Чтение онлайн

(Ясна, 28. Пер. И. С. Брагинского)

(Ясна, 29. Пер. И. С. Брагинского)

Заратуштра прославлял Ашу, закон порядка и справедливости, которому должны в равной степени подчиняться бедные и богатые. Он яростно выступал против аморализма, против смешения добра и зла. Если его современники считали возможным поклоняться «добрым» богам и в то же время приносить жертвы свирепым дайвам, чтобы умилостивить их и склонить на свою сторону удачу, то Заратуштра впервые (по крайней мере, в известной нам человеческой истории) объявил, что существует только один Бог, бесконечно добрый и мудрый Ахура Мазда. Остальные же, прежде всего почитавшиеся раньше наравне с ним другие ахуры, Амеша Спента — бессмертные святые — не что иное, как продолжение Ахура Мазды, его различные воплощения, символизирующие разные его свойства. Творцу мира и людей Ахуре Мазде, избравшему истину, Заратуштра противопоставил злого духа, сознательно избравшего ложь, — Ангра Майнью. Точно так же и каждый человек должен по собственной воле совершить выбор между миром добра и истины — и миром зла и лжи.

Видимо, реальный Спитама Заратуштра был из сословия священнослужителей и сам являлся таковым. В Гатах он сам называет себя заотар, мантран, то есть сочинитель или исполнитель мантр, молитв. Однако, как видим, он выступил решительным реформатором старой веры.

Кроме отказа почитать дайвов и особенно воинственное божество Индру, он, как считают ученые, выступил и против культа Хаомы, зеленоглазого бога, воплощения ритуального экстатического напитка. Это спорное место основано на том месте в Гатах (Ясна 48, 10), где Заратустра говорит:»При помощи мерзостного хмельного напитка карапаны (черные маги) наносят вред».

Протестует пророк и против кровавых приношений животных. Геуш Урван (Душа Быка), получивший свое место в небесном совете, жалуется Ахуре Мазде: «Жестокость и похищение удручали меня, а также оскорбление и насилие. У меня нет иного пастуха, кроме тебя». В ответ Boxy Maно поручает Заратуштре стать защитником скота, а для того дарует ему красноречие (Ясна 29, 1–8). Насмешки вызывали у Заратуштры и сами служители культа, бесконечно повторявшие в молитвах одни и те же тексты, он называет их «бормотуны».

Гаты благоговейно передавались на протяжении многих поколений из уст в уста и потому сохранились почти в первоначальном виде — на самом древнем из известных вариантов иранского языка. Полностью расшифровать смысл Гат ученым до сих пор не удалось. Они были записаны (в составе «Авесты») через много столетий после их создания, и устная передача могла исказить звучание.

Но дело не только в этом. Заратуштра писал на особом поэтическом языке — архаичном, со своеобразными ораторскими приемами, изысканными намеками, нам уже непонятными.

Биографические сведения, содержащиеся в остальных книгах «Авесты», совсем уж малочисленны и отрывочны. Зороастрийское предание гласит, что существовало два наска (книги) с жизнеописанием пророка — «Спенд наск» и «Чихарднаск», но они были утеряны. Более подробно описывают жизнь Заратуштры поздние тексты, написанные на среднеперсидском языке пехлеви уже после падения зороастрийской державы Сасанидов и победы ислама: богословская энциклопедия «Денкард» и жизнеописание пророка «Зардуштнамаг» (зороастрийцы считают, что утерянные наски лежат в их основе).

***

Итак, согласно легенде, родителей Заратуштры звали Поурушаспа, что в переводе означает «Серолошадный» и Догдо (Дугдова). Если учесть, что имя самого Заратуштры переводится примерно как «Староверблюдый», можно догадаться, что это не истинные, а «низкие» имена, призванные обмануть злых духов и охранить от сглаза и порчи.

В каждом имени (владелец серых лошадей, старых верблюдов и коров без молока) заключен какойто ущерб, что делает их владельцев малопривлекательнми для дайвов — носителей тьмы и хаоса.

