Чтение онлайн

Он вдруг отчетливо осознал, что эта женщина, ее покой и счастье глубоко ему небезразличны. Закрыл глаза, борясь с внезапно нахлынувшим чувством, пытаясь запрятать его поглубже. Он не хочет чувствовать... ничего.

– Никто не должен знать, Бекет. Поклянись, что никому не скажешь. Поклянись.

Бекет отвел золотистую прядь с ее залитого слезами лица.

– Клянусь, Катье...

Он привлек ее к себе и скрепил клятву поцелуем, на сей раз готовый не только взять, но и отдать ей всю свою нежность. Пусть и она почувствует вкус заботы, которой так щедро окружала его, пусть испытает ту радость, которую испытывает он, сжимая ее в объятиях. Пусть запомнит его тепло и поймет, какой ценой он вынужден заплатить за ее горстку листьев и кореньев.

– Господи Иисусе, клянусь!

Из гостиной послышался надтреснутый смех. Катье отскочила, а Бекет круто повернулся, чтобы встретиться взглядом с ее сестрой.

– Нет, тебе определенно надо поколотить свою камеристку, – произнесла Лиз, закрывая дверь, проходя через гостиную и останавливаясь в дверях спальни. На лице ее была написана издевка. – Совсем дурочка! Прибегает ко мне, при всех начинает рассказывать, как тебе плохо... – Лиз внимательно изучала взглядом англичанина – от ботинок до темно-синих глаз. – Вот несчастье-то, сестренка. Может, представишь меня?

Катье открыла рот. Пальцы стоящего сзади Бекета сжали ее плечи.

– Зачем ты явилась, Лиз?

– Ты мне не рада? – Лиз пожала плечами и прошла в спальню. – Да-а, переплюнула ты меня, сестренка. Даже я бы не решилась бросить вызов Клоду и сбежать с его бала в объятия любовника. – Лукавый огонек заплясал в ее глазах, когда она снова посмотрела на Бекета. – Так ты не хочешь меня представить? Странно. Впрочем, я не настаиваю. Мы с твоим англичанином уже знакомы.

Катье изо всех сил пыталась скрыть свою растерянность, но проницательные глаза сестры насмехались над ее жалкими потугами.

– Мы знакомы, не правда ли, милорд? Полковник Бекет, лорд Торн, граф Торнвуда и прочих английских земель милостью своей королевы. Или прикажете именовать вас мессер Чезаре Паллавичино, из рода самых богатых банкиров Венеции?

Бекет выпустил плечи Катье и стал с ней рядом.

– Называйте меня просто врагом. Лиз чуть отступила.

– А меня сестрой, которой до смерти надоели твои гнусные намеки, – прищурясь, добавила Катье.

Лиз язвительно усмехнулась.

– За что ты меня оскорбляешь, сестренка? Разве то, что я увидела, войдя сюда, можно отнести к разряду «гнусных намеков»? Ты слишком быстро ушла с бала – это неприлично.

Катье почувствовала движение Бекета, и тревога кольнула ее под ребра.

– Уроки нравственности от наложницы дьявола? – спросил Бекет, делая шаг к Лиз. – Не вам осуждать мадам де Сен-Бенуа, и чтоб я больше подобного от вас не слышал.

– Угрожаете, Паллавичино? – Лиз деланно засмеялась. – Да кто вы такой, чтоб рассуждать о нравственности? Я хорошо изучила вас тогда, в Д'Ажене. На первый взгляд настоящий герой. Я была в отчаянии, когда вы меня оттолкнули. Здоровенный грубиян-итальянец отказал в человеческом участии знатной даме! Я наблюдала за вами, когда Сеган покрывал мое тело поцелуями, и поняла, что вы лишь бедное подобие мужчины, лишь нарисованный сажей и мелом образ того, что некогда было мужчиной.

Катье подскочила к сестре и отвесила ей такую пощечину, что даже ладонь у нее зазвенела.

– Ты вздорная, порочная дрянь!

Лиз ошарашено отпрянула и приложила руку к щеке.

– Защищаешь его, сестренка? Лучше подумай, как себя защитить! Насчет красавца-англичанина нынче в зале ходило много разных слухов. А я сказала, что расспрошу о нем мою сестренку.

Катье ахнула, точно Лиз ударила ее в ответ.

– Зачем? Зачем ты так сказала?

В глазах Лиз вспыхнул мстительный огонь.

– Таков ее удел, – заметил Бекет. – Твой – лечить раны, ее – наносить их.

– Ну, о ранах, милорд, мы еще потолкуем, – злобно осклабилась Лиз. – Когда утром вы проснетесь и увидите саблю, приставленную к вашему горлу.

– Дьявол всегда был трусом, – отпарировал он.

Лиз попятилась, глаза у нее вдруг стали безумными, пальцы хватались за воздух.

– Он непобедим! Он больше, чем дьявол, сильнее... Куда вам до него! Вы в глаза ему загляните... Он выше всех! Он – демон!

– Вы заблуждаетесь. – Бекет сжал кулаки. – Он самый обыкновенный турок с подлой черной душонкой. Не иначе, родился в выгребной яме... Кстати, где он?

Лиз еще чуть-чуть отступила и наткнулась на стену.

– Все будет так, как хочет он. Вы от меня ничего не добьетесь.

– Где он?! – Голос Бекета громом раскатился по комнате.

Лиз от страха стала царапать ногтями деревянную обшивку стены.

– Онцелус! – всхлипнула она, и одно его имя сразу придало ей уверенности. – Вы зря теряете со мной время, англичанин.

Взгляд Бекета полыхнул смертельной угрозой.

– Нет! – крикнула Катье, вцепившись ему в руку. – Бекет, не надо!

– Бекет, не надо! – кривляясь, передразнила Лиз, но голос у нее дрожал.

– Не надо, Бекет, – повторила Катье. – Она все равно ничего не скажет. Она любит его. Я не могу понять, за что, но любовь слепа.

Он оттолкнул ее руку.

– Прибереги свои речи для поэтов!

Лиз вызывающе «скинула голову, и Бекет впервые увидел сходство между сестрами.

– Сеган мне говорил, что вы бессердечный ублюдок. Он не меньше моего нуждался в утешении.

– И вы его утешили, сведя в могилу, – отозвался Бекет; лицо его окаменело от ненависти.

– В могилу? – потрясенно переспросила Лиз. – Что вы хотите этим сказать? Когда я ушла...

– То оставили его мертвым.

– Нет! Мы только... – Она облизнула губы. – Ради Бога, я только переспала с ним. Как вы могли подумать, что я...

– А теперь вы спите с дьяволом. Так где он? – Глаза Бекета метали в нее синие стрелы.

– Она не скажет! – снова крикнула Катье и поглядела на сестру. – Неужели ты не понимаешь, она не предаст его. Она его любит.

Лиз отвернулась.

Катье спрятала за спину руки, чтобы не показать ему, как они дрожат.

– Женщина никогда не предаст того, кого любит, – тихо вымолвила она.

С глубокой горечью она увидела, как Бекет опять замкнулся в своей раковине.

– Так, вы, мадам, не оставили мысли защитить его, – с.вымученной улыбкой проронил он. – Меня вы готовы предать в любой момент.

– Нет... – задохнулась Катье.

– Но я все равно выполню свой долг. – Выражение его глаз стало непроницаемым. Он покосился на Лиз, и в них промелькнуло презрение, Потом он повернулся к ней. – А вы оставайтесь с дьяволом.