновых перчатках и скован деревянными колодками на руках.

Николай подумал, как его бы содержали в такой тюрьме… наверное, с ведром воды в руках и колодками на шее, если не мешком на голове. Еще чуть-чуть и он заслужит это в полной мере.

Он осмотрел коридор, пока охранник вспоминал, какой ключ нужен для этой двери. Возле стены находилась небольшая труба, подававшая воду с этажа на этаж. Пора действовать…

— Рядовой, приказываю сдать ваше табельное оружие, наручники и ключи

Охранник как раз только что подобрал ключ и открыл замок. Он недоуменно посмотрел на Николая, словно не веря своим ушам. Выполнит ли, или заподозрит неладное? Николай смотрел ему в глаза со всей серьезностью, тот не знал, что сказать.

— Прошу прощения, что вы хотите сделать, господин майор?

Николай вздохнул, на ходу придумывая ответ.

— Мы зайдем к нему, я осведомлен, что Мак-Бауман владеет силой, позволяющей подчинять неподготовленный разум. Он может воздействовать на вас и использовать это против меня. Отдайте мне ваш пистолет и наручники. Это приказ.

Охранник, еще немного подумав, повиновался и передал Николаю эти вещи. Только он это сделал, как Николай резко схватил его и потащил к трубе.

— Господин майор… что же вы… — закряхтел, испугавшись, охранник, пока еще и не думавши сопротивляться.

Николай показал перед его носом свой сжатый кулак, который тут же вспыхнул ярким красным огнем. Это повергло в ужас охранника, и он замолчал, не спуская напуганных глаз с огня.

— Веди себя тихо и без шума, это для твоей же безопасности. Руки к трубе.

Рядовой подчинился и в следующий же миг был прикован к трубе собственными наручниками.

— Ты понял? Молчи и тогда все будет хорошо.

Охранник все еще не понимал, что происходит, судорожно кивая головой на каждое слово юноши. Закричит ли? Вроде, он достаточно напуган, чтобы не опомниться.

Николай медленно приоткрыл дверь камеры номер три и заглянул в нее. Здесь было холодно, пахло «уличной свежестью», может из-за того, что стекол в окне не было, только решетки. Свет падал только из этого окна, а поскольку на улице была кромешная тьма, то здесь ничего не было видно. Даже очертаний стен, из-за чего не ясно было, насколько велика камера.

Но Артура он заметил сразу. Мужчина, весь избитый, тихо дремал сидя на стуле, с закованными руками в перчатках. Голова его была опрокинута назад, как будто он что-то высматривал в окне, но глаза были закрыты. В тюремной робе он выглядел не так представительно, как в той черной форме с красным галстуком. Рядом была деревянная кровать и еще один деревянный стул, всюду, особенно рядом с Артуром, на полу большие и маленькие багровые пятна.

Николай закрыл за собой дверь камеры, чтобы охранник, пристегнутый к трубе, не услышал их разговора… правда, даже если бы услышал, тяжести совершенного преступления уже более чем достаточно, чтобы разделить плаху Мак-Баумана.

Он взял свободный стул и поставил его перед Артуром. Тот проснулся, заметив шорох нежданного посетителя. Николай сел, положив ногу на ногу и продолжая смотреть на него сверху вниз, загородив ничтожный свет из окна.

— Ты… Владыч — прохрипел он, — пришел поиздеваться… над узником совести? — он говорил с трудом, губы были разбиты, на них виднелась запекшаяся кровь. Но он попытался выдавить улыбку, ехидную, как и всегда. И у него она даже получилось, немного страшная, потому что каждый зуб был словно обрисован черной кровью.

Николай не собирался церемониться и играть в словесные игры с Артуром. Он и сам в глубине себя обнаружил желание вдарить по беспомощному человеку, да так чтобы он опрокинулся со стула назад. Но юноша ограничился лишь крепким сжатием кулаков и спокойно, но строго сказал.

— Мне нужно знать, где укрывается Дмитрий Чадаев, отвечай.

Мак-Бауман только покряхтел в ответ, видимо проведя столько времени в этой тюрьме, смеяться теперь он мог только так. Он поднялся на ноги и прильнул к самому лицу Николая.