Зороастрийцы приводят и другую этимологию имени пророка: «золотоверблюдый» и даже «сын Тиштрии», т. е. звезды Сириус.

Рождение пророка было предсказано еще в незапамятные времена легендарными праведными правителями Йимой, Феридуном, Манучехром, Кей Хосровом. Само зачатие и рождение Заратуштры сопровождалось чудесными знамениями.

Корова, бродившая по саду Поурушаспы, поела листьев с «благого» дерева, отчего у нее появилось молоко. Поурушаспа испил этого молока и произвел чудесное семя, посредством которого и был зачат ребенок. О самом месте рождения существу ют разные версии. Среднеперсидские комментаторы считали, что это произошло в Paгe (Pee), на территории иранского Азербайджана или несколько южнее Тегерана. Часть современных ученых склоняются к мысли о том, что родиной Заратуштры было Предуралье, возможно, в районе слияния двух рек — Камы и Чусовой.

Первосвященником — карапаном родного города пророка был идолопоклонник Дурансурам (Дурасрун). Заранее узнав, что должен родиться младенец, который разрушит веру в прежних богов и укажет народу новый путь, он решил уничтожить его сразу же после рождения. Когда Догдо была беременна пять месяцев и двадцать дней, ей приснилось, что дом ее внезапно погрузился в облако, из которого вышли хищные звери — волки и тигры.

Один из тигров распорол женщине чрево и вынул из него младенца. Младенец же не только не погиб, но обратился к матери со словами успокоения.

Затем с неба обрушилась горящая гора, и из нее вышел человек. В одной руке у него был жезл, в другой — книга, которой он накрыл хищных зверей — и они исчезли. Ребенка же он вернул во чрево матери. Толкователь снов четыре дня раздумывал над видением и объявил матери, что у нее родится сын по имени Заратуштра, который станет пророком и уничтожит зло во всем мире.

Родившись на свет, Заратуштра, в отличие от обычных младенцев, не заплакал, а засмеялся (этот же эпизод есть в легенде о Будде). Все, кто был нечист и порочен, почувствовали при этом смехе острую боль в сердце. Между тем злобный правитель Дурансурам прокрался в дом к Догдо и замахнулся на ребенка кинжалом — но случилось чудо, он вывихнул руку. Тогда он приказал принести дров и, облив их маслом, разжег огонь и бросил в него Заратуштру, но тот остался невредим. Тогда Дурансурам приказал украсть ребенка и бросить на дороге, по которой прогоняли скот. Но огромная корова встала над ним и защитила от копыт быков и лошадей.

Злодей пытался отдать Заратуштру на съедение волкам, но бог сомкнул их пасти. Когда же ребенку исполнилось семь лет, Дурансурам и другой злодей, Брадорш, принялись искушать его изображениями идолов (очевидно, надеясь обратить в свою веру), но безуспешно. Однажды Брадорш попытался дать заболевшему Заратуштре яду вместо лекарства, но был уличен самим ребенком. В другой раз, когда в доме стали молиться лживой молитвой, будущий пророк посрамил неправедных.

Об отрочестве и юности Заратуштры легенда почти ничего не сообщает. Когда ему исполнилось пятнадцать лет, другие сыновья его отца потребовали раздела имущества. Из всей одежды ему приглянулся ритуальный пояс кушти (кусти), двойной, шириной в четыре пальца, который повязывали в момент инициации каждому члену об-. щины, достигшему зрелости (15 лет). Заратуштра трижды подпоясался им, и этот пояс стал проводником Boxy Мано, «Благой мысли», связав все неправедные мысли и открыв дорогу лишь достойным побуждениям. В двадцать лет Заратуштра покинул родной дом против воли родителей и отправился странствовать. По другой версии, это произошло, когда ему было тридцать лет и он уже был женат. Очередное чудо случилось, когда Зара туштра переходил через реку — он прошел по поверхности воды как по мосту.