Золушка поневоле
Шрифт:
Но вся эта игра, которая так забавляла Лиз, не доставляла никакого удовольствия бедной девушке. Она чувствовала себя загнанной в угол и была не в силах что-либо изменить, отчего у нее постоянно было плохое настроение, к которому стало примешиваться мрачное предчувствие какой-то беды. Казалось, что черная туча сгустилась над ее головой и давит своей тяжестью. Ее одолевали мысли обо всех тех вещах, которые могут произойти. Эти дни, предшествовавшие вечеринке, она не могла сосредоточиться днем, а ночами лежала без сна. К тому же они повздорили с Машей, которая не могла понять ее терзания. Подруга сказала, что Варя должна радоваться такой замечательной возможности не только хорошо провести время, но и заработать приличную сумму. На все Варины доводы Маша лишь махнула рукой и обозвала ее «чистоплюйкой».
Наконец, этот ужасный для девушки день наступил. Побывав накануне в парикмахерской, где ей укоротили и перекрасили волосы, а также попав с утра в руки визажиста, сейчас Варя сидела в своей комнате перед зеркалом и не узнавала свое отражение. На нее смотрела жгучая брюнетка, с волосами собранными в высокую прическу, цвет глаз был умелой рукой подчеркнут блестящими тенями, а губы казались еще более пухлыми под ярко-красной помадой.
Вдруг в дверь позвонили, это приехал Алекс и привез коробки с нарядом. Платье было великолепным, оно было в морском стиле длинное в пол, тренд этого года. Причем длинной была полупрозрачная шифоновая юбка в сине-белые полоски, она распахивалась до самого пояса, и под ней можно было рассмотреть мини платье темно-синего цвета. Широкий алый пояс, подчеркивающий талию, был украшен золотистой застежкой в форме якоря. К платью были присовокуплены переливчатая крохотная алая сумочка, куда поместился лишь Варин телефон и носовой платок, и такого же цвета босоножки на тонюсеньких шпильках. Переодевшись и окинув взглядом свое отражение, Варя поняла, что она готова снаружи, но совершенно не готова внутри, потому что ей было противно то, что она была вынуждена делать. А еще она отчаянно боялась чего-то. Просто сказать, что она паниковала – значит ничего не сказать, она находилась на грани обморока, во рту пересохло, а ладошки стали ледяными и влажными. Девушка закрыла глаза, глубоко вздохнула, посчитала мысленно до десяти и обратно, это ей всегда помогало, наконец, выбралась из квартиры и направилась к Алексу, который ждал ее в своей машине. Увидев ее, он даже присвистнул и осыпал Варю кучей комплиментов, которые она пропустила мимо ушей, чтобы совсем не растеряться. Его восхищение ее схожестью с Лиз не доставило ей никакого удовольствия, она с тоской думала, что ей еще предстоит, но делать было нечего.
Яхта показалась Варе просто огромной, на нижней палубе находились комфортные каюты, обшитые полированным деревом с удобной кожаной мебелью, а верхняя представляла собой роскошный салон и танцплощадку. Они с Алексом приехали раньше остальных гостей, на яхте их ждали лишь приятель Лиз, хозяин яхты, который в это время отдавал последние распоряжения перед отплытием, и не смог лично встретить первых гостей, а также сама Лиз, которая придирчиво рассмотрела Варю со всех сторон и довольно улыбнулась удовлетворенная увиденным. Напомнив как себя нужно вести и что говорить, Лиз скрылась, как она выразилась, «в своем наблюдательном пункте», Варе же оставалось играть навязанную роль в ожидании своих первых зрителей. Она чувствовала себя какой-то заведенной куклой, марионеткой в чужих руках, растерянно озираясь, словно попавший в ловушку зверек.
Остальные гости не заставили себя долго ждать. Варя, поборов душевную панику, вцепилась в предложенный Алексом локоть, и изобразила самую беззаботную улыбку, какую только могла. Она здоровалась, улыбалась, на банальные приветствия и вопросы отвечала такой же банальностью, и никто из ее собеседников не мог даже заподозрить, что перед ним не Лиз.
Все поднялись на верхнюю палубу и прошли на корму, чтобы понаблюдать за работой гребных винтов при отправлении. Варя также была там, любовалась бирюзовым морем позолоченным лучами заходящего солнца, белой пеной вздымающейся за кормой, ветер ласково развевал ее волосы, яхта качалась в такт волнам. А ее начало качать в такт яхты … Мир закружился перед глазами Вари, к горлу подкатила тошнота. Она похолодевшей рукой стала растирать висок, глубоко вздохнула, ожидая успокоения, но все эти манипуляции, казалось, только усилили недомогание. Обеспокоенная, она крепче вцепилась в руку Алекса, который бросив на нее быстрый взгляд, спросил:
– Что-нибудь не так?
