Чтение онлайн

— А как же, — я покосилась на ребенка, весело носящегося по лужайке, — ваш сын?

Он проделал какой-то сложный кульбит и восторженно завопил:

— Мама! Мама, посмотри!

И повторил его на бис.

— Молодец! — крикнула в ответ ему миссис Бойд и показала сыну большой палец. Мальчишка просиял, а его мать сказала чуть слышно: — Марк — приемный. И об этом никто не должен знать! Никто, понимаете?

Я вынула портсигар, неторопливо прикурила и рискнула предположить:

— Но кто-то уже знает? Вас шантажируют?

— Что?! — она вздрогнула всем телом и промахнулась мимо пепельницы, этого даже не заметив. — Откуда вы?..

— Миссис Бойд, — перебила я, выдохнув дым. — Не нужно. Нетрудно догадаться, что у вас серьезные проблемы, и очевидно, что они как-то связаны с вашим сыном. Кроме того, об усыновлении наверняка многим известно. Например, осведомлены судья, директор интерната…

— Нет! — возразила она энергично. Огляделась по сторонам и понизила голос. — Мы хотели проделать это тайно, поэтому договорились с его родной матерью. Она не могла оставить ребенка себе и хотела устроить его судьбу. Я притворилась беременной, а незадолго до родов мы со Стивеном уехали в Мехикану. Марк появился на свет в крошечном городишке, врача вызывали на дом. Женщину представили ему как миссис Бойд, мой муж показал доктору свидетельство о нашем браке, и тот ничего не заподозрил. Словом… словом, никто не должен был знать!

Должна признать, придумано неплохо, хоть и не без изъяна.

— И все-таки знал, — повторила я и чуть подалась вперед. — Послушайте, миссис Бойд, это глупо. Мать малыша знала — по меньшей мере, ей известна была ваша фамилия. И вы не на улице с ней познакомились, ведь так?

— Отец Марк, — выдохнула она и сжала виски тонкими пальцами. — Нет, он не мог! Отец Марк так нам помог, мы даже назвали мальчика в его честь!

— Очень трогательно, — пробормотала я, тщетно пытаясь скрыть иронию. Сколько раз за свою не такую уж долгую практику частного сыщика я слышала это «не мог, не могла», повторяемое на все лады?

Моя реакция от миссис Бойд не укрылась. Она поджала губы и распрямила плечи.

— Послушайте, мисс Корбетт! Я…

Я не дослушала.

— Вам нужна моя помощь?

— Да, — сникла она. — Да, вы правы. Вам виднее. Понимаете, мы с мужем очень любим Марка. Если станет известно, что он не наш сын, что он — незаконнорожденный… Это будет катастрофа.

— Сам Марк не подозревает?..

— Боже упаси!

— У вас требуют денег?

Миссис Бойд помотала головой.

— Нет, пока нет. Только угрожают, что история попадет в газеты. Поймите, мисс Корбетт, — она накрыла холодной рукой мою ладонь, — мы бы заплатили! Только они ведь на этом не остановятся, правда?

— Скорее всего, — согласилась я и ободряюще похлопала ее по локтю. Ветер донес очередной многоголосый детский вопль. Хотела бы я знать, почему они так орут! Хотя нет, лучше не знать. — Не падайте духом, миссис Бойд, еще не все потеряно.

Она воззрилась на меня с такой надеждой, что мне стало неловко.

— Вы нам поможете?

— Попробую, — ответила я осторожно. — Только сначала мне нужно посовещаться с напарником.

И нелишне будет прощупать ее мужа, хотя об этом я не заикнулась. Миссис Бойд вполне могла скормить мне эту слезливую историю в расчете на мою доверчивость. После «миссис Данхилл» я стала в таких делах очень осторожна.

— Конечно, — миссис Бойд полезла в сумочку и достала оттуда заранее припасенный чек и несколько измятых листков. — Вот, возьмите, это аванс. И письма.

Я бросила взгляд на сумму — миссис Бойд не поскупилась — и спрятала бумаги в карман платья.

— Расскажите мне все, что знаете. О матери ребенка, об этом отце Марке.

— Я почти все вам рассказала, — она прикурила дрожащими руками. — Простите, я… я немного нервничаю.

«Немного»? Да она на грани нервного срыва!

— Так странно, — она криво, жалко улыбнулась. — Всегда считала себя хладнокровной. Как-никак, квалифицированный секретарь, обученный в любых ситуациях сохранять присутствие духа. Оказалось, что с близкими все намного сложнее.

Я сочувственно покивала, и она продолжила:

— Мать Марка зовут Илэйн Ллойд. Мы познакомились с ней без малого десять лет назад, в августе, а в ноябре родился Марк. Собственно, я почти ничего о ней не знаю, кроме того, что она танцевала в клубе «Розовый пеликан». Об отце мальчика она не рассказывала, заверила только, что он белый, здоров и из хорошей семьи. Нас познакомил отец Марк, Илэйн жила в его приходе и была в отчаянии. И я тоже, на свой лад. Понимаете, мы больше никому об этом не рассказывали, ни единой живой душе!

— Даже родственникам? — уточнила я недоверчиво, по опыту зная, как легко случайно проболтаться в кругу семьи.

— Никому, — она решительно помотала головой, отчего в ушах качнулись жемчужные сережки. — У Стивена никого нет. Мои родители тоже давно умерли, осталась только сестра, Алисия.

— И вы даже ей не признались?

— Нет, — она затянулась и медленно, явно пытаясь успокоиться, выпустила дым. — Марк — мой сын. Я старалась не вспоминать, что это не я выносила его под сердцем, понимаете?

В этом был резон, поэтому я заверила, что понимаю, и попыталась выжать из клиентки еще хоть что-то. Она стояла на своем, и в конце концов мы расстались, не вполне довольные друг другом. Я обещала подумать, возьмусь ли за дело, а миссис Бойд заверила, что будет держать меня в курсе событий.

Я разыскала Лиззи, чтобы попрощаться.

— Уезжаешь? — огорчилась она, на минутку отвлекаясь от капризничающих дочек. Еще бы, вокруг такое веселье, столько народу — а их отправляют спать! Дети супругов Райли унаследовали родительскую любовь к шумным компаниям. Гости у Лиззи с Сэмом не переводятся, тем более теперь, когда он решил баллотироваться в прокуроры, а жена по мере сил ему помогает.

— Увы, — развела руками я, старательно подавляя счастливую улыбку. — Дела.

Возразить она не могла, сама ведь подкинула мне эту работу.

Одна из близняшек, по-видимому, оскорбилась, что на нее не обращают внимания, и выдала такой вопль, что я едва не оглохла.

Я поморщилась и с трудом удержалась от желания заткнуть уши. Орущая годовалая кроха — это само по себе плохо, но когда их две, ситуация превращается в катастрофу.

— Будь внимательна! — повысила голос Лиззи, перекрикивая рев дочек. Глаза у нее были встревоженные. — Тебя ждут неприятности от близких.

— Уверена? — насторожилась я.

Она печально кивнула и коснулась пальцем лба. Наш условный знак!

Я кивком поблагодарила за предупреждение и скомкано попрощалась.

Всю дорогу во Фриско я раздумывала, что бы это значило. Хотела бы я знать, кого Лиззи подразумевала под «близким»? Дэнни, Дариана, Рэддока? Или, быть может, тетушек? Родню — за исключением уже упомянутых кузенов — я близкими не считала, но у дара Лиззи могло быть свое мнение на этот счет. Быть может, близкие — это попросту те, кто живет рядом? Как знать.