Чтение онлайн

Джиннии пришлось пощелкать пальцами у меня перед глазами, чтобы достучаться.

– Как отпуск?

В ответ у меня задергалось веко, но я смогла криво улыбнуться и поднять большие пальцы вверх.

– Тебя не трогать пока? – оказалось вполне понятливым начальство. Впрочем, за пять лет знакомства Джун уже выучила все мои причуды.

– Ага.

До самого обеда мою голову занимали разные вопросы, но главный: как так-то? Он мне изменял! И ладно бы это была дриада! Так нет же. Это полено было мужского пола! И с одной стороны, как любой здравомыслящий человек, я была рада за Дейва, не каждому удается найти себя, и тем более свою вторую половинку. С другой, он меня бросил. Так и это можно было понять. Раз он гей, то зачем ему женщина? Хотя он и со мной раньше спал. Так почему тогда он изменял не с дриадой, а с дриадом? Хотя, да и черт с ними, геи тоже люди. Но причем тогда тут нелюди? И почему именно полено? Дейв же нормальный. Хотя он гей, какая уж тут нормальность.

Я так пыталась найти в этом хоть какой-то смысл, несмотря на понимание насколько все это бессмысленно, что, когда пришла пара лисоухих, подала им чай, как в первый раз. Причем даже кружки местами не поменяла. А ведь для этого их сеанса у меня было заготовлено кое-что особенное. Даже в план вписано.

– Простите, - возмущенно одернула меня лисомордая хамка, отпив ройбуш своего нюни-муженька. – Но вы опять ошиблись.

На момент выйдя из прострации, я посмотрела сначала на свою работу, отметив, что вредная придирчивая баба права. Потом скользнула взглядом по приподнявшей в удивлении брови Джун, в чьих глазах застыла легкая настороженность. После чего опять на лисомордую, едва не послав ее туда, на чем сегодня видала Дейва, и гордо выпятила грудь, чем привлекла интерес лисоухого. И вот если бы она не сделала ударения на «опять», я бы сдержалась. А так…

– Я никогда не ошибаюсь.

Мой ответ прозвучал нарочито грубо, что у дамочки округлились глазищи. Ну прямо как у Дейва с утра. И вот только после того, как на ее морде отразился активный мыслительный процесс, не знаю правда, о чем, я вышла обратно в приемную.

Тоже мне, прима-балерина. Чай ей не тот. Могла бы спасибо сказать, что я ей вообще его принесла. Чтоб у нее муж, наконец-то, прозрел и тоже какое-нибудь полено себе нашел!

И все же, после этого меня слегка отпустило. Но только слегка. Не настолько, чтобы начала грызть совесть из-за непрофессионального отношения. Да любой психолог и психиатр в этом городе наверняка тут же бросил ими заниматься, если бы узнал о моих тараканах.

Выпроводив этих кицунэ нафиг с нашей территории, Джун снова вопросительно уставилась на меня.

– Сорок два. – Понимая, что расспросов не избежать, я решила переиграть начальство. Несмотря на то, что на ее поле это практически нереально.

– В каком смысле?

– В смысле, смысла нет. А это ответ на главный вопрос жизни и вселенной и всего такого. (*1)

– Так… С тобой все понятно. – Тяжело вздохнуло начальство, уперев руки в бока и притоптывая ножкой. – Давай, рассказывай.

Я демонстративно вскинула руку и посмотрела на циферблат своих часов.

– В двух словах? – это был непрозрачный намек, что до следующего сеанса осталось всего ничего.

– Хотя бы.

– Сорок два. – Издевательски протянула я, но по крайней мере смогла нормально улыбнуться.

И Джун, как всегда, не выдержала, тоже расплываясь в улыбке. Причем немного грустной. Потому что она джинн и прекрасно понимала: что-то не так. Мы обе все понимали. Потому на моих ресницах выступили слезы. Хотелось ей рассказать, но слов не находилось. И на трезвую голову такого не расскажешь.

Женщина подошла ко мне, ласково обнимая за плечи.

– Что с тобой, Эль?

– В шоке я. – Прозвучал предельно честный ответ. – Прости, такого больше не повторится. – Осторожно смахнула я пальцами слезинки, чтобы не размазать тушь.

