Чтение онлайн

— Здесь, допустим, все заинтересованы в новых контактах. Кроме наших вислоухих чинуш. А в принципе, «окучивать» нужных людей — это искусство, овладевшие которым могут стричь дивиденды всю оставшуюся жизнь. Это касается, в первую очередь, женщин, сумевших женить на себе «денежные мешки». Я и тебе всегда об этом говорила — не хочешь быть «золотодобытчицей» сама, найди «золотую жилу» в виде богатого мужа.

— А сама почему не вышла замуж за «денежный мешок»?

— Мне это скучно и не интересно. Хочу быть хозяйкой своей жизни и своих денег, а продаваться… это удел слабых и никчемных красоток.

— А меня толкаешь…

— Я говорю об этом, чтобы вызвать у тебя реакцию от противного.

— Эх, жалко, что ты не мужик. Вот за тебя я бы вышла замуж без раздумий.

— Надо бы перекусить и подумать, как и о чем говорить с твоим супругом Олежеком…

Леночка при этом скривилась, но говорить ничего не стала — надо, значит надо.

– Давай, пообедаем у китайцев? Недалеко от центра есть очень миленький ресторанчик, готовят — объедение! В нем, между прочим, обедает бывший канцлер Шредер, когда бывает в Ганновере.

— Это тебе сами китайцы рассказали?

— Почему, это многим известно. И я со своим другом, ну, адвокатом — я тебе говорила — видели его там вместе с женой и двумя девочками. Жена его — Дорис, постоянно живет в Ганновере, они и дом здесь купили. Ее девочка ходит в гимназию, с ней в одном классе учится дочка одной моей знакомой из Киева. Кстати, ты знаешь, что Шредер с женой удочерили маленькую девочку из Питера?

— Читала, в России об этом много писали, пытались выяснить — кто да что.

— В Германии тоже пытались, но они обратились к средствам информации, чтобы не трогали их частную сферу, и все — с тех пор я ничего о девочке не слышала. А они, между прочим, иногда по городу прогуливаются просто так, всей семей…

— И что, прямо без охраны?

— Да, нет. Пока был канцлером, конечно же, с охраной. Сейчас, думаю, тоже. Но охранники как-то не очень заметны. Настоящих профессионалов ведь сразу не увидишь. В отличие, от наших золотоцепых лысых качков. Во всяком случае, когда приезжал в Германию на гастроли Киркоров, охраны у него было намного больше, чем у канцлера, и внешний вид у них был соответствующий.

— Кстати, совсем забыла сказать, привезла несколько книг из Москвы — твои любимые женские детективы. Так вот среди них есть один, основная тема которого — россыпь дифирамбов во славу самой известной российской певческой семейки. Такое впечатление, что авторша готовит себе запасной аэродром в пиар-команде примадонны. Правда, в этой же книжонке она, рассказывая о какой-то певичке, описывает ее как худощавую блондинку, а в следующем предложении у той же певички «вырастают» короткие черные волосы…

— Может, она имела в виду не на голове? — залилась гомерическим хохотом Леночка.

— Не отвлекайся, ты за рулем!

— Выходи, уже приехали! Вот и мой любимый ресторанчик.

— Так что, будем канцлера охмурять?

— Вряд ли. Во-первых, он уже бывший, во-вторых, любит маленьких худеньких блондинок, а в-третьих, сейчас чаще бывает в России, чем в Германии.

— Ну, тогда просто пообедаем. Без канцлера.

Двойная жизнь Игоря Пащука была секретом для всех. Но только не для такого ушлого и опытного проходимца, как Олег Гарий. Собственно, и задача при отъезде в Германию ему была поставлена совершенно определенная: вычислить источник поступления «черных» денег в активы Игоря Пащука.

История двенадцатилетней давности не давала покоя «пострадавшей» стороне — Александре Вольской. Их совместный бизнес по поставке живого товара для борделей процветал. Александра, имевшая некоторый личный опыт пребывания в турецком доме для похотливых представителей сильного пола, прекрасно представляла себе не только структуру и принципы работы такого заведения, но и необъятные возможности для «черных» заработков.

Ее стратегия, помноженная на его практическую реализацию, приносила баснословные барыши. Цепочка работала безукоризненно и без сбоев на протяжении трех лет. Алекс представляла ее в своем воображении в виде карточного ряда: шестерки-десятник-валет-козырная дама.

Козырная дама — это конечно, она сама. Валет — Игорек Пащук, на нем замыкалась вся предварительная работа и обработка «шестерок», которых ему с рук на руки сдавали «десятники».

Одним из «десятников» Пащука был его старый друг Сашка Болотников. Теперь он работает в официальной фирме своего друга — этот факт, естественно, был известен Александре. И наводил на некоторые размышления. А вдруг, скандальчик с полицией был заранее отрежиссирован Пащуком с помощью его дружка? Он-то вышел сухим из воды, а вот Александре пришлось поспешно выметаться из Германии, да еще и с отметкой «без права въезда». В полицию заявила одна из девиц, доставленных с подачи этого Болотникова. Случайность? Может быть. А может быть — нет.

И самое главное — деньги! Их общая кубышка была якобы найдена полицией и конфискована. Тогда она сделала вид, что поверила. Проверить-то никак не могла. Она успела захватить с собой деньжат, которых худо-бедно хватило на раскрутку в Москве приличного фитнес-клуба. Конечно, с ее энергией и аналитическим умом дело пошло на «ура», но это могло произойти раньше, проще и безболезненнее. Если бы она располагала всей причитавшейся ей суммой.

Через некоторое время Алекс узнала, что Пащук открыл ресторан. Смутные подозрения посещали ее в часы раздумий. С ее подачи на ресторан стали наезжать московские братки. Когда Пащук поспешно продал ресторан за полцены, она праздновала победу удовлетворенной злорадной мести.

Но прошло еще совсем немного времени, и феникс неожиданно возродился из пепла. Оперение этой птички отливало респектабельностью и уверенностью в завтрашнем дне. Бывший сутенер Игорь Пащук купил издательство, дом в престижном районе Дюссельдорфа и разъезжал на новеньком спортивном «порше». По самым скромным подсчетам это никак не укладывалось в сумму, полученную от продажи ресторана.

Сердце мадам Вольской трепетно забилось — кажется, она поняла, куда на самом деле девались денежки, якобы конфискованные полицией. Ее денежки! Этот грязный ублюдок, сутенеришко безмозглый, разве мог бы он без нее заработать хотя бы десятую часть этой суммы? Что он умел — только запуганным насмерть девчонкам «колеса» подсовывать и водкой их заливать? А потом безвольных, обессиленных, морально сломленных сдавал ей по счету, как стадо баранов.

Да, она тоже зарабатывала на них деньги, но к ней девчонки попадали уже обработанными и без радужных иллюзий. Она могла говорить прямо — условия работы, меры предосторожности, гарантии… Гарантии? Наивные девочки… Никто не мог им дать гарантию даже в том, что они просто когда-нибудь вернутся к себе домой. Или доживут до Пасхи…

Оксанки, Галинки, Наташки не имели даже паспортов. Поэтому претендовать на человеческое отношение не имели никакого права. Без паспорта — ты никто. Тем более в чужой стране.