Зоремира
Шрифт:
– Кто съел мою похлебку?
– И мою?!
– А кто-то сидел на моем стуле!
– И этот кто-то сожрал все, что было у нас на кухне!
– Тише! Вы слышите?
– Что?
– Кто-то храпит.
– Точно. В спальне! Идемте, покажем этому вору!
– Стойте! Кто мог осмелиться проникнуть в дом оборотней, не боясь и не таясь все слопать, да еще завалиться спать?
– Ты прав. Потап неси мечи и дубинки.
Сквозь сон я слышала какие-то голоса и шаги. Но никак не хотела просыпаться.
– Боги их двое!
– Ну и чудища!
– Насчет три, нападаем! Раз. Два. Три!
Я услышала глухой удар, потом визг и вот на меня кто-то наваливается. От страха я тоже визжу.
– ...потом одна из них обратилась в волчицу и завалила Ждана.
Самый старший из медведичей Михайло, держал меня и Милаву в образе волчицы за шиворот. С нами двумя в руках он был похож на рыбака, который хвалится уловом. Ждан сидел поодаль, и ошалело смотрел вокруг себя. Это он еще не пришел в себя, после того, как волчица чуть его не убила. Пересвет, Бажена и еще дюжина мужчин волков стояли напротив, сверкая на нас глазами. Мы с Милой возмущенно сопели.
– Ох, и прожорливые же ваши волчицы! Все сожрали - сказал Потап средний братец.
– И грязнущие!
– поддержал старший, медленно разжав пальцы, отпустил. Брезгливо вытер руки о штаны. Я стала отряхивать безнадежно испорченную одежду. А Мила поджав хвост, смотрела на отца, жалостливо скуля как щенок. Я мимоходом отметила, как странно смотрится волчица в человеческой одежде. Вожак окинул нас недобрым взгядом.
– Милава, обернись!
– приказал он.
Подруга скуля обратилась в человека.
– А теперь вы потрудитесь объяснить, что произошло. Мы вас неделю обыскались.
– Неделю?
– хором спросили мы.
– Да ведь только сутки прошли, как мы ушли в лес!
– Четыре дня назад приходили, волки искали вас, - сказал Михайло.
– А вы появились только вчера вечером.
– И где же вы пропадали, целую неделю?
– спросил холодным тоном Пересвет.
– Этот...
– возмущенным тоном начала я, но запнулась из за обуревающих меня эмоций по отношению лешего.
Мила сменила ипостась и ласково подсказала:
– Сволочь... Гаденыш... Гнида... Негодяй...
– Да, - продолжила я.
– Наверное, что-то сделал с временем пока мы были в лесу. А еще он мучил нас. Издевался. Заплутал в лесу. Заставил меня напасть на Милаву. Вылил на нас смолу и вывалял в мусоре!
– Кто?
– Леший.
– Леший, - спросила Бажена.
– Ладно, он мог это сделать. Но он не мог выкрасть вас из клана. Что означает, что две тупоголовые девки сами сбежали в лес!
– Но ты же сама отправила нас за охранкой!
– возмутилась Мила!
– Я отправила вас искать траву внутри клана! И ни слова не было идти в лес!
Мы пристыжено замолчали.
– Когда придем домой, я тебя выпорю, - пообещал отец Милы.
– А я Зорьку, - поддержала его знахарка. Потом обратилась к братьям медведям.
– Спасибо вам, что не прибили до смерти.
Братья отмахнулись, но сказали, что уж больно мы были похожи на чудищ, зашибли бы насмерть, если бы Мила не обратилась в волчицу. А я поверила, уж эти бы одним ударом умертвили бы. Уж больно большие мишки.
До клана дошли быстро. Бажена загнала нас баню отмываться. И вот тут мы с Милкой заревели. Смола никак не хотела отмываться, какой бы горячей не была вода. А волосы. Мы поняли решение одно. Отрезать. Мои чудесные волосы, слипшись и засохнув, были похожи на застывшее тесто. Нет. Если отрежу, меня разлюбит Драган.
– Хватит реветь!
– проворчала Бажена.
– Сейчас я подумаю, чем бы вам помочь. Хотя чем поможешь? Решение одно - отрезать.
Когда мы взвыли еще пуще прежнего, знахарка пожалела и пошла, искать что-то что может помочь. Как только она вышла, из пара материализовалась существо.
– Обдериха, - взвизгнула Мила.
Эта обдериха подошла ко мне и протянула глиняный горшок со словами:
– Кикимора передала вам. Для волос.
И исчезла. Мы решили, что хуже уже не будет. Зачерпнув студенистую зеленую массу, нанесла на волосы. И, о чудо! Волосы, наконец, отмылись и стали легко зачесываться.
– Ай да кикимора! Завтра же отнесу ей подарок.
– Мазь и кожу очищает!
– Ураа!
Зашла Бажена с какой-то мазью и чистой одеждой, увидела наши успехи в отмывании смолы, хмыкнула.
– Кикимора, поди, прислала?
– Она, - подтвердили мы.
– Ай-да болотная. Всегда завидовала ее зельям. А как вспомню ее медовуху!
Мы с подругой переглянулись. У нас был молчаливый уговор: не рассказываем про пьянство никому. Бабушка оставила нам чистую одежду и ушла. Мы отмывшись, стали стирать грязную одежду. Когда я встряхнула сарафан, что-то выкатилось. Я нагнулась, и увидела красный драгоценный камень.
– Откуда у тебя это?
– Кажется, я в одурманенном состоянии стянула у мертвеца в яме, - задумчиво ответила я, вертя камень в руке.
– Я думала, он мне привиделся. Я имею виду мертвяка.
– Знаешь, а я раньше видела такой камень. Он не простой. Магический. Ладно, потом покажу его Бажене, - и положила в карман чистой одежды. Но потом забыла показать знахарке. Ох, знала бы во что мне выльется этот красный камень, выбросила бы!