Чтение онлайн

Странный вопрос. Какая уверенность — чужая страна, а их всего четыре человека. Но с другой стороны, как его увезти из отеля — не связывать же.

Ладно, собрался с духом, стал уговаривать диссидента. А пэгэушники организовали поездку в прекрасное местечко километрах в двухстах от Аддис-Абебы, сняли маленькую гостиницу, заказали там ресторан. Словом, райскую жизнь на денек.

Поездка и вправду оказалась замечательной. Анатолий Николаевич потом часто вспоминал живописный уголок в горах, с маленькой комфортабельной гостиницей, с радоновым бассейном, рестораном. Искупались, пообедали, пообщались, отдохнули. Подопечный тоже был доволен. А когда возвратились в столицу, в отель, армяне уже уехали. Оперативная задача была успешно решена…

После того как Савельев закончил рассказ, я поинтересовался, какова же судьба его подопечного, неизвестно?

Анатолий Николаевич усмехнулся:

— Почему же неизвестно. Он сейчас в Армении, в Верховном совете республики заседает.

Вот такое оперативное задание. Как говорят, слов из песни не выкинешь. Судьба проверяла его в разных жизненных ситуациях. И всюду он был выдержан, дипломатичен, умен.

Иному этих качеств хватило бы за глаза, а Савельев обладал еще одним, крайне важным для сотрудника подразделения специального назначения качеством — смелостью.

Только смелость помогла Савельеву со своими ребятами, рискуя собой, спасти жизни наших солдат. Это уже был второй выезд в Афганистан, так называемая стажировка в составе десантно-штурмовой маневренной группы погранвойск.

А случилось следующее: крупную банду моджахедов загнали в ущелье. Маневренную группу поделили на заставы, и они закрыли ущелье сверху. Снизу банду гнал известный в ту пору офицер— пограничник Юрий Лопушко. Это за его голову моджахеды давали награду в тысячу афганей.

И вдруг в бою на одной из застав гибнет офицер. Второй, молодой офицер струсил, отказывается командовать. Подразделение остается без управления.

Лопушко приказывает штабу поднять взвод и во главе с командиром бросить в помощь заставе. А в штабе из офицеров всего двое — «зеленые» лейтенанты. Один так и заявил Савельеву: мол, куда идти, не знаю, без компаса, без карты, ночью в горах… Вот рассветет — пойдем.

Но до рассвета погибнут люди.

Пограничники не знали, что за бойцы приехали к ним на стажировку, но оберегали, вперед не пускали. Однако тут положение безвыходное, да и Савельев настаивал. В конце концов, Лопушко сдался.

«Мы пойдем, сказал я тогда, — вспоминал Анатолий Николаевич. — Единственное попросил — передать ребятам, чтобы трассирующими пулями направление указывали.

Когда есть карта — все ясно. А когда ее нет, да еще ночь, да все время оказываются две дороги! Идем — развилка. Прошу дать трассер. Дают в направлении левой дороги. Поворачиваем туда. Оказывается, это просто тропа, которая вела к сельхозучастку. Смотрим, дорога пошла вверх и сразу обрыв…

Ноги начинают скользить в темноте, чувствую — падаю в пропасть. Внизу, где-то далеко, на нашей границе, мелькают огоньки в бездонном черном мраке.

Лезу вверх, попадаю на отрицательный склон и чувствую — ползу вниз. Схватиться не за что. Только успел крикнуть ребятам: «За мной не ходить!» Иначе сам упаду и их потащу за собой.

Скользил в пропасть, и состояние какое-то странное было, словно не в реальном времени: надо мной звезды громадные, внизу — огоньки далекие. А земля уходит из-под ног.

Посмотрел на далекую Родину, попрощался мысленно. Схватился за один камень — отходит, за другой — то же самое. Ну, думаю, все, конец.

Кстати, интересно, никогда этот случай жене не рассказывал. А она однажды поведала мне, что в одну ночь, когда я находился в Афгане, ей было очень плохо.

— Что это за ночь, вспомни? Событие какое-то, по телевизору что-то показывали?

И она вспомнила. По телевизору шел отборочный матч чемпионата мира СССР — Дания.

Оказалось, это была та ночь, когда я падал в пропасть.

В общем, не крикнул даже тогда. А что кричать, никто не поможет, тем более сам командир.

В последний момент посмотрел вверх и на фоне неба увидел колючку. А она вся в шипах, схватишь — насквозь руку прошивает. Но выбирать не приходилось. Схватился и затормозил падение. Чудом потихонечку вылез, отлежался, побрел на дорогу, нашел своих. К заставе, не смотря ни на что, мы вышли. Смотрю, а в ущелье — горячий бой, банда движется на нас, а солдаты сбились к костру как овцы. И лейтенант вместе с ними, подавлен, испуган.

Говорю, вы что сидите, орлы? Я — ваш командир, бегом занимать позиции.

Вместе заняли позиции, укрепились, приняли бой. Бандиты почувствовали, что заперты, и сдались».

Из той командировки в Афганистан Анатолий Николаевич привез не только боевой орден, но и веру. Именно в ту, едва не ставшую роковой ночь он обрел Бога в душе. Когда сползал в пропасть, в самый отчаянный момент прошептал: «Господи, помоги!» После возвращения из командировки уже осознанно пришел в церковь, стал православным христианином.

Свою веру он не выставлял на показ. Он уверовал в Бога, в тяжелые минуты обращался к нему. Случалось, и сам помогал служителям церкви. В «Альфе» известен случай, когда Анатолий Савельев сумел вернуть церкви Ново-Иерусалимский монастырь. Местные власти хотели на его территории устроить зону отдыха. Анатолий Николаевич от имени православной общины обратился к своим хорошим знакомым — высоким чиновникам в Кремле. Те пошли навстречу.

Так уж вышло, вся жизнь Анатолия Савельева — вечный бой. Наверное, это о таких людях сложил Александр Блок свои гениальные строки: «И вечный бой! Покой нам только снится сквозь кровь и пыль…»

Последним боем для полковника Савельева стала операция у шведского посольства. Первоначально планировалось доставить террориста в аэропорт — для этого во Внуково и Шереметьево выехали две группы. Предусматривалась и его возможная ликвидация на маршруте следования.

Полковник Савельев принял иное решение. Свое.

Почему? Это самый сложный вопрос. Он знал о группах захвата в аэропортах и на маршруте, он не сомневался в выучке своих подчиненных, тем более такой прием, как штурм автобуса отрабатывался неоднократно и применялся успешно. Примером тому действия «Альфы» в октябре 1995 года, когда террорист захватил автобус с корейскими туристами на Васильевском спуске. Все тогда закончилось более чем удачно.