Чтение онлайн

Пик веселья пришелся на игру в бутылочку. Для этого освободили место в середине стола и крутили бутылку шампанского. Народу собралось много, и вычисление пары для поцелуя стало отдельным шоу.

Я веселилась от души. «Бутылочка» показала на меня и Чернецкого. Потянувшись ко мне губами, банкир неожиданно не стал целоваться.

— А почему ты трезвая, Маша?

— Потому, что я на деловой встрече. — Пришлось самой легко поцеловать банкира. — Если честно, я на подобном мероприятии впервые. Очень нравится.

«Начинающая блядь», — вынес мне диагноз оранжевый, самый правильный внутренний голос. «Ну, почему же, небольшой флирт — прекрасное средство для повышения самооценки и снятия стресса», — примирительно залопотал голубенький голосок.

Жадно допивая сок из бокала, я заметила в нашей компании новых гостей со знакомыми лицами. К большому моему удивлению, я опознала своего братца, Алексея и Сашу. Все, в том числе и Толик, смотрели на меня, не узнавая. Зато они моментально признали Иришу и встали около нее с разных сторон.

Ириша увлеченно скармливала Павлу Чернецкому с руки маслины без косточек, приговаривая «сюсся, сюся, банкомуся». Она испуганно ойкнула, увидев напротив себя моего брата.

— Мама дорогая, Толя, а ты здесь какими судьбами?

— Машку ищу. Где ты ее потеряла?

Я сидела ровно напротив них, для пущего эффекта закинула ногу на ногу.

Ириша ткнула маслиной в мою сторону.

— Не теряла, вот же она. — Заметив Алексея, Ира на долю секунды смутилась, но тут же заулыбалась особо радушно: — Лешенька, ты чего такой сердитый? Случилось что-то?

Алексей сверкнул серым волчьим взглядом, но не на Иришу, а на меня, и быстро вышел из ресторана. Зато Толик и Саша окаменели на месте.

Заметив усиленное внимание в свою сторону, Паша сел прямее.

— Ребята, по рабочим вопросам я разговариваю только в банке. Сегодня мы расслабляемся, отдыхаем.

— Это они не на тебя напрягаются, это они за мной приехали. — Я поправила юбку. — Познакомься, Павел, это мой родной брат Толик и мой двоюродный брат Александр.

— Очень приятно, — ответил Павел и встал.

Мужчины пожали друг другу руки. Я аккуратно показала брату жестом, насколько мне здесь надоело. Толик чуть кивнул и большим пальцем показал в сторону выхода.

— Короче, Манюня, Данила без тебя не засыпает, требует маму. Поехали домой.

— Конечно! Немедленно едем! — Я вскочила и затараторила: — До свидания, было приятно познакомиться, не забудьте прочесть документы, буду в банке, как только будете готовы к разговору.

Обойдя стол, я взяла Толю под руку, и мы сбежали из ресторана.

— Сразу в мою машину! — На улице Толик педагогически хлопнул меня по заду. — Вещи из номера я забрал, и телефон тоже! Ты почему его отключила?

Запахнув на груди декольте, я сосредоточилась на дороге, стараясь не споткнуться в свете слабых фонарей, через два на третий работающих на территории кемпинга.

— Не хотела отвлекаться. Дай телефон, я Ирише позвоню.

— Сначала сядь в машину, потом звони, а то вернешься в ресторан и загуляешь.

— Не вернусь.

Я села в Толиков «Мерседес» на переднее сиденье, Толя за руль, Саша сзади нас. Он молчал и как-то странно на меня поглядывал.

Я достала из сумочки телефон и быстро набрала цифры.

— Алло, Ириша, ты едешь домой?

— Не поеду, хочу, чтобы Леша заревновал. У него есть хороший повод.

— Делай, как считаешь нужным.

Как только я отключила трубку, к нашей машине подошел Алексей. Я открыла дверцу.

— Ира едет домой? — Его вопрос прозвучал бесстрастно.

— Нет, не едет.

— Это ее личное дело, — спокойно решил Алексей. Оглядев стоянку с дорогими машинами, близкий сосновый лес, серебрящийся Селигер, он протянул мне руку: — Дай мне ключи от своей машины, я утром ее пригоню.

— Только без глупостей. — Щелкнув замочком, я открыла сумочку и передала Алексею сначала ключи от машины, затем ключ от номера. — Очень прошу — не затевай скандалов.

— Поверь, Маша, — Алексей прижал руку со звякнувшими ключами к груди, — не буду.

Мне было жаль Алексея, но мама с детства остерегала нас с Толиком лезть в чужие отношения.

Племянник, к которому Валерия Николаевна прикипела душой за последние годы, был в меру внимательным и в меру непослушным, как все подростки. И она его искренно любила. Когда он ненадолго уезжал к родителям, она потерянно бродила по квартире, ощущая свое вынужденное одиночество и ненужность.

Больше двух дней Володя у родителей не выдерживал. Естественно, он любил и отца и маму, и они его любили, но вечный квартирный вопрос вносил свои коррективы.

Маленький брат трех лет от роду жил теперь в его комнате и не понимал, почему он, такой необыкновенный, как ему ежедневно говорили родители, должен обращать внимание на странные требования старшего брата, который изредка приезжал на выходные.

«Не ори, не бегай, не долби по клавиатуре всей ладонью, не бросай на пол вещи и сотовый телефон…» — замечания раздражали маленького Василия, и он начинал реветь в голос. Естественно, родители брали сторону младшего брата. И Володя, привыкший к вниманию тети Леры, которая даже самые жесткие требования дисциплины высказывала аргументированно и спокойно, с удовольствием возвращался в квартиру на Кутузовском, где теперь рядом с домом располагались его школа и новые друзья.

Но для Валерии Николаевны дочь, из-за которой пришлось так много настрадаться на протяжении пятнадцати лет, оставалась любимым ребенком. И то, что сейчас она выздоровела и стала писаной красавицей, не меняло к ней отношение Валерии. Для нее Аня осталась неглупым, но беззащитным ребенком.

И каждую пятницу Валерия звонила Ане, чтобы услышать ее голос и очередное подтверждение своей нужности.

И сейчас, через несколько дней после Пасхи, которую она провела вместе с семьей Вовчика — Натальей, Пашей и младшим Васей, ей особенно остро захотелось услышать Аню.

Набрав длинный телефонный номер и пережив несколько минут ожидания, пока коммутатор засекреченной Зоны Топь проверит ее допуск, она услышала голос дочери.

— Мамочка, ты не волнуйся, я в порядке.

— Слышу по голосу. — Валерия вытерла радостные слезы. — А когда приедешь в Москву?

— Ой, мама. — Голос посерьезнел. — Еще месяц точно нужно лечиться. Я тебя сюда не приглашаю, в апреле здесь нечего делать. Снега, морозы…

— Да я и не напрашиваюсь. Просто ты звони почаще.