Чтение онлайн

Я решил изобрести хорошо знакомый мне ручной пулемёт Дегтярёва с учётом уровня имеющихся технологий. Правда, я надеялся на то, что сделаю на нашем литейном заводе оружейную сталь, которой пользуются и в 21 веке. То есть металл для оружия будет отличным.

И последним важным аргументом в борьбе с противником были пушки. У русских была неплохая оружейная школа, так что на основе имеющихся наработок я собирался делать затворные пушки, какие делались на Обуховском и Путиловском заводах в начале 1900-х годов, уйдя от круглых ядер и бомб к гильзовым снарядам с тротилом.

Вот об этом я разговаривал с офицерами, которые что-то желали улучшить в военной технике, и выпускниками инженерных училищ и университетов. Я рисовал эскизы оружия будущего с размерами деталей, давал описание принципа действия и задавал технические характеристики. Затем рассказывал о легировании стали, какие цветные металлы какой эффект дают, благо за последние жизни я стал просто ходячей энциклопедией вооружения и технологий прошлых лет. В итоге было создано военное конструкторское бюро и отделы по направлениям.

Неожиданным открытием для меня оказалось присутствие среди переселенцев молодого крестьянина Феди Блинова, ставшего в будущем великим механиком-самоучкой, который решит проблему поворота гусеничного транспорта, изобретёт и запустит в производство свой вариант четырёхтактного дизельного двигателя внутреннего сгорания, работающего на сырой нефти.

– Как же ты у меня очутился?

– Так в газете обещали, что изобретать можно будет на казённом заводе, и за это деньги платить, вот я и решился.

– Что же, Федя, тогда тебе первое задание – будешь изобретать самодвижущуюся повозку на гусеницах. Но для начала на американский завод со мной съездишь. Посмотришь, как там работают, только сделаешь всё по-своему – у тебя технически лучше получится.

Путь в десять тысяч километров был пройдён, и небольшой городок Николаевск-на-Амуре наводнили три тысячи военных и две тысячи гражданских – семьи горцев и казаков. В устье Амура их уже дожидались суда, на которые грузили лошадей, обоз и людей. Александров собирался сделать несколько ходок, чтобы перевезти эту и вторую группу, прошедшую Хабаровск. Третья группа, состоящая из четырёх тысяч переселенцев и полка Доновича, сильно отстала.

Прибывших в Александровск я встречал лично. Корабли, разгрузившись, сразу уходили назад за новой партией. Отчёт о путешествии держали командиры отрядов Сытенко, фон Самс, фон Слепчин и другие.

– Тяжело было, Михаил Александрович. Гражданских и солдат хоронить приходилось – кто заболел смертельно, а кто умер от перенапряжения сил. В пути всякое бывало. С Божьей помощью фельдшеры наши с Головастым во главе, многих больных вытащили, леча простуды, воспаления лёгких и отравления синим йодом, водой серебряной и антибиотиками из лишайников. Эпидемий удалось избежать, хотя на Волге были места, где дизентерия шалила, а за Уралом кочевые казахи холеру в деревни занесли. Головастый выделил фельдшеров, чтобы деревенских жителей лечить. Справились – сами не заболели и очаг погасили.

В ответ я произнёс: «Великий подвиг вы совершили, что с минимальными потерями и так быстро смогли пройти необъятную Россию-матушку. Дождёмся обоз с детьми малыми, стариками, женщинами, тогда походная эпопея закончится. Все участники переселения к Новому году из личного состава и рекомендуемые вами подчинённые, в том числе, активные и смекалистые крестьяне и разночинцы, будут разнообразно награждены. Как? Умолчу! А вам тоже сюрприз будет.

– Рады стараться, ваше высокопревосходительство. Все мы под вашим началом великое дело творить будем – такой край поднять! Это вам не хреном по столу бить.

– Отменно сказал, Сергей Геннадьевич. Я бы в жизнь такую аллегорию не придумал.

Все посмеялись над шуткой, а я продолжил: «С вашей помощью ещё сильнее навалимся на Аляску, построим дома, заводы и форты».

В сентябре пришёл бриг из Николаевска, отправленный генералом Завойко. Его капитан сообщил, что передовые части группы Доновича лодками и баржами добрались до города, а весь коллектив ожидается в течение месяца. Александров снова повёл эскадру за людьми. Тихий океан готовился к зиме, отчего ругался, неся штормы и непогоду. А команды парусников бесстрашно вели свои судёнышки к цели – успеть забрать людей до того, как океан возле Аляски покроется льдом.

С прибытием полков мной были проведены новые назначения. Медведев стал главкомом сухопутных сил губернаторства, фон Слепчин начальником генерального штаба, а Викулс – командиром всей артиллерии. Мартынов, Камиль-бей и Бахит-бек стали командирами полиции, армейской кавалерии и пограничной стражи. Всех командиров полков и служб я произвёл в подполковники, моряков Александрова, Валентинова и Биндина – в капитаны второго, а остальных капитанов судов – в капитаны третьего ранга. Будучи в Петербурге, планировал провести повышения приказом по министерству.

В Ново-Архангельск прибыл Валентинов. Он привёз добытые образцы и рассказал о делах компании, при этом очень прося людей. Передавать полк я не решился – все-таки это русская армия, а не частное охранное агентство, но полторы тысячи своих крестьян, немного административных работников и мастеровых из переселенцев ему передал. Сформировав конвой, в Нью-Йорк и Европу отправились я, Юля Чайкини, Таня Вадимова, Ольга Богатырева, Павел с семьёй, Дженни и Елена Мещерская. Все были со своими маленькими детишками, а мои дамы ещё и с круглыми животами.

Первым делом наша эскадра из фрегата и трёх шхун бросила якоря во Фриско. По сложившейся традиции я сдал отличные меха Джонсу и прокачал вопрос совместного швейного бизнеса.

– Дуайт, сколько ты сможешь проглотить мехов?

– Пока мой потолок триста тысяч долларов.

– Я хочу открыть у себя меховые швейные фабрики. Фасоны будут твои, а сырьё и мастера мои. Если тебе интересно, заключим партнёрское соглашение, потому что больше русских соболей я сюда возить не буду.

– А много ожидается?

– Скажу по секрету, что я контролирую весь русский север. Однако хочу продавить не меха, а готовые изделия в Петербурге и Европе.

– В Европе и России. Считай, я в деле.

– Через полгода я вернусь в Нью-Йорк. Надеюсь встретить там тебя или получить от тебя вести. Имей дело с Маккензи – это управляющий моими компаниями в городе. Оставишь инструкции, и я встречусь с твоими партнёрами. Но лучше, если там будешь ты сам.

– Я дождусь тебя.

Следующей остановкой стала чилийская Антофагаста. Мы высадили Валентинова и крестьянские семьи, сгрузив фургоны с докупленным в Штатах горнодобывающим оборудованием. Кроме них в командировку для охраны объектов была отправлена рота солдат с митральезой и большим запасом боеприпасов. В офисе компании я повидался с Риалом и Рэйли. Геннадий и Дик за проведённое в Чили время сносно ориентировались в местных реалиях, свободно тарахтя на испанском и индейском языках.