Чтение онлайн

— О, нет, — простонала Эмма. — Не надо этого делать, Джина, он во всем обвинит Брикса, он все взвалит на него. Не надо!

— Ас чего ты взяла, что Брикс в этом не участвует? Я знаю, что ты его любишь, Эмма, но постарайся об этом забыть, хотя бы на минуту. Здесь происходят довольно темные дела. Кто-то подделал отчеты. Если Брикс на самом деле так близок к своему папаше, и темные дела происходят, то почему, собственно, ему не принять в них участие?

— Нет, он не мог! Я знаю его — он никогда не пойдет ни на что такое!

— Знаешь, я не понимаю, отчего ты так в этом уверена. Но как бы там ни было, Эмма, он уже большой мальчик и сам о себе позаботится. На твоем месте я бы за него не тревожилась. О чем тебе стоит побеспокоиться…:

— Я беспокоюсь за него, — сказала Эмма тихо.

— Что ж, ничем не могу помочь. О чем тебе следует беспокоиться, так это чтобы он не узнал, что ты видела те записки. Пока он не знает, ты вне всего этого, а для тебя это лучшее место. Ты же не хочешь, чтобы он знал, что ты имеешь ко всему этому какое-то отношение. Потому что я должна с этим что-то сделать, Эмма. Здесь я ответственна, и не могу просто отвернуться, — Джина все время следила за дверью, опасаясь, как бы Брикс не увидел ее там раньше. Теперь она открыла дверцу машины. — Ты понимаешь, я так и вижу всю эту партию ПК-20, в роскошных упаковках Клер, заполнившую склад Эйгеров — все эти баночки, и тюбики, и бутылочки — все уложено в башню из милых коробок, все выше и выше, такая огромная башня, как пирамида, и все в лабораториях, от Квентина до самого последнего лаборанта, ждут марта, чтобы загрузить этими коробочками грузовики, поезда и корабли и раскидать по всей стране. Как армию-захватчика. И похоже, что кое-что в этих коробках — яд, по крайней мере, потенциально, для очень многих людей. Если я забуду об этом, то стану настолько же виновной, как и тот, кто приказал изменить отчеты, и тот, кто это сделал, и те, кто об этом знают.

— Джина, послушай. До марта ничего не случится — ты сама только что сказала. Значит, ты можешь подождать несколько дней, так? Брикс сказал мне, что были новые испытания, и что пришли их результаты, и там все было отлично, и, может быть, все те старые…

— Эмма, никаких новых испытаний не было, я бы услышала в лаборатории. Ни слова не было сказано о других тестах ПК-20. И я только что прочла записи.

— Ты читала все отчеты? Ведь ты прочла записки и старые отчеты о результатах тестов, а новые? Их ты читала?

— Никаких отчетов новых испытаний.

— Брикс сказал, что они были. Ты ведь не можешь быть уверена, правда?

— На девяносто девять процентов.

— Это не так, Джина, Брикс мне говорил! И даже если нет новых тестов, может быть, они отложили дату выпуска, а ты про это не слышала. Ты ведь уходишь, может быть, тебе ничего и не говорят. Разве такого не может быть? Только несколько дней, Джина. Ты ведь можешь так сделать.

— Полагаю, что могу, но спорю, что изменять никто ничего не собирается.

— Все равно, Джина. Всего несколько дней. Неделя.

— Но зачем? Что случится за неделю?

— Не знаю. Но что-нибудь может. Джина поглядела на нее пристально.

— Эмма, ты держись от этого подальше. Слушай: я очень серьезно. Держись подальше. Я не хочу, чтобы ты выдумывала, как рассказать Бриксу о чем-либо таком — это будет не очень умно.

— Нет. Конечно, нет. Я просто думаю, что ты должна подождать и дать им еще шанс.

