Чтение онлайн

У бассейна расположилась веселая компания: Сати, Вадик, баба Аля и Айсель. Они весело болтали и играли в карты. Увидев Орхана, Вадик помахал ему рукой.

— Каримов, присоединяйся! Твоя жена уложила меня на лопатки.

В ответ на беззаботную улыбку, Вадик увидел хмурый взгляд.

— Да ребятки, — весело пропел он, — Орхан не в духе, а значит и нам, простым смертным, веселиться запрещено.

Айсель обернулась и посмотрела на Орхана. Он тоже внимательно осматривал ее. Сегодня она была в белом: белая маечка, белые шортики. Волосы собраны в узел. "Тоже мне — ангелочек!", промелькнуло у Орхана. Солнечные лучи танцевали на ее лице, вынуждая хмуриться. Их глаза встретились…

— Привет! — Прошептала она, смущаясь под его пристальным взглядом.

Сам от себя не ожидая, Орхан выдал улыбку.

— Привет! Собирайся, поедем погулять. — Она удивилась, затем удивление сменилось растерянностью. — Ты ведь хочешь посмотреть Москву? — У него получилось: в ее глазах зажглись огоньки, улыбка стала шире. Она торопливо встала и, попрощавшись с Сати, пошла в дом. Игнорируя всех остальных, Орхан последовал за ней.

Он ждал у двери ее комнаты. Долго ждать не пришлось. Она появилась через пять минут. Только его жена могла быть готова к прогулке по Москве за пять минут. Но результат был ничуть не хуже, как если бы она провела за подготовкой пять часов. Темные джинсы-карандаши от Клайна, серебристая блузка, серебристые балетки, волосы распущены по плечам. И никаких украшений.

"Да, а какие украшения она должна носить?" Подумал Орхан. И в очередной раз ругая себя последними словами. И тут обратил внимание, что она не надела обручальное кольцо.

— Где твое кольцо?

Она посмотрела на руку:

— Я боюсь его носить, вдруг камень выпадет.

Орхан усмехнулся:

— Детка, выпадет — вставим или купим новое.

Айсель глубоко вздохнула и уже собиралась рассказать ему о ценности обручального кольца, но потом вспомнила, их брак — фальшь, и кольцо не имеет смысла. Она вернулась в комнату за кольцом.

Когда они въехали в город, уже начало темнеть. Айсель, не отрываясь, смотрела в окно, совсем не замечая его. Он с интересом наблюдал, как менялось ее выражение лица. Она была открытой книгой, ее эмоции были написаны на лице.

Они ехали в полном молчании. Это раздражало Орхана.

— Как прошел день? — Он попытался завязать разговор.

— Отлично, — сказала она, даже не обернувшись к нему.

— У меня тоже, — с сарказмом произнес Орхан, надавив на газ.

— Извини… просто тебя я вижу каждый день, а Москву в первый раз.

— Ты нанесла серьезный урон моему самолюбию.

— Думаю, ты это переживешь. — Из-за большой скорости наблюдать за городом через окно стало невозможно. Картинки менялись слишком быстро.

Она наконец-то обернулась к нему.

— Как прошел день?

— В делах, — соврал Орхан и сменил тему. — Что ты хочешь увидеть? Может, перекусим где-нибудь?

— Орхан, — она посмотрела на него в упор. — Ты действительно думаешь, что я хочу увидеть Москву сквозь стекла фешенебельного ресторана?

Он усмехнулся.

— Куда захочешь, туда и поедем.

— Правда? — Радостно воскликнула она.

— Правда. — Ответил он ей в тон.

Они прошлись по Арбату, Айсель болтала без остановки, она была ходячей энциклопедией. Говорила как заведенная. Ее восторг, ее радость — все это отражалось на ее лице. Орхан улыбался, думая о том, как легко ей угодить. Он дарил разным женщинам дорогие подарки, квартиры, машины, драгоценности. Но они воспринимали это, как должное, в порядке вещей. Требовали еще. А она…

— Жаль, что уже поздно. В музей мы уже не попадем.