– Да забей. Я без тебя вообще думала, что в лицо ей его выплесну. – Не стала скрывать от меня Джун своего отношения к этой бабе. – Но ты ведь правда ошиблась?

– Представь себе.

И тут подруга меня по-настоящему удивила, всплеснув руками так, словно на нее нашло вселенское благословение.

– И огромное тебе за то спасибо!

Едва она успела закончить, как появился следующий клиент.

Стало еще чуточку легче и я начала адекватно оценивать накопившийся за неделю отсутствия фронт работы. Расписание куда-то поехало, что разобраться с ним за один час было просто невозможно. На моем столе образовалась целая гора записей Джун, которые следовало перепечатать к следующим визитам пациентов, и как всегда ничего из этого не было даже мало-мальски рассортировано. То же касалось и других задач. И я уже молчу о том, что на офисной кухне творился полный ахтунг. В общем, было чем заняться за моими размышлениями о смысле жизни.

С одной стороны, мне ничего не стоило все сделать прямо сейчас. Это не та работа, которую я не смогла бы выполнить на автомате. С другой, одну ошибку я уже допустила. А еще один день погоды точно не сделает.

И все же, кухню я отмыла, причем до блеска, успокаивая расшалившиеся нервы. Это помогло, но ровно до того момента, как мне пришло сообщение от Витторио, после которого я тупо приложилась лбом о стол и не один раз, но не сильно.

"Ну так что, кошечка, определилась?"

Смех сквозь слезы. Не успела с одним толком разобраться, как уже другой на психику давить начал. Вот же шустрый маньяк. И я даже ему немного завидовала. Он-то после перелета выспался наверняка. Проспал все самое интересное, так сказать.

– Эль, может, тебе скорую вызвать? – Джун, безусловно, шутила обнаружив меня тихо постанывающей в очередном истеричном припадке. Но в каждой шутке, только доля шутки.

Мне явно требовался специалист. И речь была не о подруге.

Потому что это уже даже было не смешно. Так и с ума сойти недолго.

– Зачем мне скорая? Давай сразу катафалк?

– Ты можешь внятно объяснить, что творится?! – подруга не выдержала.

Внятно. Объяснить. Что я изменяла, изменяющему мне с поленом гею, с каким-то маньяком, пока гей без зазрения совести изменял мне на моей же кровати, упрекая в своих проблемах меня же, в то время как я думала, как объяснить ему, что мы расстаемся, потому что лучший секс в моей жизни был с маньяком, который, наверно, точно не гей, и хочет все повторить. Да в страшном сне такое не приснится! У меня самой уже мозг закипал даже не от того, что произошло, а как такое можно кому-то объяснить. Да еще и внятно.

– Убейте меня кто-нибудь! – уже захлебывалась я не то от рыданий, не то от хохота.

– Эль, иди домой.

– А я не могу.

– Почему?

Опять двадцать пять! Ну вот как я могла ей рассказать, почему я не могу пойти домой, когда без пол-литра сама разобраться не в состоянии?

– Потому что сорок два. – Улыбка уже превратилась в натуральный оскал.

– Так, я спрошу один раз, и возможно все пойму. Ты бухая?

– Это предложение?

Судя по отчаянному стону, уже не только я хотела содрать с себя кожу от раздражения. Больше начальство нелепых вопросов не задавало. И вот я же сразу ответила джиннии, что не надо меня трогать. И мы сто раз это проходили. Сначала я успокаиваюсь, а вот когда становлюсь вменяемой, хотя бы относительно, тогда мы уже с чувством, с толком, с расстановкой рюмок по столу начинаем беседу.

И это из-за нее я не могла ответить Витторио целых полчаса, потому что вообще не попадала по буквам на экране. И все же с трудом набрала:

«Ты правда думаешь, что у нас может что-то получиться?»

Если учитывать, что со мной уже случилось, хотелось быть уверенной хоть в чем-то. Хоть чуть-чуть.

Ответ пришел в тот же момент:

«Я не думаю - я уверен».

Мой восхитительный маньяк. Я даже как-то привыкла уже к нему. И как он узнал, что именно это мне и хотелось прочитать в первую очередь? Хотя, чего это я. По моему вопросу и догадаться было несложно.