Чтение онлайн

Протиснувшись сквозь довольно широкую щель между двумя прутьями, она очутилась внутри гигантской чаши. Лешка, ощущая непонятно откуда взявшийся страх, как хвостик следовал за ней.

Сандра никак не могла заставить себя сесть. От навалившейся усталости подламывались ноги, но она зачем-то все ходила, ходила.

Наконец, поднявшись несколькими рядами выше, села. Лешка тихонько примостился рядом.

Сидели и глядели на футбольное поле. Молчали. Потом Сандру стало знобить. Стучали зубы, все тело стала бить дрожь, и Ланская никак не могла ее унять.

– Тетя Сандра, что вы? Ведь тепло, – попробовал успокоить ее малыш.

– Замерзла, – засмеялась она. – Понимаешь?

И Лешка тоже засмеялся. Из вежливости. И больше не произнес ни слова. Он не знал, что происходило в машине, но каждая клетка тела, казалось, кричала:

– Тетя Сандра! Ну что же вы дрожите! Ведь тепло!?

Она была в белом. Светлая женская фигура стояла в комнате, чуть правее закрытой двери, и Абрикосов не хотел, не мог Ее видеть, что-то мешало. Состояние, в котором Юрий находился в тот момент, нельзя назвать сном, равно как это не было явью.

А вот потом, потом он увидел сына, сидящего спиной к другому существу, тоже светлому, почти прозрачному. Настолько прозрачному… линии фигуры лишь отдаленно напоминали человеческое тело. Меньшее, чем тело взрослого человека. И прозрачные, почти невидимые линии рук обняли Лешкины плечи, и, не видя этого, Юрий ощутил, как светлое существо поцеловало малыша в голову.

И Абрикосов догадался – к Лешке снизошел Ангел.

Он проснулся в слезах и стал молиться. Непонятно, отчего, Абрикосов плакал и просил небо за всех, кого мог вспомнить. Для себя он просил только одного – умереть раньше сына…

Утром он удивился – Юрий не умел молиться.

Побег Лешки почему-то не стал для Юрия неожиданностью, и он сравнительно спокойно выслушал сбивчивый монолог Веры, стоя в телефонной будке, недалеко от центрального входа в институт:

– … удрал, сукин сын! Представляешь?! Сандра утром отвезла его в бассейн. После бассейна ему плохо стало – она взяла такси и в больницу. Там Светлана, слава Богу, компот сладкий ему дала. А пять минут назад позвонила – удрал! – в голосе Веры слышалась тревога, но не запредельная, и Юрий через мгновенье понял почему:

– …Светлана сейчас заканчивает обход и на «скорой» к нам домой. Ты, если сможешь, перезвони через часок, но не позже.

Сандра в институте не появилась и Абрикосов, не выходя из будки, набрал номер Ланской. Никто не поднял трубку.

Оставшиеся сорок пять минут Нерон-Абрикосов стоял на тумбе и пытался сообразить, где может находиться Лешка, и сделал ли сын укол.

Виктор слышал, как вернулся Лешка, но не встал с дивана. Он не мог знать, что малыш сбежал из больницы, и был убежден – ученик пришел с уроков.

С кухни донеслось звяканье посуды, и Виктор понял – тару идет сдавать. Отлично. Такой поворот событий Крамнова вполне устраивал.

Когда за Лешкой закрылась дверь, Виктор попробовал подняться. Получилось. Встал. Кровь отхлынула от головы, его повело.

– Стоять! Братишка! – приказал себе Крамнов. С трудом сохраняя равновесие, двинулся на кухню, где находился высококалорийный продукт из дружественного Азербайджана.

Из коридора появился наполовину обритый котенок.

Предательская слабость в ногах заставила вернуться на диван.

– Неужели все-таки кони? – Виктор с ужасом глядел на Мурока, ставшего похожим на маленького пуделя. Котенок лег на ковер, и тонкая нитка хвоста без единого волоска стала перемещаться то влево, то вправо.

– Кони, – утвердился в своей догадке Виктор, внутри похолодело.

Тут Крамнов обратил внимание на бритву, лежавшую на середине комнаты.

В одно мгновение все стало на свои места: левая ладонь ощутила отсутствие волос на голове, глаза зафиксировали наличие красных полос на руке – следы коготков, а главное – ковер, изрезанный, местами вообще «лысый» ковер.

– Значит, рассудок еще служит ему, – Виктор поднялся и двинулся на кухню. Зубами открыл пробку, вернулся к дивану, на всякий случай сел.

Выпил две трети, прислушался к благотворным изменениям, происходившим в организме. Виктор давно приучил себя ни о чем не жалеть, интуитивно следуя рецепту Карнеги: «Живи в отсеке сегодняшнего дня».

Закурил, взял большие ножницы и быстро соорудил из рукава старой тельняшки нечто похожее на комбинезончик.

Дошел до холодильника, взял пакет молока, немного плеснул в блюдце. Пока котенок пил, примерил, в самый раз. Взял иголку и замер – в дверь позвонили.

Виктор имел веские причины не спешить открывать дверь незнакомым людям. Вот и газеты призывают к бдительности, телевидение предупреждает о криминализации общества. Крадучись, приблизился к двери и посмотрел в глазок: за дверью стояла симпатичная дама в белом халате поверх пальто.

«Приятно видеть заботу работников здравоохранительных органов о простом труженике. Но я не готов к приему общественности, нехватка фраков».

Крамнов на цыпочках удалился от входной двери и продолжил работу над созданием штанишек Муроку, негоже мужику ходить без штанов.

Наметав шлейки, Виктор отложил почти готовое изделие в сторону и сделал пару глотков «Агдама».

– Интересно, по какому поводу приезжала бригада? Просто так бензин никто тратить не будет. Работники ЛТП приезжали по его душу, но из-за чего?

Вчерашние события напрочь стерлись из памяти.

– Автопилот не подвел, но и черный ящик на месте аварии обнаружить не удалось, – резюмировал Виктор и позвал Мурока, – кис-кис-кис!

Штаны пришлись в самый раз, и, аккуратно завязав шлейки на загривке маленького тигра, Крамнов остался доволен своей работой.

В дверь опять позвонили.

– Сплошные визиты! Но посол не принимает.

Лешка взобрался на мост и, дойдя до середины, остановился. Сумка была слишком тяжелая.

Малыш поставил сумку на асфальт, достал пять бутылок с этикеткой «Шампанское».

Их полет к воде продолжался довольно долго – секунд восемь-девять, потом стеклянные бомбы «взрывались», ударившись о поверхность воды.

Спина побаливала от тяжелых банок. Пункт сдачи стеклотары рядом с домом оказался закрыт. Оставался единственный выход, ехать в универсам на Малиновского, сдавать банки там. Зато там не принимали бутылки, а без них могло не хватить на билеты. Вот тогда-то он и решил зайти к девочке за недостающими банками.