— Куда? — Удивился Орхан.

— Музей-квартира А. С. Пушкина, если я не ошибаюсь, она на Арбате. — Он остановился посреди одной из самых старинных улиц Москвы и уставился на свою жену.

— Ты — ненормальная! — Вынес он свой вердикт.

— Так, хорошо, что я не попросила показать мне кое-что. Ты бы уже искал психиатра…

— Ты что, хочешь прямо сейчас пойти в Мавзолей? На ночь глядя?

Она замотала головой.

— Нет, и вообще, проехали.

Она пошла дальше. Он пошел за ней.

— Детка, я же сказал, все, что хочешь…

Она обернулась, и с улыбкой на губах произнесла:

— Тогда пеняй на себя.

Он сидел рядом с ней в полупустом вагоне метро.

— Ну что, довольна?

— Да, — прошептала она. — Спасибо тебе. — Ее красивые глаза смотрели на него с благодарностью. — Мама рассказывала, что Московский метрополитен по интенсивности использования отстает лишь от Токио.

— Здорово, — прошептал он. В данный момент в плохо освещенном полупустом вагоне Московское метро — это последнее, что его интересовало. Он посмотрел на часы: до станции, где он оставил машину, ехать еще двадцать минут. Еще двадцать…

— Я знаю, сейчас интересоваться такими вещами немодно. Но мне все равно.

Орхан промолчал пару минут, а потом выпалил скороговоркой:

— Первая линия открылась 15 мая 1935 года и шла от станции "Сокольники" до станции "Парк культуры". Метрополитен первоначально носил имя Л. М. Кагановича, не спрашивай, кто он такой — без понятия. Ты уж извини. Кольцевая линия соединяет все остальные линии, кроме Бутовской и Каховской. В Московском метро 182 станции. — Она уставилась на него, раскрыв рот. — Что, думаешь, ты одна такая умная? — Она попыталась что-то сказать, но он не дал. — Расскажешь кому-нибудь, о чем я сейчас болтал, пожалеешь.

Она рассмеялась.

— Откуда ты все это знаешь?

— Откуда? Я умею читать, я учился в школе, я вырос в этом городе… отчасти. И однажды я убежал из дома, чтобы прокатиться в метро.

Он говорил о своем детстве. Впервые за время их знакомства он рассказал ей что-то о себе. Она ответила улыбкой на улыбку.

Вагон остановился, Орхан поднялся и протянул ей руку. Она встала, и тут вагон шатнулся. Айсель оступилась и чуть было не упала — благо, Орхан подхватил ее. Она оказалась вплотную прижатая к нему, и он не торопился ее отпускать. Ее лицо приобрело бордовый оттенок прямо у него на глазах. Орхан поймал себя на мысли, что ему нравится вот так ее держать. Но он не мог понять, что именно чувствовал. Она слишком быстро отстранилась, смущенно прошептав: "Спасибо".

Всю дорогу обратно они ехали молча. Подъезжая к дому, Орхан увидел машину отца.

— И чего ему не спится? — Пробормотал он себе под нос, но тут столкнулся с осуждающим взглядом Айсель. — Извини. Интересно, что беспокоит моего папочку в столь поздний час? Так нормально?

Она улыбнулась.

— Да, очень даже хорошо. Вот если бы ты еще изменил выражение лица, из тебя получился бы отличный пай-мальчик.

— Не дождешься, милая, — в тон ей ответил Орхан. — Кстати, отец хочет устроить прием в твою честь. — Как бы невзначай сказал Орхан. Выражение ее лица сразу изменилось, стало серьезным и задумчивым. — Да не смотри ты так, ничего серьезного, просто несколько его друзей. Я бы пригласил своих, было бы весело, но батя их не жалует.