Чтение онлайн

— Кстати, завтра поедем к адвокату. Отец все вычислил, так что продолжать этот фарс нет смысла. Придумаем что-нибудь для самых любопытных — и ты свободна.

Так просто, без сочувствия, без эмоций, без грусти. Он выплеснул эти слова, и они как яд проникли в мою кровь, отравляя душу. Это был крах, мой конец. Весь мой мир разлетался на куски, на осколки, которые вонзались мне в сердце, причиняя немыслимую боль.

Даже сейчас, окончательно проснувшись, я не могла остановить дрожь при воспоминаниях об этом сне. На глаза снова навернулись слезы. И меня начал мучить вопрос. Как я буду без него жить, когда все это и правда закончится? Что я буду делать с чувством под названием Любовь, которое гложет мою душу? Он ведь мне ничего не обещал…

Именно мой сон заставил меня пойти на то, на что я решилась. Я не хочу забивать голову мыслями, что будет завтра. Я хочу думать о том, что есть сейчас. А сейчас я счастлива, рядом со мной мужчина, которого я люблю. А ночью мы занимались любовью. Он творил со мной такое, о чем я и не мечтала. Он заставил меня испытать удовольствие, о существовании которого я даже не подозревала. Он стал моим первым мужчиной. Теперь, если завтра он закроет за мной дверь, мне будет, с чем жить, будет, чем утешать себя одинокими ночами. И будь что будет! Он есть в моей жизни, и пока он со мной я счастлива.

В моей памяти запечатлелось каждое мгновение этой ночи. Я помню каждый кусочек его тела, каждую родинку, каждый шрамик. Я помню его прикосновение и его нежные слова. И то, как перед самым концом, он прокричал мое имя. Это все останется со мной навсегда, это принадлежит лишь мне.

Во мраке комнаты Орхан заметил слезинку на щеке у жены. Он встревожился.

— Тебе больно? — Он попытался отодвинуться от нее.

— Нет, — прошептала Айсель, не поднимая взгляда.

— Айсель! — Он кончиками пальца приподнял ее подбородок и поймал ее взгляд. — Что случилось?

— Я… — "Я люблю тебя", хотелось прошептать ей, но она сдержалась. — Я… очень счастлива. И это была… самая… незабываемая ночь. — Он прижался губами к ее губам, не дав договорить.

— У меня тоже, — выпалил он. Айсель недоверчиво усмехнулась. — И не смейся. — Добавил он, проведя рукой по щеке.

— Так и самая, — огрызнулась девушка, Орхан решил ее переубедить, впившись в ее губы страстным поцелуем, не дав ей возможность сморозить очередную глупость.

— Орхан! — Смущенно вскрикнула Айсель, оторвавшись от него.

— Что? — С наигранным удивлением спросил он. — Сама виновата.

— В чем? — Удивилась девушка. Орхан прожигал ее взглядом, в глазах плясали чертята. — Нельзя быть такой сладкой. — Он вновь потянулся к ее губам.

— Орхан, — еле дыша, визгнула Айсель. — Мне надо в душ. — Орхан рассмеялся.

— Так иди, кто мешает?

— Ты. — Он вздернул бровь. — Часть одеяла под тобой. Я не могу в него завернуться, пока ты на нем.

— Так иди без простыни, я только за.

— Орхан! — Простонала Айсель, надув щечки, как обиженный ребенок. Орхан сжалился и откинул с себя одеяло, ни капельки не смущаясь своей наготы. Айсель, вспыхнув, собиралась что-то пробормотать, но передумала. Тщательно завернувшись в одеяло, скрылась в ванной. Орхан еще долго смотрел ей вслед, сам себе удивляясь. Кто бы мог подумать…

Солнце только всходило, тоненькие лучи начали проникать в комнату. Он осмотрелся, на полу валялась одежда: разодранная рубашка, джинсы, ночная рубашка Айсель. Здесь надо было прибраться, пока Аля все тут не обследовала, как заправский сыщик. Орхан наспех содрал с постели простынь, собрал с пола их одежду и направился в свою комнату принять душ. На ходу он думал о том, чтобы перенести к Айсель хотя бы часть своих вещей.

Она вышла из ванной, Орхана не было. Но комната приобрела более-менее приличный вид. Айсель смутилась, ей даже в голову не пришло собрать вещи с пола, заметив отсутствие простыни, она смутилась еще больше, на щеках выступил румянец. Покачав головой, девушка направилась в гардеробную. Наспех выбрав легкий сарафан неизвестной ей ранее марки, светло-розового цвета, с серыми кружевами на бретельках. Легкая ткань нежно обтягивала талию и струилась по бедрам, плавно опускаясь чуть ниже колен. Айсель еще раз осмотрела себя в зеркале и осталась довольней. Волосы она собиралась заплести в косу и заколоть на макушке.

— Нет, — прозвучал голос Орхана, девушка вздрогнула.

— Ты меня напугал. — Он подошел ближе и поцеловал жену в макушку. Он сам поражался, насколько он стал зависим от нее. Он постоянно нуждался в прикосновении к ней, ему хотелось чувствовать ее, вдыхать ее запах. — Не закалывай их. Мне так нравится.

— Да? А мне нет. Посмотрела бы я на тебя с такой тяжестью на голове. — Не обращая внимания на ее слова, Орхан зарылся лицом в водопад волос.

— Ты пахнешь сиренью.

— Это не я, а шампунь. — Прошипела Айсель, пытаясь вырваться. Орхан сжал ее крепче.

— Тебе идет розовый.

— Розовый идет всем. — Она продолжала попытки вырваться.

— Ну почему нельзя просто со мной согласиться? — Айсель развернулась лицом к мужу и упрямо покачала головой.

— Купи себе попугая.

— Буду иметь в виду. — Он обхватил ее талию и потащил к двери. — Я есть хочу.

— Вряд ли в такую рань на кухне кто-то есть.

— Зачем мне кто-то? У меня есть жена. — И пусть не совсем дружно, но вместе, продолжая припираться, они направились на кухню.

_________________

Надо же было так вляпаться… по самое сердце!

После тревожного звонка Вадика, Эльхан места себе не находил. Было два часа ночи, когда раздался звонок, которого он ожидал.

— Она у себя, мы едем? — На том конце провода спросил Вадик.

— Да. — Устало прошептал Эльхан и, глотнув таблетки успокоительного, вышел из квартиры.

Лариса жила в гостинице "Мир" в самом центре Москвы. И, конечно же, в самом дорогом номере люкс. Останавливаться в других было ниже ее достоинства. Эльхан удивился, узнав, что она живет одна, без очередного благодетеля. И тут вспомнил — она ведь сейчас замужняя дама.

Он остановился перед номером 108 и постучал.

— Проходи, — за дверью раздался голос Лары. — Я тебя жду. — Эльхан тяжелой походкой прошагал в центр гостиной. Она стояла у бара, разливая водку в две стопки. Несколько минут они внимательно осматривали друг друга. Она была по-прежнему красива, конечно, годы оставили свой отпечаток: исчез былой румянец, свежесть, блеск в красивых, бездонных глазах. Но она была прекрасно сложена, алое платье выгодно подчеркивало фигуру. Глаза… в глаза ей он старался не смотреть. Нет, ему нечего было стыдиться. Они были единственными, что Орхан унаследовал от матери.