Чтение онлайн

Не знаю, то ли смеяться, то ли смущаться от такого откровения. Царевичев спит с моей обувью, потому что не может пока никак заполучить меня лично! Это что-то. За гранью моего понимания.

— Считаешь меня психом? — понимающе хмыкает он. — Имей в виду, раньше за мной ничего такого не водилось. Просто когда я смотрю на эти туфли, то вижу в них тебя, тем самым вечером. Они как магнит. не могу заставить себя просто взять и убрать их в гардеробную. Спаси меня от этого безумия, Катя.

Он притягивает меня к себе и начинает покрывать быстрыми жадными поцелуями всё лицо, каждый миллиметр кожи. И от этого я задыхаюсь, чувствуя, как слабею под натиском его несокрушимой воли.

— Артём, — шепчу между поцелуями и лихорадочно глажу руками его спину, не в силах оттолкнуть. — Артём, я…

— Сорян, что прерываю, — раздается с лестницы знакомый мрачный голос. — Тёма, мне срочно нужен Морозов, не видел его? Он недоступен.

— Да что за хрень такая происходит, — неверяще цедит Царевичев и отстраняется.

Я выглядываю из-за его плеча и вижу, как по уличной лестнице к нам поднимается Волчарин.

— Зачем тебе Морозов? — с агрессивным недовольством спрашивает Царевичев. — Тебя же девчонка в красной беретке интересовала.

Волчарин подходит к нам, вертя в руках ключи от своей машины и какие-то маленькие белые прямоугольники.

— Девчонка меня и сейчас интересует, — как-то нарочито ровно заявляет он. — И в особенности я хочу выяснить, откуда у нее вот эти интересные бейджики? Узнаешь?

Царевичев берет у него ламинированные прямоугольники и рассматривает печатные жирные надписи. На одном из них значится «Горничная. Альфа-централ», а на другом — «Сотрудник. Рок-клуб СуРок».

— Знакомое название… — сообщаю я, глядя на второй бейджик. — Значит, девушка работает у вашего Морозова? В клубе «СуРок»?.

— Или у Максима, — хмыкает Царевичев, возвращая тому оба прямоугольника. — «Альфа-централ» это гостиница в центре города, Катя. Она находится совсем рядом с рок-клубом.

— А Может и там, и там? — надменно фыркает Волчарин. — В это легко поверить. Она очень… подвижная особа.

— Ты что, упустил ее?

— Не совсем. Где она живёт, я выяснил, но пока без подробностей. Поговорить с ней не удалось. Догнать-то догнал, это ерунда была, но..

— Не понял. И что тебя остановило?

Волчарин морщится и с заметной неохотой сообщает:

— Ее бабушка. Она у нее боевая, как бронетранспортер. И голос соответствующий. Орет так, что уши закладывает Кого только вызвать не грозилась… В-общем, я решил не волновать больную старую женщину. Вдруг инфаркт случится? С девчонкой позже разберусь. А сейчас мне нужен Морозов.

Я быстро отворачиваюсь, чтобы не рассмеяться, и вижу, как подрагивают от сдерживаемой усмешки уголки губ Царевичева. У него даже дурное настроение из- за несвоевременного вмешательства партнёра отступило.

А не смеяться реально сложно. Как представлю невозмутимого Волчарина, который отступает под натиском крикливой старушки.

— А ты у Бати поинтересуйся, — советует Царевичев. — В последний раз он с ним общался.

— Уже интересовался. Говорит что Мороз хотел проверить подсобку с контроллерами и выяснить, почему камеры на черном ходе барахлят Он в этом деле разбирается… Но там его нет Только что проверял.

— Бате сказал?

— Само собой Вся охрана здесь уже прямо сейчас на ушах стоит Может, присоединишься к нашим поискам? Если это дело рук твоего Филина, то боюсь, что… — Волчарин искоса смотрит на меня и уклончиво договаривает: — с Морозовым всякое могло произойти.

Царевичев серьезнеет на глазах.

— Да что ж ты сразу не сказал? Сейчас свистну Боярку с Лебедой, пусть тоже ищут.

— Катя… — он на мгновение оборачивается ко мне. — Езжай домой, я распоряжусь насчет охраны. Тебе не стоит здесь оставаться.

Костя и Настюша будят меня рано утром тихим поскребыванием в дверь моей спальни.

Толком не очнувшись, я на автомате встаю, накидываю халатик и бреду к двери с сонно-полузакрытыми глазами. Просыпаюсь окончательно только после того, как под моими пальцами щелкает «хвостик» внутреннего замка.

— Катя, а папа ещё не вернулся? — жалобно спрашивает Костя. — В его комнате никого нет.

Я смотрю на крошечный экран мобильника и сердце холодит пока ещё смутная тревога. Время — шесть утра. Значит, Царевичев до сих пор участвует в поисках пропавшего Морозова. Надеюсь, с ним всё нормально.

— Не переживай, мой хороший, — я притягиваю обеспокоенного малыша к себе и глажу по волосам. — Сейчас мы позвоним ему и узнаем, когда он вернётся.

Набираю Царевичева. Протяжные гудки довольно долго щекочут мой слух, нагнетая волнение, пока наконец в трубке не раздается спокойное и уверенное:

— Доброе утро, ранняя пташка.

— Доброе, Артём, — я с облегчением улыбаюсь и подмигиваю повеселевшему Косте. — Ты скоро вернёшься? Твой самый храбрый мальчик очень интересуется этим вопросом.

— Думаю, к обеду освобожусь.

Вроде бы Царевичев тоже отвечает с улыбкой, но в его голосе чувствуется усталость. Он что, совсем не спал этой ночью?.. От этой мысли на меня снова накатывает беспокойство. Скорее бы поймали треклятого Филина! Этот тип — просто неиссякаемый источник проблем.

— А что с Морозовым, вы его нашли?

— Нашли. Сидел без сознания в своей машине на полузаросшей объездной дороге. С виду цел. Просто шишка на голове, а сам в полной отключке. Только вряд ли это депо рук Филина.

— Почему вряд ли?

— Во-первых, с Филиным он незнаком, — мрачно говорит Царевичев. — А во-вторых кто-то явно ударил его по голове, когда он повернулся затылком. Морозов никогда бы не стал поворачиваться спиной к незнакомцу в лесу. Он же не идиот Нет, этого человека он воспринимал либо как хорошего знакомого, либо просто как совершенно безобидного.

— Может, он сам вспомнит нападавшего.

— Он пока не может ничего рассказать, Катя… его скорая забрала, — сдержанно сообщает Царевичев, и я чувствую всей кожей, как сильно он переживает за своего партнёра по бизнесу.

— Понятно, — я расстроенно вздыхаю.

Утешать взрослых людей — сложная задача. У меня такой опыт прокачивался только с Настюшей. И теперь всё, что по привычке приходило в голову — это сказать что-то вроде "Ш-ш, все будет хорошо, и всё будет в порядке, солнышко".