Джина засомневалась, а потом пожала плечами:

— Я дам им неделю, но больше я ждать не буду, Эмма. И еще. Я думаю, мы должны рассказать все твоей матери. Там много чего происходит, что…

— Нет! — Эмма энергично затрясла головой. — Она перескажет Квентину! Ты не можешь ей рассказать, Джина, не надо! Пожалуйста, Джина… я не выдержу этого. Разве ты не можешь вообще ничего не делать некоторое время? Я хочу сказать, просто забыть все на несколько недель или…

— Ты сказала на неделю.

— Ладно, конечно, на одну неделю. Но не говори никому. Обещай, Джина, пожалуйста, обещая это.

— Твоя мать должна знать, — сказала Джина упрямо.

— Что знать? Сo мной ничего не случится, и я не хочу, чтобы она что-то об этом знала. Я прошу тебя не говорить ей. Умоляю тебя — обещай.

Подумав немного, Джина снова пожала плечами:

— Я даю неделю.

— Спасибо. — Эмма нагнулась и поцеловала Джину в щеку.

Джина сжала ее руки:

— А теперь слушай. Ты должна сказать мне: ты все услышала из того, что я тебе говорила? Ты можешь думать, что я поглупела, но ничего подобного, и я прошу тебя — не играй в героиню. Держись от этого подальше. Эти люди сейчас в опасности, они играют по-крупному, и никто не должен знать, что ты видела те записки или что-либо слышала. Ты просто должна забыть, что ты что-нибудь знаешь. Если ты так сделаешь, то все будет в порядке. Ты слышишь?

Эмма кивнула.

— Это очень серьезное дело, пойми. Ладно?

— Да. Да, Джина, конечно. Я понимаю.

— Надеюсь, что так: — Она вылезла из машины, открыла заднюю дверцу и вытащила свою картонку. — Я свяжусь с тобой через день-два. Передавай привет маме.

Эмма проследила, как она дошла до своей машины и уехала. Но он уже знает, сказала она Джине про себя. Я сказала ему, что читала записки — он все знает. И когда ты перескажешь все своим друзьям в ФДА или прокуратуре штата, и они позвонят его отцу, или ему, то он обвинит меня. И будет прав, потому что я виновата.

Значит, я должна с ним поговорить. Очень жаль, что я соврала Джине, но я не знаю, что еще остается делать. Потому что я должна с ним поговорить. Я должна предупредить его о том, что случится.

— Я думаю, нам надо сначала здесь выпить, — сказала Клер, когда пришел Квентин.

Он обнял ее за талию и поцеловал:

— Все в лаборатории готовы повесить на тебя медаль. Ты талантливая женщина, Клер, и последний дизайн был лучшим, что ты сделала в жизни. Разработки уже почти запущены в производство. Сколько тебе еще осталось сделать?

— Четыре. — Взволнованная поцелуем, и не желая признавать, что ее тело само тянется к нему, она освободилась от его объятий и повела его в библиотеку: — Но две уже почти закончены. В худшем случае еще неделя.

— Ты ставишь рекорд. — Он сел на кушетку и взял декабрьский номер «Вог». Тот был раскрыт на рекламе ПК-20, всю страницу заполнила лучезарная красота Эммы, мечтательной, видной будто сквозь туман, а вверху — цветное фото одной из янтарных упаковок Клер и две строки отчетливым шрифтом:

ЖДИТЕ В МАРТЕ. РЕВОЛЮЦИЯ В ПРЕОДОЛЕНИИ СТАРОСТИ.

ЗАКАЗЫВАЙТЕ СЕГОДНЯ ВМЕСТЕ С ВАШИМ

СПЕЦИАЛИСТОМ ПО КОСМЕТИКЕ.

— Отзывы феноменальны. Нам очень понравилась Эмма. Вы обе наши дамы-Годдар.

Клер поморщилась, но он, все еще глядя в журнал, этого не заметил. Она принесла ему скотч и поставила свой стакан с вином на столик между ними.

— Квентин, я не пойду сегодня с тобой на ужин.