Чтение онлайн

Вернувшись в загон, Прескотт мрачно осмотрел забинтованную ногу жеребца, убедился, что все в порядке, и под уздцы повел того в стойло. Брови его были сдвинуты, губы сжаты, и весь вид говорил о крайнем неудовольствии. Снова и снова он мысленно возвращался к моменту, когда они с Джулией рука об руку, беспечные и ничего не подозревающие, повернули за угол и наткнулись на… Достаточно было вообразить себе проклятый поцелуй, чтобы добавить в ярость свежей закваски! Тэра была ядом в его крови, она отравляла ему жизнь и в то же время могла усмирить любую муку, любую боль одним своим прикосновением. Но, даже отдавая себе в этом отчет, Стоун больше не был уверен, что в случае необходимости справится с собой.

Джулия продолжала дуться, и Тэра дала ей возможность вариться в собственном соку достаточно долго, чтобы получить желаемый результат.

— Не понимаю, — наконец начала она с самым простодушным видом, — почему ты так задета. Не ты ли сама проповедовала, что надо попробовать то и это, прежде чем сделать окончательный вывод насчет своих сердечных склонностей?

— Я задета потому, что Лорен клялся мне в любви, — объяснила Джулия, выпячивая нижнюю губу, как обиженный ребенок.

Повременив с ответом, Тэра отдала должное лимонному пирогу Берна Диксона.

— А чего ты ожидала, глупышка? Что отвергнутый Лорен исчахнет на твоем пороге и тем самым потешит твое самолюбие?

— Ну… он мог бы немного подождать, пока я разберусь в своих чувствах, а вместо этого он с ходу бросился к тебе! По-твоему, мне это безразлично? Правда, тебя я не виню, ты так хороша, что можешь вскружить голову любому. Но Лорен виноват!

Тэра не стала спорить, она попрощалась и вышла наружу.

На крыльце Тэра немного постояла, оглядываясь по сторонам. Ее взгляд остановился на просторном здании столовой, включавшей в себя кухню, владения Берна Диксона. Красивые светлые дуги бровей Тэры сошлись на переносице. «Почему бы, — подумала она, — не продолжить гак хорошо начатый день и не пристать к повару с вопросами? Если уж кто и знал, что происходит на ранчо, так это человек, который провел здесь много лет».

Когда девушка, собравшись с духом, толкнула дверь пристройки, Берн Диксон сидел на табурете и чистил картошку к ужину. Длинные витые очистки появлялись из-под ножа и шлепались в ведро. Тэра постаралась сделать выражение лица приветливым, но не слишком нетерпеливым. Поздоровавшись, она уселась на свободный табурет и взяла картофелину из большого мешка, стоящего поблизости.

— Вот уж никогда не думал, что увижу, как леди чистит картошку, — насмешливо заметил повар после недолгого молчания. — Чем я заслужил помощь такого очаровательного создания? Бьюсь об заклад, мисс, вы уминаете от скуки!

— А вот и нет, — возразила Тэра, упорно не отрывая взгляда от картофелины. — Если я от чего и умираю, так это от любопытства.

— Это я очень даже могу понять, мисс. В молодости все любопытно, за что ни возьмись. Не мое дело спрашивать, а только что это вас так раззадорило? Слухи да сплетни, поди? Разве вас, девчонок, не учат, что сплетничать дурно? Небось какой-нибудь остолоп брякнул, что, мол, Берн Диксон питается слухами. А вы не верьте, нет, не верьте. Моё дело горшки считать.

— Глядя на вас, этого не скажешь, мистер Диксон. — Тэра наконец подняла голову и поймала беспокойный взгляд повара. — Я уверена, вы многое знаете. Например, то, что в последнее время я лучше узнала нашего общего знакомого… причем настолько, что вполне в курсе его двойной жизни. Почему бы вам не объяснить мне, чего ради он на это пошел?

— О каком нашем общем знакомом идет речь? Это во-первых, а во-вторых, о какой двойной жизни леди изволила упомянуть? — осведомился Берн неласково, выпячивая подбородок. — Уж не хотите ли вы испортить мой послужной список, трубя повсюду, что я болтун?

