Чтение онлайн

Вот и идём по суше.

Мы делаем километров двадцать пять-тридцать в день. Если форсированным маршем - сорок сможем. Только тогда нам придётся мулов бросить - это они скорость ограничивают, а не люди. При таком раскладе получается, что минимум полгода до места будем добираться: от Рима до провинции Палестина где-то три с половиной тысячи километров, если бы дороги прямыми были, как по линейке отчёркнутыми. Понятно, что мы прямо не пойдём, не птицы. Вот и прикиньте: пять месяцев только чистого времени. Плюсом стоянки, непредвиденные обстоятельства...

Идёт наша колонна, растянувшаяся километра на полтора, а при полном комплекте - на три. Почему не всегда все вместе? Фуражиры вечно где-то сами по себе шатаются, а где-то в середине дня в отрыв уходит то, что вы бы в будущем назвали инженерными войсками. Они выбирают место под лагерь и начинают обустраиваться. А уже догнав их, остальные подключаются. Копают ров, палатки ставят, кашеварить начинают.

Иногда и рва не делаем, это Домициан решает. Но чаще просто небольшой, меньше метра, но с отвалом земли назад, и в этот отвал втыкаются pilum muralis - «стенное копье». Это деревянный брус, заточенный с обоих концов, мы их с собой возим. Ров делается не окопом, а под наклоном, треугольный, да ещё в дно втыкаются специальные колючки - деревянные колышки с металлическими крюками, похожими на гарпун. Несколько раз дурни, когда доставать их лезли, напарывались. Ооочень неприятна рана я вам скажу. Аж передёргивает, когда вспоминаю. Но это только в начале пути было. Всем их показали, перед строем провели, хромающих, чтоб остальным уроком было на примере других, а не на себе.

За всё время дважды делали более серьёзное укрепление - ров копали около двух метров и ещё «чеснок» раскидывали. Это такая металлическая колючка с четырьмя шипами. Если вершины соединить, пирамида получится со стороной сантиметров пять-семь.

А ещё (это уже моё личное негодование) при приближении к Альпам становится холоднее. И чего, спрашивается, нужно было зимой выходить, раз сроки всё равно пропустили? Наверняка предыдущая цель по времени как-то связана с праздником в честь определённого бога, то есть циклична по году. Могли бы обождать месяцев девять, как раз хорошая погода настала бы.

Вон, сколько народу с простудой слегло. Даже пришлось подарить медикам идею стетоскопа. Сделали деревянные трубки, похожие на фужер для шампанского. Наверняка вы такие в кино видели про докторов девятнадцатого века. А то, представляете, они тут ухом слушают. В общем-то, не мешает им диагнозы ставить, но всё-таки со стетоскопом-то поинтереснее, я считаю.

Не стану спрашивать пока ничего. Обожду. Уж больно злой наш легат. Ага. Консул же, как без титула? Скорее всего он от того и злой, что все эти "ласки", на него свалились, только чтобы сделать вид, что хоть чем-то поддерживают. Мол, не забудь поблагодарить. Только я уверен, что он бы легатский титул поменял на попутные корабли.

Правда, есть и плюс: мы официальные легионеры, не банда разбойников, не ауксилия, а, значит, можем пользоваться всеми плюсами римской логистики. Идём по дорогам, останавливаемся в официальных лагерях, раскиданных по всей Италии. Потом, наверняка, с этим будет похуже из-за удаления от центральных областей, но об этом и подумаем потом. Сейчас всё не так уж и плохо.

Я тут ауксилариев упомянул. Это воины так называемых вспомогательных подразделений, куда попадают не-граждане. Как правило, это иноземцы, но всё-таки главное - отсутствие римского гражданства. По идее, наши каторжники и большинство мессиан должны были именно такой статус получить. Они даже воюют-то за гражданство, а не за землю. И зарплата у них не как у настоящих легионеров. Тем не менее всех признали легионерами, продавил консул и легат Домициан эту своего рода честь, доверие. Просто тешит эго и солдат, и его самого, хоть и не даёт полного бонуса граждан, поступивших на службу. Одно дело когда у тебя пять с половиной тысяч легионеров, и совсем другое - управлять ауксилией.