– Все нормально, – бросила Варя и скрылась в ближайшем туалете.
Ни глубокие вдохи, ни смачивание лба и висков ледяной водой не помогали, и когда на требования Алекса она, наконец, вышла, ее лицо стало мертвенно-бледным, не помогала даже нанесенная косметика. Алекс окинув ее обеспокоенным взглядом, чертыхнулся и потащил ее в каюту Лиз.
– Вот полюбуйся на эту смесь привидения и утопленницы!
– Что с тобой? – поинтересовалась Лиз, внимательно осматривая ее. – Почему ты не сказала, что страдаешь от морской болезни? Ты так мне всю игру испортишь!
– Я не знала, – попыталась вяло оправдаться Варя и снова скрылась в туалете.
– Алекс, сделай что-нибудь! – Лиз капризно скривила губки и раздраженно топнула. – Приведи в чувство эту идиотку!
Он тут же испарился и появился с флакончиком таблеток и стаканом воды. Приняв двойную дозу лекарства, Варя не почувствовала долгожданного облегчения, а новый приступ морской болезни заставил ее снова скрыться за дверью уборной.
– Ей нужно что-то выпить, – предложил Алекс. – Я слышал, что спиртное помогает при укачивании.
Взбешенная Лиз направилась к минибару, налила что-то темное в бокал и протянула вышедшей качающейся походкой Варе.
– Я не хочу. Я не пью спиртного.
– Тебя никто не спрашивает хочешь ты или нет! Пей или я волью в тебя это силой.
Лиз раздраженно всунула ей в руки бокал и заставила поднести его к губам, девушке ничего не оставалось, как выпить его содержимое. Алкоголь обжег горло, дыхание сбилось и даже выступили слезы. Лиз за этим всем пронаблюдала и затем просто прошипела Варе в лицо:
– Даю тебе полчаса, чтобы привести себя в порядок и вернуться к нашему спектаклю. В противном случае ты не получишь ни копейки из обещанного.
Она развернулась и, резко хлопнув дверью, ушла вместе с Алексом. Обессилившая Варя опустилась на диван, плотно закрыла глаза. Как ни странно, но либо подействовало лекарство, либо алкоголь, но все вокруг, наконец, прекратило свою круговую пляску. Она лежала, боясь открыть глаза и пошевелиться, и старалась слиться с мерным покачиванием яхты, которое вместе с выпитым, в конце концов, убаюкало ее и она провалилась в глубокий сон.
Разбудил Варю громкий теплоходный гудок. Она резко села, оглядывая все вокруг, и не сразу поняла, где находится. Вспомнив все происшедшее, она быстро соскочила с дивана, пытаясь понять, сколько времени она проспала. Как ни странно от морской болезни не осталось и следа. Варя выглянула в окошко иллюминатора и замерла в растерянности: ее встретило безоблачное небо и яркое утреннее солнце, к тому же, яхта уже заходила в порт.
– Боже! Лиз меня убьёт, – прошептала она, осознавая, что вечеринка уже давно закончилась, что она все проспала.
Варя выбежала из каюты и поспешно поднялась на верхнюю палубу, не встретив по дороге ни души. Наверху также никого не было. Девушка обошла все вокруг, и когда подошла к краю танцплощадки, наконец, увидела на корме нижней палубы Алекса, который оттирал от чего-то перила, воровато озираясь. Варя помчалась к нему, и подойдя ближе заметила, что он тряпкой вытирает что-то красное с борта яхты.
– Что Вы делаете? Это что кровь?
Алекс замер и попытался прикрыть собой подозрительные пятна. Варя поначалу направилась к нему, чтобы получше рассмотреть то, что он скрывал, но вдруг она заметила валяющиеся на палубе такую же, как у нее алую лакированную сумочку и босоножек.
– Что здесь произошло? Где Лиз? Что Вы с ней сделали? – спросила она, поднимая сумочку.
– Почему ты решила, что я с ней что-то сделал? Я ее вообще с вечера не видел, – начал он оправдываться. – Мы с ней поссорились, между прочим, из-за тебя. Лиз попыталась тебя разбудить, а когда это у нее не получилось, сорвала злость на мне и на парочке своих подружек. В конце концов, она обозлилась на весь белый свет и, взяв бутылку мартини, направилась сюда. Я же весь вечер напивался в баре, пока не заснул на диване возле барной стойки. Когда я проснулся, то обошел всю яхту в поисках Лиз, пока не обнаружил вот это.