Чтение онлайн

Франмар потрепал «львиную» гриву сына.

– Старое городище Рюрика, – вздохнув, сказал воевода, – ильменские словене решили построить новое в противовес старому. Назвали его Новгород. Но для меня это по-прежнему Хольмгард 42 .

Драккар еще немного прошел вверх по Волхову и взору дружины Франмара на другом берегу от Рюрикова Городища предстало поселение, занимающее мысовую часть возвышенности. Оно имело чрезвычайно выгодное расположение, так как его территорию со всех сторон защищали водные рубежи. С городищенского холма было легко контролировать проход судов.

Поселение было несравнимо больше Старой Ладоги. Здесь было больше людей, больше лавок ремесленников, больше купцов. Было это и местом сбора и хранения податей и налогов со всей округи.

Идя к хоромам, как назвал Франмар дом новгородского воеводы, Свен с любопытством рассматривал строения. Многие из них отличались от домов в Альдейгъюборге. Они были большие, двухэтажные, рядом с ними располагались крытые хлева для скота.

Когда прибывшие из Старой Ладоги завернули за угол высокого забора, Свен остановился как вкопанный. И, откровенно открыв рот, пялился на огромных размеров двухэтажный дом. От неожиданного восхищения он даже непроизвольно сделал шаг назад. Во дворе было много челяди, вооруженных до зубов дружинников, двое из которых, улыбаясь, подошли к ладожскому воеводе.

– Давненько не виделись, ярл Франмар, – поклонившись, сказал один из них.

С другим гость обменялся поцелуями в щеку.

– Что-то многолюдно у вас тут, – окинув взглядом двор, сказал Франмар.

– Так старый князь помер, ждем пока Киев пришлет нового. Сам понимаешь, нет власти – нет порядка. Вот дружина и торчит тут.

– А что воевода Волк? – с сарказмом поинтересовался ярл.

– А он перебрался в княжеские хоромы, – усмехнулся дружинник, – да подстрекает люд выступать за то, чтобы князя выбрать из новгородских старшин. Дескать, зачем нам пришлый.

– Возьми-ка, Сигурд, младшего моего, – обратился Франмар ко второму воину, – покажи ему здесь всё вокруг. А мне с Уббой перетереть кое-что надо. А ты, – ткнул он пальцем Свену в грудь, – вОзгри-то 43 не распускай, а лучше покумекай, каким надо стать, чтобы жить как князь.

– В доме много помещений, – начал рассказывать дружинник, приобняв Свена за плечо и уводя его в сторону хором. – Тут не только место для жилья, имеются и большие хранилища для денег и мехов, подвалы с бочками меда и пива, ряд клетей для хранения запасов продовольствия, бани, и тюрьма.

Свен смотрел на всё восторженными глазами. Поднявшись по боковой лестнице, они оказались в просторной зале, потолок в которой поддерживался столбами.

– Это гридница, – пояснил Сигурд. – Здесь располагается дружинники, гриди 44 , тут же князь пирует с дружиной, гостей принимает и суд вершит.

– Сколько же тут людей помещается?

Глаза отрока прищурились, словно прикидывая реальную цифру.

– С полтысячи, наверное.

Свен восторженно присвистнул.

Вернувшись из Новгорода, Свен все чаще и чаще пропадал у «Рыжего быка». Он еще с большим рвением изучал языки, читал и, конечно же, оттачивал владение различным оружием. Старый воин учил Свена не только воевать, он учил его выживать на поле брани.

Берсерк бросал в Свена небольшие камни, уча его ловить их или уклоняться. Но порой они всё же задевали мальчишеское тело, оставляя саднящие царапины и припухлые синяки. Видя, что глаза отрока уже полны слёз, и он готов вопить от досады и боли, «учитель» пояснял:

– Не жалей себя. Жалость унижает мужа, и в настоящем бою тебя никто не пожалеет. И сам не жалей ворогов своих. Помни, ты варяг, для нас сама жизнь – это война, и жалости мы не ведаем.

И снова еловые шишки, камни, тупые стрелы летели в тело Свена, который, словно изворотливый змей, старался ускользнуть от них.

– Что ж этот ракАлия 45 с тобой делает! – причитала Эльда, смазывая Свену ушибы мазью.

– Поведаешь мне опосля, какие травы лечат раны, какие недомогания всякие, – морщась от болезненных прикосновений, попросил Свен.

– Зачем тебе? – удивленно спросила Эльда. – Травницы везде есть.

– Мало ли что. И потом, не буду я травницу в дружину свою брать, – усмехнулся Свен. – Хлопот потом с ней не оберешься, отбивая от блудливых ратников.

– «В свою дружину», – передразнила его Эльда. – Тебе бы самому прежде в княжескую дружину попасть надо, а засим 46 думать о своей.

– Могу посул 47 дать! – кипятился отрок, вскакивая. – Буду я воеводой у Великого князя, буду!

Ноздри у него раздувались, красивые глаза горели неукротимым огнём, а лицо пылало от волнения.

И он снова и снова шел на окраину поселения к «Рыжему быку», словно зная где-то глубоко в сердце, что ему есть еще чему учиться.

– Возьми меч теперича в шуйцу 48 , – приказал «Рыжий». – Атакуй.

– Как же атаковать, коли я в деснице 49 меч привык держать? – смутился Свен.

– Ты воин, а в сражении тот, кто обеими руками одинаково владеет, лепше выживает, запомни!

Уроки, уроки, уроки…

… Вечерело. Свен и «Рыжий» молча сидели на скамье возле дома берсерка. Далёкие зарницы подсвечивали тёмное небо и освещали кучевые облака, нависающие на горизонт. И была в этом какая-то таинственность, ощущение того, что за этим ночным «темно-синим туманом», покрывающем землю, находится что-то яркое и большое. Надо лишь раздвинуть эту завесу.

– Я говорил тебе, что ты викинг, – вдруг ни с того ни с сего сказал «Рыжий».

Свен молча кивнул.

– Но ты не только варяг-рус, ты славянин. Пусть не по рождению, но по судьбине своей. И ты должен научиться быть славянином, думать как они, поступать как они, быть как они. Иначе ты всегда будешь на этой земле пришлым, наёмником и искателем богатства.

– Я говорю на их языке. Разве этого мало? Что значит быть славянином? Разве они не такие люди как мы?

– Люди-то такие, только нутро у них другое. Смотри, примечай, и тебе откроется загадочная, противоречивая, широкая славянская душа.

– Зело 50 мудрено говоришь.

«Рыжий» усмехнулся и продолжил::

– Славян нельзя победить, пока они вместе, в ладу друг с другом, и пока они молятся своим богам. Если хочешь быть одним из них, тебе придется рано или поздно сменить богов и сменить имя.