Так что не считайте меня вруном, когда я называю сброд на моём попечении легионерами. Это их официальный статус. Да и функционально они таковыми и являются, не дубинами вооружены и не пращами.

– Сервий, Спурий! Гляньте-ка туда, - я указал на возвышающийся храм посреди чистого поля.
– Не знаете, что это?

Мордовороты переглянулись и сделали глупые удивлённые лица. Ещё бы. Нашёл, кого спросить. Да я и сам понимаю, что с мессиан с юга спрос маленький. Просто хотел посмотреть на их растерянность. Уж больно глупо их рожи выглядят в таких случаях. Вот такие у меня теперь развлечения. Других-то нет.

Кстати, заценили их имена? Римские. А они мессиане. Мордоворотов в легионе хватает, а вот таких больше нет. По именам и выбирал.

– Ну, раз не знаете, пойду сам посмотрю, - я направился к храму, а мои «тени» пошагали за мной, продолжая глупо переглядываться. Работа у них такая. Не тупить, конечно, а меня сопровождать.

Поле, на котором стоит одинокий храм, весьма примечательное. Слишком мало на нём растительности. Конечно, сейчас зима, но не похоже, что здесь и летом-то что-то выращивают. Да и нет в округе следов латифундий. Просто поле. Без деревьев, без кустов. Удивительно даже, ведь камнями тоже не завалено. Значит, расчищено. Казалось бы, паши да сей. Но нет, чем-то не нравится оно местным, видимо. Может, истощили землю за сотню лет агрессивного земледелия?

– Эй! Здесь есть кто-нибудь?
– я вошёл в храм и попробовал привлечь внимание. Нарушаю, конечно, правило, что храм только для богов и жрецов, но как иначе узнать, какому богу посвящено это строение? Никаких надписей, фресок. Там вдали есть статуя, но она сокрыта во тьме, только ноги видны в луче света из проёма на потолке. Пыль в нём красиво клубится.

На постаменте есть какая-то посвятительная надпись, но пока не могу различить, далеко.

– Ты пришёл. Я давно тебя жду!
– от неожиданности я вздрогнул. Голос прозвучал слишком близко ко мне, да ещё и за спиной. А что, интересно делают эти два дуболома? Почему позволили?

Я обернулся, но не увидел их. Только сгорбленный старик в белых одеждах. Жутко худой, буквально скелет, обтянутый кожей.

– Ты здесь фламин, уважаемый? Какому богу посвящён этот храм?
– я старался говорить ровно, но из-за испуга ранее голос дрогнул.

– Подойди и посмотри, - тощая рука указала на статую.
– Он ждёт!

Голос жреца превратился в грубоватое змеиное шипение со свистящими, завывающими нотками. Как холодный ветер, рассекаемый голыми ветками.

Я не стал спорить и прошёл вглубь. В конце-концов, именно за этим и зашёл. Да и подальше от этого жуткого типа можно уйти, не показавшись трусом. Предлог-то есть.

Текст немного обветшал, но всё же прекрасно читается:

Морс беспощадный! О, Непреклонный!

Неотвратимой кончины предвестник.

Только Юпитеру ты покорился.

Тайною смерти владеешь: она неизбежна.

Локон волос отсекая небрежно,

Прочные нити судьбы обрываешь, суровый!

Сон навевая, подобие смерти,

Срок назначаешь в забвенье отправить

Душу и тело.

Жалости даже к младенцам, о, Морс, не питаешь,

Словно колосья срезаешь нас, недостойных.

Смертных мольбы не смягчат твою поступь.

Все же взываю: помедли с приходом!

– Так у Морса всё-таки есть храм?
– я повернулся к старику, но никого не увидел. Вроде, не так уж и долго я читал этот гимн.