Чтение онлайн

— Вы бы тоже выглядели скверно, если б угодили под выстрел аннгилятора, — очень серьезно проговорила Ниэра.

— В него стреляли из шайерха? — ушам своим не поверил Орнари.

— Я не знаю, как эта штуковина называется, — простодушно проговорила Ниэра. — Она надевается на пальцы, как кастет, — она показала, как именно. — Нашли место, где это все происходило, там песок сплавился коркой и светится, радиационный фон завышен. Так мне рассказывали знакомые телепаты. Кому из ваших воинов мог помешать этот мальчик?

— Попасть под залп шайерха и остаться в живых просто нереально! — воскликнул Орнари. — Вы не разыгрываете меня, уважаемая Ниэра?

— Нет, что вы! Просто у парня неограниченная паранорма психокинеза. А она предполагает полный сознательный контроль над материей. Вот только Фредди болен алой лихорадкой. И после такого громадного напряжения сил болезнь обострилась. Э, да вы я вижу, совсем замерзли! Вы позволите приготовить вам горячий кофе?

— Позволяю, — с облегчением сказал промерзший до костей Орнари.

Вскоре Ниэра принесла кофе к нему в номер, они сидели за столиком и мило разговаривали, то есть говорила одна Ниэра, а он слушал. Слишком неопытен был Орнари в общении с легкомысленными терранками, откровенного кокетства Ниэры он не замечал.

— Джейни ди Сола моя наставница, — говорила Ниэра. — Нет, я учусь не на целителя, с этим только родиться. Я просто хочу добиться ранга. Джейни — прекрасный выявитель, она обучила не меньше трех сотен телепатов, и как минимум треть из них получила первый ранг. Я, правда, так высоко не мечу, мне и третий сойдет…

Доктор ди Сола, войдя в номер, если и удивилась, встретив здесь Ниэру, то ничем своего удивления не показала. Ей хватило нескольких минут, чтобы оценить состояние своего пациента.

— Возьмите, — сказала она, протягивая на ладони серый цилиндрик ороснорана. — Я знаю, что без него вы будете чувствовать себя очень неуютно.

— Спасибо, — поблагодарил Орнари, благоразумно удерживаясь от вопросов по поводу того, где целительница раздобыла новенький прибор. — Скажите, кто для вас Лэркен Тойвальшен, доктор ди Сола?

— Друг, — отвечала она.

— Как вы можете с нею дружить?!

— Позвольте мне самой выбирать, с кем мне дружить, а с кем нет, — сухо сказала Джейни, а потом добавила, более мягким тоном:- У нас праздник сегодня. Можете пойти и отдохнуть, развлечься. Если хотите.

— Конечно, мы пойдем! — встряла Ниэра. Я его уже пригласила!

— Вот и славно. Значит, встретимся на празднике.

Джейни ушла, а Орнари испытал странное сложное чувство. Будто он в чем-то предал целительницу, соглашаясь идти на праздники с Ниэрой, а в чем, оставалось непонятно ему самому…

Праздник не впечатлил его. Слишком много было шуток и юмора, совершенно ему не понятных. Громкая музыка, танцы в полумраке, натуральные свечи с характерным запахом плавящегося воска…

В числе гостей была и Лэркен Тойвальшен с наследницей-дочерью, от них Орнари старался держаться как можно дальше, испытывая неприятнейшее ощущение собственной беззащитности.

Вейтас Хорошен отсыпался после операции в предоставленной ему одноместной палате под неусыпным надзором дежурного целителя. А брат, вызванный из лан-кайшена, больше глазел на нарядных терранок, чем заботился о безопасности. К тому же он не был барлагом; много толку от него будет, если Лэркен Тойвальшен задумает довести до конца несостоявшееся убийство.

Ближе к полуночи явилась серьезная доктор ди Сола. Она присела за нарочно для нее сервированный столик, и не пила ничего, кроме черного кофе.

Все вдруг притихли, как по команде, словно ожидая чего-то. Трещали, оплывая, свечи.

На большом стереоэкране появилось изображение огромных часов, пошел отсчет минут… три, два, один… Зал взорвался восторженными криками. Новый Год начался.

По всей терранской Системе отмечали этот праздник. Именно в это время инфосфера как никогда переполнялась ликующими эмоциями веселящегося народа. В этот праздник все терране, даже нетелепаты, испытывали мощнейшее, экстатическое единение всей расы, становясь на несколько дней единой, цельной душой, объединяющей все народы, профессии и ранги Системы.

Орнари не испытывал ничего, кроме дикой скуки и желания заснуть прямо на месте.

Миниатюрная Ниэра, умудрявшаяся кокетничать одновременно со всей мужской половиной зала, вытянула на небольшую танцплощадку, временно служившую небольшой эстрадой, того самого худенького мальчишку-психокинетика, Манфреда.

Зачем она это сделала, Орнари понял лишь тогда, когда мальчик запел. У него оказался редкостной красоты тенор, по правде говоря, Орнари еще ни у кого из прославленных бардов своей расы не слыхал такого удивительного голоса.

— Возьмите, — говорила Ниэра, протягивая Ми-Грайону тонкий шлем из прозрачной пластмассы.

— Что это? — с подозрением спросил он.

— Эмпат-усилитель. Да берите же! Я просила Фредди петь эмпат-симфонии, они получаются у него лучше всего, а их надо смотреть через усилитель!

— Но у меня включен генератор пси-помех, — сказал Орнари, бесцельно крутя в руках шлем.

— Нет-нет, никакого телепатического воздействия, что вы! Только звук и видео… Понимаете, нам, нетелепатам, иначе не воспринять смысл симфонии…

Орнари одел на голову шлем, чувствуя себя последним дураком на свете. Но как откажешь очаровательной Ниэре?

Фредди пел, и удивительным многоцветьем образов раскрывалось перед внутренним взором великолепие золотого рассвета.

… Темно-синяя полоса приподняла на востоке бархатное, расшитое алмазами крупных и ярких звезд покрывало ночи. Приподняла и решительно начала теснить прочь, наливаясь желтовато-золотистым светом. Тончайшими золотыми нитями вспыхнули перья редких невесомых облаков. Заиграли, зазолотились верхушки невысоких волн, вскипавшие в полосе прибоя воздушной оранжевой пеною. Одна за другой угасали звезды, растворяясь в победно шествующем с востока сияющем золоте нового дня.

И не осталось в мире иных красок — только золото во всех его проявлениях. От темно-коричневой, почти черной глины там, где песок пляжа плавно перетекал в невысокие холмы, и до искрометного сияния золотого расплава там, где стремительно поднимался над сверкающей золотыми бликами поверхностью моря пышущий золотым жаром шар восходящего солнца.

..Золотой рассвет…

Орнари снял шлем, испытывая давно, казалось бы, позабытое ощущение детского восхищения.