Золотой телец
Шрифт:
Проведя различные оперативные комбинации, с помощью оперативного состава БХСС и уголовного розыска, мы обнаружили-таки слабые места в защите преступников. Они стали «раскалываться» и сдавать ценности. Дальнейшее мое пребывание в Брянске становилось ненужным, и следствие повели местные работники. Дело получилось громким.
А тем временем в МВД пошли разговоры о передаче следствия со всем штатом из МВД в прокуратуру.
Начальник ОБХСС Главного управления милиции МВД А. Жуков предложил, мне перейти на работу к нему в отдел. Я дал согласие. Было это в 1958 году. Здесь после многих реорганизаций возникло сначала «штучное» отделение, а затем отделы, один из которых — 3-ий — я возглавил.
Отдел занимался борьбой с валютными нарушениями, хищением драгоценных металлов и камней. В отдел были назначены Александров, Аскалонов, Богуш, Зубарев, Канаев, Московцев, Рашевский, Рыжов. Все они с достоинством и высоким профессионализм выполняли нелегкие свои обязанности.
Основное внимание отдел уделял борьбе с хищениями промышленного золота в местах его добычи и на путях вывоза к местам сбыта. В поле нашего зрения попадали скупщики драгоценных металлов, камней, металла из слитков, похищенных с предприятий, которые эти драгоценные металлы употребляли в производстве.
Ежегодно сотрудники аппаратов БХСС изымали у преступников до сотни килограммов золота.
Похищенные золото и серебро уходили в основном на Кавказ ( в Дагестан, Чечню, Северную Осетию и Азербайджан ). Там борьба с этими преступлениями практически не велась, а наши редкие выезды туда ничего не давали.
Приходилось организовывать мероприятия по изъятию драгоценностей на подступах к этим республикам.
Вспоминаю некоторые случаи удачных задержаний преступников с большим количеством валютных ценностей.
В Ростове-на-Дону мы так умело «обложили» известного расхитителя золота, что он сам, не дожидаясь задержания, с испугу принес в милицию около двух килограммов промышленного золота, сообщив, что неизвестный злоумышленник, якобы, подложил ему в чемодан этот металл. Мы тем не менее изобличили мошенника, хотя стоило это трудов немалых.
Особо много промышленного золота изымалось работниками милиции при посадках в самолеты в портах Якутска и Магадана.
Трагикомический случай произошел в Якутске, где преступник с похищенным золотом, вполне резонно решив, что в салон ему безнаказанно не проникнуть, приспособился было лететь в пустотах для колес аэроплана. Когда при взлете шасси были убраны, он упал на поле аэродрома. В одежде трупа нашли около пяти килограммов промышленного золота.
В Москве отдел осуществил успешную операцию по задержанию с поличным известного валютчика Когана, у которого при попытке сбыта изъяли бриллиант весом 16 карат и стоимостью по тогдашним деньгам 40 тысяч рублей.
Было и много других случаев подобного рода.
В заключение напомню, что в борьбе с этими преступлениями отсутствовала правовая база, главным образом в работе с агентами. Действовали они на грани провокации, один неверный шаг — и агент попадал в подозреваемые. Многие оперативные работники просто боялись применять агентуру по таким делам. Это сдерживало работу по разоблачению преступников и влияло на конечные результаты изъятия валютных ценностей.
Два примера из жизни начальника отделения ГУБХСС МВД СССР полковника милиции в отставке Московцева Николая Павловича.
Магаданская область, где сосредоточена была основная добыча золота, называлась золотым цехом страны.
Ранее никогда открыто не публиковались данные о количестве добываемого в стране золота. Иногда говорилось, что СССР по этому показателю стоит на третьем месте в мире (после США и ЮАР ). По моим данным, о фактическом количестве добываемого в Советском Союзе золота знало несколько человек из высшего руководства государства и Минцветмета. Доступ к этим данным мог иметь и оперативный работник, занимающийся организацией борьбы с хищениями в этой отрасли народного хозяйства.
Ежегодно мне приходилось бывать в УВД Магаданской области по конкретным делам и с целью организации профилактических мероприятий по сохранности драгоценных металлов. Дело в том, что Магаданская область с ее многочисленными приисками и старательскими артелями по добыче золота, как гигантский магнит, притягивала к себе разного рода авантюристов, стремящихся к легкой наживе, особенно с Северного Кавказа. Устраиваясь на разные подсобные сезонные работы в промывочный период, они вступали в преступные связи с такими же нечестными работниками приисков и артелей, скупали у них похищенное золото и пытались со всяческими ухищрениями вывозить, как они говорили, на Большую землю. Для реализации зубным техникам и ювелирам-нелегалам. В случае удачи они наживали огромные деньги…
Сбывали им похищенное золото охотно еще и потому, что платили они за один грамм золота в 2-3 раза дороже государственной закупочной цены.
Важность сохранности драгоценных металлов и камней настолько велика, что по инициативе МВД СССР было проведено совместное совещание коллегий нашего министерства и Министерства цветной металлургии СССР. В совместном решении были намечены меры по усилению борьбы с хищениями и профилактике их. В частности, в основных районах золотодобычи создавались с этой целью оперативные группы.
Например, в УВД Магаданской области такую группу возглавил старший уполномоченный ОБХСС классный профессионал своего дела А.И. Воротников.
В летний промывочный сезон 1971 года в ГУБХСС поступили оперативные данные о готовящемся неким гражданином "Н", приехавшим из Чечено-Ингушкой АССР, хищении крупной партии золота с одного из приисков Билибинского района Магаданской области. Руководство Главка немедленно командировало меня в Магадан.
Проведя совместно с отделом БХСС области оперативные мероприятия, мы установили личность этого "Н": им оказался 25-летний житель одного из селений Назрановского района ЧИАССР Насыров, ингуш по национальности. Из оперативных материалов усматривалось, что он, работая на прииске разнорабочим, вступал в преступные связи с отдельными рабочими прииска, старательских артелей, скупал у них золото и вывозил его на родину с целью сбыта. Для вывоза похищенного золота он использовал в основном русских молодых людей и девушек за хорошее вознаграждение. Были установлены его многочисленные связи.
В результате успешно проведенной операции Насыров был задержан при попытке вылета из аэропорта Магадан в сопровождении молодой особы. Причем никаких вещей с собой у них не было, кроме небольшого «дипломата» у него и довольно толстой книги у девушки в руках. При осмотре одежды и этих вещей обнаружилось 2,8 кг золотого песка. В том числе 800 г — в книге: середина листов в ней была вырезана, и в углублении в небольших пакетиках было золото. Еще 2 кг — в капроновом чулке, по всей длине спрятанном под нижним бельем, как пояс. Было возбуждено уголовное дело.
Дальнейшая работа показала, что Насыров и в предыдущий сезон скупал золото, которое вывез на Кавказ и передал на хранение отцу.
Для проведения оперативно-следственных действий по месту постоянного жительства Насырова на Северный Кавказ я вылетел из Магадана вместе со старшим следователем УВД Магаданской области Шкельтиной и начальником ОБХСС Билибинского района Кузнецовым. Направлялись мы не в Грозный, а в столицу Северной Осетии город Орджоникидзе. Это не было случайностью. Бывая неоднократно до этого в ЧИАССР, я изучил, насколько это возможно, обстановку, да и оперативные материалы свидетельствовали о том, что там настолько развито «куначество», что не было уверенности — не помешают ли нам многочисленные родственники Насырова при проведении следственных мероприятий.