Чтение онлайн

– У меня не желудок, - остановил Петр Андрея, будто за руку схватил на бегу.

Андрей замолчал, уставился на друга.

– А что же тогда?
– спросил он, хотя чувствовал, что боится узнать правду.

– Черт его поймешь... Вот разрежут, увидят.
– Петр почему-то порылся в карманах своей синей пижамы и равнодушно зевнул.

– Значит, операция?
– А Люда мне не сказала.

– Она ушла до обхода, а выяснилось это после.

– И ты согласился? Легкие у тебя проверили?

– Легкие в норме. Профессор говорит - полип в гортани оторвался. И якобы есть еще.

– Ну вот. А говоришь - черт его поймешь.

Петр на это ничего не ответил.

Странное дело, как только зашла речь об операции, то есть о самой болезни, Андрей перешел на деловой тон, почти совсем уже не волнуясь, словно говорил теперь о ком-то третьем.

– Ладно, баста.
– Петр ударил Андрея ладошкой по колену.
– Давай о деле.

– Разве мы не о деле?

– Нет... Как съездил?

По коридору вдоль палат сновали сестры в белых халатах, словно бегали. Неторопливо, постукивая шлепанцами, прогуливались по-двое больные. У некоторых были красивые пижамы розово-голубой расцветки, и Андрей хотел спросить Петра - почему же у него такая облезлая синяя пижама. Но надо было отвечать на вопрос. Трудно так вот сразу вернуться к той жизни, что оставлена на время встречи с другом за пределами больницы. К счастью, Андрей сразу вспомнил о главном.

– Тебе привет от Павлы... Огромный. Знаешь, ну самый, самый...

– Значит, повидались?

– Конечно... Я обещал, что все тебе расскажу, как она устроилась.

– Рассказывай.

Андрей рад был, что можно наконец оторваться от больничных тем. Он знал, что здесь не любят расспросов о том, как идет лечение.

– Ну... С чего же начать?.. Во-первых, своей работой Павла, на мой взгляд, довольна.
– Подумав, Андрей добавил: - Можно сказать, зажглась. Нашла кого защищать, и с кем бороться. А вот насчет быта... Как бы выразиться? Тут, словом, хуже... Живет в общежитии... Дом на окраине. А главное - одинока...

– Вобщем ясно, - опять перебил Петр.
– Мне кое-что известно... Давай лучше я буду задавать тебе вопросы.

– Пожалуйста, - пожал плечами Андрей, обиделся. И без того, кажется, краток. Но взглянув на Петра, понял, что тот думает о чем-то другом, не о Павле.

– Я слушаю. Задавай, - повторил Андрей.

Петр свел свои зацепинские брови, - только они сейчас оставались у него неизменными, а лицо, чем больше всматривался в него Андрей, тем старее оно казалось, - похудевшая шея была вся в морщинках.

Глядя на Андрея в упор, Петр вдруг сказал:

– Глупый ты мужик, старина. Ох, глупый.

– Не понял.
– Андрей удивился совершенно неожиданной фразе.

– В том-то и беда - не понимаешь.

– Объясни все-таки.

– А чего объяснять? От своего счастья бежишь.
– Опять не дошло? сказал Петр, сухо глядя на Андрея.
– Тебе сказать, почему ты до сих пор не женился?.. Ты - дурень, в бабах ничего не смыслишь... Не так, что ли?

– Ты кого имеешь в виду? Девочек, которых мне сватал?

– При чем тут девочки?..
– Петр вздохнул.
– Эх, Андрюха... А такой умный.

И наконец до Андрея дошло: "Так вот он зачем придумал мою встречу с Павлой?! Сумасшедший".

Мысль была столь неожиданная, что Андрей ничего сразу не смог ответить. Замолчал и Петр.

Когда молчать уж больше нельзя было, Андрей сказал:

– Петро, не забывай, что мы с тобой уже старики.

– Брось это. Чепуха.

Андрей обиделся. Неожиданно и сильно. Разве о том сейчас надо думать?

– Давай закроем эту тему, а?
– сказал Андрей.

Но Петр упорно покачал головой. Сухой взгляд его теперь казался даже злым. У него на щеках появился болезненный румянец, даже веки чуть покраснели. Андрею, как только он это заметил, стало стыдно. Ну, что у них в самом деле за разговор?

– Ладно, кончим... Пусть ты прав. Что изменишь?

Петр взглянул на круглые настенные часы над фикусом.

– Ты подожди, я сейчас, таблетки надо выпить. Режим, брат.
– Он встал.

– Может, лечь хочешь?

– Нет. Жди. Договорим. Есть дело.

Андрей смотрел, каким нетвердым шагом идет по холлу Петр, волоча ноги, будто они тоже у него в чехлах, и со стыдом думал, как он мог допустить такой тяжелый и ненужный по сути дела разговор. "Лучше бы я ему про Павлу рассказал подробнее".

В холле у противоположной стены появились два бледнолицых человека в таких же синих, как у Петра, пижамах. К больным подошли две пожилые русоволосые женщины с пустыми сумками, разгрузились, видно, в палатах. Все сели. Заговорили больные. Женщины озабоченно слушали, изредка вздыхая и переглядываясь.

Андрей не слышал слов разговаривающих, отвлекся от них и память его вдруг перенесла в деревню. Он даже уже не ощущал где в действительности находится.

Ночь, костер с высоким пламенем. Отрываясь от огня, летят к нему искры. С реки тянет сыростью. Они втроем у костра.
– Петр, Павла и он. В памяти сохранилось странное желание в те минуты - не шевелиться. Все замерло, кроме потрескивающего костра и огня, уходящего в небо...

Петр пришел лишь на минуту, чтоб проводить Андрея до дверей. Оказалось, вот-вот ждут профессора, и Петр должен быть в постели.

Свое поручение он излагал уже на ходу. Шел по коридору, чуть сутулясь и тяжело дыша, чем ещё больше напугал Андрея.

Поручение было странное. Андрей должен был завтра утром позвонить Волокову Сергею Сергеевичу.

– Телефон я тебе давал. Позвонишь обязательно! Понял?

– И что дальше?

– Он пригласит тебя в гости, чтоб познакомить со своим отцом.

Андрей остановился.

– Ты сума сошел! Зачем мне это?

– Не перебивай, я не кончил... Захватишь с собой статью. Понял?.. Ту самую, о которой говорил мне на рыбалке.