Чтение онлайн

— Я ваша должница, милорд. — Она поклонилась своему спасителю.

Он был высок, строен, широкоплеч; под забралом шлема, украшенного золотым венцом, виднелась плотно прилегающая к голове шапочка. Она скрывала его волосы, шею и переходила в короткий плащ, расшитый по краям драгоценными камнями. На всаднике был костюм темно-фиолетового цвета.

— Для меня это большая честь, миледи. Боюсь, мои земляки слишком увлекаются пирушками и радуются раньше времени.

Он шагом поехал рядом с ней; Катлинель разглядывала его с неприкрытым удивлением.

— Простите мою оплошность… Поскольку шея у вас закрыта, я приняла вас за соплеменника.

— А кого вы считаете своими соплеменниками? — поинтересовался он с едва уловимой иронией в бархатном голосе.

Вспыхнув, Катлинель натянула поводья и готова уже была поворотить коня и умчаться прочь от наглеца. Но тот поднял руку, и конь застыл как вкопанный.

— Виноват, миледи. Непростительная бесцеремонность с моей стороны. Просто всякому видно, что ваша красота — результат слияния человеческой и танусской крови. А по вашим изумрудно-серебряным одеждам я понял, что вы, подобно мне, из числа иллюзионистов, причем высшего класса. Если вы благосклонно смените свой справедливый гнев на милость и сохраните в памяти не мою грубую шутку, а оказанную вам прежде незначительную услугу, то мы могли бы совершить небольшую прогулку верхом и дружески поболтать. Не скрою, ваш народ очень меня интересует.

— А вы, я вижу, за словом в карман не лезете, лорд фирвулаг… Ну что ж, принимаю ваше предложение. Я — Катлинель, по прозванию Темноглазая, и в Высоком Столе мне как низшей из высших тану отведено последнее место.

— Уверен, это ненадолго! — Он снял шлем и венец; фиолетовая шапочка закрывала всю его голову. — Меня называют Властелином Луговой Горы. Мои владения лежат далеко на севере, на окраинах королевства фирвулагов. Никогда прежде я не бывал на Великой Битве. Мой народ так озабочен повседневными проблемами выживания, что ему не до ритуальных игр.

— У нас такое заявление сочли бы ересью, но я вас понимаю.

— Значит, среди тану тоже есть не слишком рьяные воители?

— И довольно много, — призналась Катлинель, — особенно среди гибридов, как я. Но сила традиции непреодолима.

— А-а, традиции… Но, говорят, в последнее время древние обычаи не находят в народе особого понимания. Некогда столь послушное и полезное вам человечество, кажется, взбунтовалось против вашего Верховного Властителя.

— Да, в союзе с вами, фирвулагами!

— Тану первыми вступили в союз с людьми, почему бы и нам не последовать их примеру? Надо признать, что мы, фирвулаги, народ более узколобый и прямолинейный. Так, большинство моих собратьев ни за что не сядут верхом вот на такое животное — предпочитают топать на своих крепких ногах.

— А вы как будто не слишком щепетильны?

— Поневоле приходится быть реалистом, благородная леди. Скажите, правда ли, что человеческим ученым у вас, тану, почет и уважение? Что вы используете их специальные знания, чтобы развивать свою экономику и технологии?

— Я вхожу в руководство Гильдии Творцов. Все науки, кроме медицины и психобиологии — наша епархия. И у нас в Гильдии работает очень много ученых людей. Готовят молодые кадры, занимаются практическим применением своих знаний… Агрономы, геологи, инженеры всех отраслей и даже специалисты по общественным наукам — все поставили свои способности на службу Многоцветной Земле.

— А генетики? — вполголоса спросил Властелин Луговой Горы.

— Ну разумеется.

— Ах, если б мы не были врагами! — посетовал он. — Если бы могли свободно сотрудничать, свободно обмениваться идеями и ресурсами. Фирвулагам воистину есть что вам предложить… А вы так много могли бы сделать для нас.

— До сих пор это было не принято, — отозвалась она.

— До сих пор… Пока старая несгибаемая воинская братия управляет вашим королевством.

— Мне пора, — прервала разговор Катлинель.

— Но вы приедете снова? Ведь до того момента, как мы официально станем врагами, еще целая неделя.

Она протянула руку, и он попрощался как истинный рыцарь. Губы его были холодны. Во внезапной вспышке метапсихической проницательности Катлинель поняла, что они столь же иллюзорны, как и все остальное. Но ум, открывшийся ей, был далеко не холоден и весь светился надеждой.

— Завтра вечером я опять приеду, — пообещала она. — Как мне справиться о вас у ваших друзей?

— Боюсь, здесь немногие назовут меня другом. — Он улыбнулся невесело и предостерегающе. — Я найду вас на этом самом месте. Лучше, если и среди ваших друзей никто не будет знать, что вы снизошли до беседы с неким Суголлом, Властелином Луговой Горы, которую люди будущего назовут Фельдбергом.

— Рыцарям Высокого Стола позволено общаться, с кем они пожелают, — заявила Катлинель и, пришпорив коня, поскакала по дороге, ведущей от солончаков к Авену.

Гомнол медленно водил инфракрасным лучом по черной глади Каталонского залива.

— Ни следа, — сообщил он. — А ведь через час Летучая Охота появится в нашем квадрате, если, конечно, не собьется с пути. Ты уверен, что они высадились на сушу именно сегодня ночью?

— Еще бы, черт возьми! — прорычал Эйкен Драм.

Сквозь окуляры с простыми линзами он заглянул в бойницу меж двух зубцов крепостной стены. Вместе с лордом Принудителем они поднялись на самую высокую башню здания Гильдии.

— Прибываем сегодня ночью, сообщите телепатической связью безопасное место встречи, необходимо скоординировать план нападения на рассвете в понедельник после дня отдыха и разведки. Если твои агенты оказались не в состоянии их обнаружить, так нечего на меня валить!

— Где же они могут быть? — рассуждал Гомнол. — Путей-то много. Скажем, они замешались в поток паломников из Каламоска, Тарасии, Геронии и других испанских городов. Или поплыли на северо-запад Каталонского залива, после того как прошли Глиссаду, а потом просто обогнули мыс Авена. Если они уже высадились, мы их не отловим ни с воздуха, ни с земли — как и Ноданн с потомством. В северной части полуострова примерно полсотни небольших бухт и расщелин и тысячи гротов, где ни один ясновидящий их не углядит. Придется ждать, когда они выйдут с тобой на связь, хотя это и увеличивает шансы потомства обнаружить их первыми. Жаль, что они не доверили тебе вылететь им навстречу, как только достигли бассейна.

— Помолчи! — оборвал его Эйкен. — Я пытаюсь настроиться на волну Фелиции. Наверняка она еще не научилась ставить экраны.

— Кто знает! С ней всегда надо быть начеку… И с дубиной Стейном тоже. Если наша блокировка в его уме удержится или Куллукет ее почувствует и пригласит других корректоров из потомства присоединиться к нему в многофазовом тестировании, то Стейн расколется, наведет их на нас. Может, лучше убрать викинга с дороги?

— Гамбол, отцепись от меня! — Глазки-бусинки злобно блеснули. — Блокировка вполне надежна. Только тронь его или Сьюки, и между нами все будет кончено, понял?