Зона особого влияния
Шрифт:
— Я так и знала! — вырвалось у меня.
— Кто ты такая и что тебе нужно во дворце? — властно спросил подросток. — Отвечай, если не хочешь, чтобы тебя принесли в жертву богам!
— Не торопись приносить меня в жертву, правитель, иначе мы не сможем закончить твое лечение! У меня действительно есть дело во дворце, — не стала скрывать я, — только оно не имеет отношения ни к твоей власти, ни к твоему городу. Я ищу камень.
— Тебе нужны драгоценности? — презрительно спросил он, приняв меня за алчную девицу, мечтающую разбогатеть.
— Нет, — мне стало смешно. В отличие от Лариски, я была абсолютно равнодушна к богатству. Деньги интересовали меня, лишь как средство, а драгоценные камни, как очень красивые вещи, которыми можно полюбоваться и не более. — Камень не драгоценный, — объяснила я. — Для меня он имеет особое значение и я даже не знаю, здесь ли он. Это что-то вроде амулета.
— Хорошо, — немного подумав сказал правитель, — если камень во дворце, ты получишь его, но только после того, как вылечишь меня! Это и будет моя благодарность.
— Я вылечу тебя, — твердо пообещала я, понимая, что мне могут помешать выполнить это обещание.
— До моего полного выздоровления ты останешься во дворце! Тебя будут охранять.
— От кого? — удивилась я, подумав, что ему самому не помешает охрана от горячо любимого личного советника.
— От необдуманных поступков! — отрезал он и хлопнул в ладоши. — Отведите ее в отдельные покои и поставьте охрану! — приказал он появившимся стражникам.
Я укоризненно посмотрела на него и молча вышла из зала.
Покои мне отвели поистине королевские — огромная комната с высоченными потолками и мозаичными стенами. Стоило крикнуть и эхо еще несколько минут металось от стены к стене и оттолкнувшись от потолка, наконец, умолкало. Просто жуть, а не комната!
Два молчаливых индейца заняли свои места у входа, угрюмо уставившись в пустоту. Я попыталась с ними заговорить, но ничего не вышло — они просто игнорировали меня.
Ближе к вечеру обо мне вспомнили и две таких же молчаливых служанки принесли воду и еду.
Я просто сходила с ума от скуки и нехороших мыслей. Окончательно устав от одиночества и ничегонеделанья, я уснула на огромной кровати, надеясь, что завтра будет лучше.
Утром, те же служанки принесли завтрак и помогли мне умыться и причесаться. На все мои вопросы они отвечали испуганными взглядами и извиняющимися улыбками. Ни одна из них не произнесла ни слова.
Когда они собрались уходить, я не выдержала и сказала:
— Передайте Верховному правителю, что пора начинать сеанс лечения!
Они молча поклонились и вышли.
Правитель находился в хорошем настроении. Он любезно кивнул в ответ на мое приветствие и выпроводил подданных из тронного зала.
— Ты хороший лекарь, — сказал он, когда мы остались наедине. — Посмотри, — он откинул плащ и показал ноги.
Мышцы ног значительно увеличились в объеме, а кожа стала более плотной и гладкой. Ноги уже не казались мертвыми.
— Я могу двигать пальцами и шевелить ступнями! — радостно заявил правитель, опять превратившись в обычного мальчишку.
— Не помешало бы поплавать, — сказала я, подумав, что это будет самой лучшей гимнастикой. — Здесь есть бассейн?
— Есть, — мальчишка покраснел до самых ушей.
— Плавать не умеешь, — догадалась я.
— Ацтеки должны плавать, как рыбы, но я…
— Это не твоя вина! — заявила я. — Ты бы давно плавал лучше всех, если бы не болезнь!
— Конечно, — грустно сказал он. — Мне всегда нравилась вода.
— Хочешь я научу тебя? — мне хотелось вернуть мальчишку к маленьким радостям жизни.
— Никто из подданных не должен видеть своего правителя в смешном положении! — напыщенно заявил он, гордо выпрямившись на своем каменном троне.
— Я не твоя подданная! — преувеличенно возмущенно воскликнула я. — Я твоя гостья, только под охраной.
— Это правда, — согласился он, — а охрана, это вынужденная мера. Верховный жрец считает, что ты опасна.
— Интересно! Я думала, что правитель все решает сам, — пришлось опять задеть его самолюбие. Это сработало!
— Я все решаю сам! — высокомерно заявил подросток. — Верховный жрец может только советовать! Принять или не принять его совет — решаю я! — Он гордо выпрямился на своем троне.
— Так мы будем плавать или посоветуемся с Верховным жрецом? — невинно спросила я.
— В данном вопросе нет необходимости советоваться! Верховный правитель должен уметь все, но женщина не должна учить мужчину!
"Женоненавистник чертов!", — подумала я и сказала:
— Мужчину не должна, но правитель еще не прошел обряд посвящения. Мать учит своего ребенка, сестра — своего младшего брата. Это плохо?
— Я позволю тебе учить меня, если ты станешь моей кровной сестрой! — подумав над моим предложением, заявил он.
— Это как? — опешила я.
Он достал из складок широкого плаща нож и крест накрест полосонул себя по ладони. Хлынула кровь.
— Дай свою руку! — потребовал он.
Я протянула руку, закрыв глаза. Точно такой же разрез появился у меня на ладони, вызвав непроизвольные слезы.
Мальчишка прижал свою ладонь к моей и торжественно заявил:
— Наша кровь смешалась! Перед богами ты — моя кровная сестра! Все мои подданные будут относиться к тебе, как к сестре Верховного правителя!
"Вот так и передается СПИД!" — с ужасом подумала я, не зная, как мне реагировать на такое "братание".
Я немного пошептала над ранками и они затянулись, почти не оставив следа.
— Как это у тебя получается? — удивился мальчишка.
— Я использую магию, — честно призналась я, не видя причины лгать. Его удивляли мои способности, но он принимал их, как нечто естественное, безоговорочно веря в волшебство.
После сеанса лечения, Тлакатекутли велел отнести себя к бассейну.