Чтение онлайн

— Зверь — это ты? — Он кивнул, проглатывая очередную порцию кофе.

— Не обращай внимания, пусть пишут. Мне плевать.

— А мне нет. — Орхан закатил глаза.

— Зря. — Айсель с недовольным личиком принялась за завтрак. Орхан, оставив чашку, наблюдал,

как жена намазывала масло на хлеб, и затем принялась есть. Капля масла осталось у нее над

губой. Она попыталась достать его языком, но не смогла. Орхан смотрел на нее, не отрывая глаз,

представшее перед ним зрелище завораживало, возбуждало, притягивало. Айсель едва не

подавилась, увидев обращенный на нее взгляд. Орхан вскочил со стула и через секунду с

необузданной страстью обрушился на жену.

— Ребята, вам на дверь бы таблички повесить «Вход запрещен». — Радостный голос Вадика вернул их

в реальность. За ним с улыбкой на лице шагала Сати.

— Вот черт, вы как всегда вовремя. — Орхан неохотно отлепился от жены и вновь сел на свой стул.

Вадик, усадивший Сати на стул, подошел к Айсель и запечатлел на ее щеке братский поцелуй.

— Спасибо.

— Плакали мои деньги, а мне, между прочим, Ване больницу оплачивать.

— Значит, без вас не обошлось. — Улыбнулась Сати. — Чуяло мое сердце.

— Конечно, чуяло, не зря же бедному Ванечке улыбалась. — Вадик уставился на Сати, она

подмигнула Айсель. — Оказалось не зря. Кстати, а как он?

— Вспомнила, парень скоро уже выпишется. Сделали ему новый нос. Он доволен.

Орхан только принялся читать контракт, как в дверь постучались.

— Черт, я же просил меня не беспокоить, вашу… — Слова застыли в горле, в проеме двери проявилась его очаровательная женушка.

— Ты — грубиян. — Орхан вскочил навстречу жене, впившись в ее губы.

— Я скучал. — Он состроил недовольную рожицу. — Зачем волосы заплела?

— Будешь себя плохо вести, вообще отрежу. — Орхан не стал слушать ее нравоучений и запустил руки в

волосы жены, уничтожив красивую косу.

— Каримов — ты псих. — Она вынесла ему вердикт.

— Наверно. — Он потянул ее к своему столу, усевшись в свое кресло, посадил жену на руки. Она

провела рукой по его лицу, он прикрыл глаза. — Знаешь, когда ты рядом, я отдыхаю морально, от

тебя веет спокойствием.

— Это комплимент?

— Нет, это факт. Работы полно, скоро филиал открываем, а от меня толку нет. Вот сейчас важные чины придут совещаться, а у меня мозги другим забиты.

— Чем? — Он наклонился и прошептал ей на ухо.

— Я думаю, о том, как придя домой, уложу тебя в нашу постель и буду любить тебя до самого утра.
–

Айсель покраснела от кончиков волос до пальчиков ног. — Обожаю, когда ты краснеешь.

Но насладиться поцелуем им не дали. В приоткрытую дверь вошли члены совета директоров. Айсель попыталась встать, но Орхан

крепко держал ее в объятиях.

— Господа, прошу прощения, начнем через минуту,

присаживайтесь. — Наслаждаясь смущением жены, он встал с кресла, крепко держа ее на руках,

и спокойной походкой вышел из кабинета. И лишь оказавшись в приемной, Орхан заботливо опустил ее на пол. — Посиди пока со Златой, а я быстренько с ними расправлюсь и мы поедем домой исполнять мою задумку.

— Орхан, — он обернулся у самой двери. — Иногда у меня возникает дикое и необузданное желание… -

Она растянула слова, Орхан изогнул бровь. — Убить тебя.

— Насчет дикого и необузданного я за, а вот убить… Хотя после можно и это, игра стоит свеч! — Она

схватила со стола первую попавшуюся папку и швырнула в Орхана, но угодила в захлопнутую

дверь.

— Черт бы тебя побрал, — прошипела она, нагнувшись, стала собирать бумаги. "Только этого не

хватало", — прошипела Айсель, почувствовав легкое

головокружение. Она почти уже собрала всю стопку, когда на одной из бумаг увидела свое имя.

Я сидела на полу с кипой бумаги в руках, и старательно перечитывая каждую строчку вновь и вновь. Мозг отказывался функционировать, к горлу

подступила тошнота. Я еще раз начала заново читать первую страницу. Часть документации

была на английском, часть — на русском. Но общий смысл был понятен. Орхан купил квартиру на

мое имя в самом центре Лондона, которая при разводе не будет рассматриваться как совместно

нажитое имущество. В голове замедленными кадрами встала картинка: я и Орхан стоим на

берегу Темзы, Орхан усмехается над моим восторгом, и задает вопрос «Что будешь делать после того, как все это закончится?». Я, недолго думая над его вопросом, отвечаю: «Поселюсь в Лондоне, в пять часов буду пить чай, и каждый уикенд ходить на футбол".

Я взялась за следующий документ, документы на открытие банковского счета, ордер на еще

одну квартиру, на этот раз в моем родном городе. Буквы поплыли перед глазами, голова пошла

кругом. Больше читать этого я не могла, аккуратно сложив все документы, я вышла из приемной.

Не помню сама, как дошла до стоянки такси и доехала домой. Перед глазами все плыло, а внутри

образовалась дыра и с каждой минутой она становилась все больше, поглощая все живое, что

было в мне. Как будто что-то сломалось, словно я сама сломалась. Я не помню, как остановила такси,

как назвала адрес. Я не помню, как поднималась по лестнице, ведущую в мою комнату. Я помню

лишь то, что оказалась в ней

Я зашла и осмотрелась. Везде был он: его вещи на диване, джинсы, в которых он был вчера, его

рубашка, которую я сама же и содрала с него, до сих пор валялась на полу. Орхан запретил

кому-либо входить в нашу комнату, ослушаться его никто не смел. Я побрела в ванную в надежде, что холодная вода приведет меня в чувство, но, увы.

Перед огромным зеркалом лежала его зубная щетка, в воздухе витал аромат его парфюма, он был

вокруг, нет, он был в внутри меня, каждая клеточка моего тела была пропитана им. На ум пришла одна

фраза Сати. Когда-то давно, когда мы говорили о ее отношениях с Орханом, она сказала, что