Чтение онлайн

— Вы, господин президент, никудышный диагност и такой же психолог. Да, да, понимаю, я снова оскорбляю вас, правда, теперь уж один на один. Но довольно болтовни. Подумайте о том, что ваши решения влияют на жизнь двухсот миллионов американцев.

— Что вы имеете в виду?

— Хочу сказать, что вы можете серьезно заблуждаться. Например, заговорили о Брэнсоне-старшем, этом неподражаемом образце добропорядочности и процветания, который на самом деле двуличный негодяй. Таким он был, таким и остался. Говорите, мой папаша известный банкир? И много пользы он принес своим вкладчикам? Большинство из них — люди со скромными средствами. Когда я работал у него, понял, за счет чего наживается мой отец. Да я бы не взял и доллара у этого негодяя! Мы-то, по крайней мере, грабим богатых. Он не лишал меня наследства — я не доставил ему такого удовольствия. Просто сказал все, что думаю о нем, и ушел. А известность — зачем она мне?

— И тем не менее за последние восемнадцать часов вы добились большей известности, чем ваш отец за всю жизнь, — мрачно заметил президент.

— Это дурная слава. Кому она нужна? Что же касается денег — да я и так мультимиллионер.

— И все же вы хотите иметь еще больше?

— Мотивы, которые мной руководят, никого не касаются. Простите, что разбудил вас, сэр, — Брэнсон ушел.

— Странный человек! — заметил сидевший в соседнем кресле Мюир.

— Так вы не спали!

— Не хотелось вам мешать. Ночью Брэнсон не тот, что днем, обходительнее, вежливее. Такое впечатление, что этот человек пытается оправдаться перед самим собой. И все же что-то его гнетет.

— Если ему не нужны известность и деньги, тогда что же, черт возьми, мы делаем на этом проклятом мосту?

— Тсс! Вас может услышать мэр Морисон. С вашего позволения, господин президент, я еще посплю.

Кармоди и Роджерс поднялись на вершину южной башни и вышли из лифта. Кармоди нажал на кнопку, и лифт снова пошел вниз. Мужчины вышли на открытую площадку. Далеко внизу, в пятистах футах под ними, был мост. Минуту спустя Кармоди достал из сумки портативную рацию, развернул телескопическую антенну, щелкнул тумблером:

— Можете вырубить энергию. Лифт уже полминуты как внизу.

Он сунул рацию обратно в сумку и снял комбинезон. Под ним оказалась черная рубашка, поверх которой было надето что-то вроде корсета из кожаных ремней с металлической пряжкой сзади. От пряжки отходила нейлоновая веревка, несколько раз обернутая вокруг талии. Кармоди все еще разматывал веревку, когда на башне снова включили свет и загорелись сигнальные огни для воздушных судов.

— Как ты думаешь, нас могут заметить снизу? — спросил он у напарника.

— Нет. Под таким углом им нас не увидеть, тем более что прожекторы выведены из строя.

Кармоди размотал веревку и отдал конец Роджерсу.

— Обмотай пару раз вокруг себя и держи хорошенько!

— Не волнуйся, буду держать как следует, ведь если ты свалишься в воду, придется делать всю работу самому, да и страховать меня будет некому.

Кармоди подошел к гигантскому тросу и начал удалять детонаторы из взрывчатки.

Ревсон проснулся в шесть тридцать утра. Он открыл глаза и увидел, что Эйприл внимательно смотрит на него. Под глазами у девушки пролегли глубокие тени, ее и без того бледное лицо стало почти белым.

— Похоже, вы неважно отдохнули.

— Я всю ночь не спала.

— Что? Чего вы боялись? Я же был здесь, с вами.

— Я беспокоилась не о себе, о вас.

Пол ничего не ответил.

— Ну и как, у вас не кружится голова после снотворного? — спросила Эйприл.

— Нет. Видимо, искусственный сон у меня перешел в естественный. Вы из-за этого беспокоились?

— Нет. Около часа ночи сюда приходил Брэнсон. Посветил вам в глаза фонариком, чтобы убедиться, действительно ли спите.

— Нигде нет покоя от этого человека! Вы думаете...

— Я думаю, что вы у него снова стали главным подозреваемым.

— Подозреваемым в чем?

— Пропал ван Эффен.

— Он что, до сих пор не нашелся?

— Вас это не слишком беспокоит, не так ли?

— Какое мне дело до ван Эффена и что ему до меня? Что-нибудь еще случилось за ночь?

— В три часа ночи на мосту снова погас свет.

— А!

— Ну, вас ничем не удивишь!

— "Погас свет". Что тут особенного? Причины могут быть самые разные.

— А по-моему, главная причина сидит рядом со мной.

— Я же спал!

— Ну, в полночь-то вы не спали, а были на мосту. Могу поспорить, что баша новая маленькая... камера тоже не лежала без дела, — девушка наклонилась и внимательно посмотрела в глаза Ревсону. — Вы, часом, не убили ван Эффена этой ночью?

— Что я наемный убийца?

— Не знаю что и думать. Не забывайте, я знакома с содержанием доклада, который вы передали со мной, отправляя в больницу. Я помню ваши слова: «Только Брэнсон и ван Эффен являются лидерами по натуре. Этих двоих я могу убить».

— Верно, это мои слова. Но я не убивал ван Эффена. Более того, мне почему-то кажется, что он сейчас жив и здоров, хотя, возможно, не слишком весел.

— Брэнсон думает иначе.

— Откуда вы знаете?

— После того как Бартлет ушел... После того как его сменили...

— Бартлет не рассказал Брэнсону о том, что вздремнул на посту?

— А как вы думаете?

— Думаю, что нет. Брэнсон уверен, что наш часовой ни на минуту не терял бдительности. А что потом?

— А потом пришел вот этот горилла.

Ревсон посмотрел на нового часового, волосатого, с густыми сросшимися бровями. Эйприл нисколько не преувеличила — это был настоящий горилла.

— А... Джонни. Брэнсон использует его, когда нужно идти на пролом, этот парень у него вроде танка.

— Несколько раз заходил Крайслер. Я слышала, как он разговаривал с часовым. Они с Брэнсоном считают, что ван Эффена сбросили с моста.

— Очень хотелось бы увидеть лицо Брэнсона, когда он поймет, как сильно заблуждается. Возможно, это будет первый случай в его жизни.

— Вы не хотите рассказать мне об этом?

— Нет.

— Кажется, вы слишком самоуверенны.

— Нет. Просто знаю, что говорю.

— В таком случае, не могли бы вы поспособствовать, чтобы наше затянувшееся приключение на мосту побыстрее закончилось?

— Ну, это совсем другое дело, — улыбнулся Пол. — Возможно, если я буду очень стараться, то смогу сегодня пригласить вас поужинать.

— Сегодня?

— Вы не ослышались.

— И сводите меня в «Тимбукту», где вам так нравится.