— Кто такая Кармель? — без обиняков спросила Тэра. Нож дернулся в руках повара, и на пальце появился неглубокий, но длинный порез.

— Тьфу ты, в самом деле! — рассердился он. — Что за манера лезть под руку со своими глупостями! И откуда вы знаете про Кармель?

— Как откуда? От Стоуна, конечно, — не моргнув глазом солгала Тэра, решив, что отступать поздно. — Он что-то упоминал о ней как-то раз.

— Значит, он болван, каких свет не видывал. Говорил ведь ему, говорил!.. — Повар опомнился и снова замкнулся, испепелив девушку взглядом.

Тэра не могла не улыбнуться на это проявление темперамента сродни ее собственному.

— Почему вы не хотите посвятить меня в подробности, мистер Диксон? — спросила она, постаравшись вложить в вопрос весь свой дар убеждения. — Какое отношение имеет Кармель к вашему хозяину, Меррику Расселу? И что заставило Стоуна начать кампанию против него? Кому, как не вам, знать все это. Ведь вы на стороне Стоуна, не так ли? Помните тот вечер, когда вы помешали нашему… нашему уроку танцев? Вы тогда увели Стоуна под тем предлогом, что его ищет управляющий. Вы солгали, мистер Диксон. Я точно это знаю, потому что, возвращаясь домой, видела Лорена Маршалла с Джулией, и тот не собирался покидать ее. Зачем вам тогда понадобился Стоун?

Пожилой повар сморщил лицо в недовольную гримасу.

Девчонка слишком наблюдательна, думал он угрюмо. В тот вечер Теренс Уинслоу переслал весточку, настаивая на встрече в хижине, о которой Берну было хорошо известно. И надо же этой пронырливой девчонке поймать его на лжи!

— Итак, мистер Диксон, кто такая Кармель? Зачем она приезжала тогда повидать мистера Рассела? Возможно… возможно, это мать Стоуна? О чем спорили хозяин ранчо и его гостья? Неужели Стоун — незаконнорожденный сын мистера Рассела, и тот отказался признать его?

Повар так вытаращил глаза, что Тэра испугалась, как бы они с плюханьем не свалились в ведро с чищеной картошкой.

— Ничего я вам не скажу, маленькая пронырливая мисс, кроме того, что ваши выводы и черту печенку припекут! Сведений добыла крохи, а туда же! Вся в своего па…

И снова он вынужден был проглотить остаток фразы, в душе проклиная себя за болтливость. Чертова девка! Не хватало еще, чтобы она добавила кошмарного вымысла к действительности, которая и без того кого хочешь с ума сведет! А Стоун-то, Стоун, ну и простофиля, прости Господи! Так оно и есть, совсем спятил из-за юбки.

— Вот что, вам веселье, а мне работа, — пробурчал Берн, решительно и мрачно поднимаясь с табурета.

Тэра не успела и рта раскрыть, как он исчез за дверью с проворством, удивительным для его возраста и веса. Девушка в сердцах бросила на кучку очисток и нож, и недочищенную картофелину. Она никак не ожидала, что повар окажется таким же скрытным, как и его подопечный. «Да что же это такое, — думала она, — рты они себе позашивали, что ли?» Если догадка верна, то увлечение Джулии не имеет будущего. Неужели Стоун и впрямь ее сводный брат? Что за путаница!

Дверь распахнулась и при этом с такой силой ударилась об стену, что Тэра вскочила, опрокинув ведро. Ее испуганный взгляд уперся в зловещую темную фигуру, заполнившую дверной проем. Не сразу она осознала, что это всего лишь Стоун, а когда осознала, облегчение сменилось тревогой. Прескотт был вне себя от ярости. Та, что охватила его после ее насмешек, просто в счет не шла в сравнении с бешенством, написанным в этот момент на его лице. Когда он шагнул через порог, Тэра увидела глаза, полные ненависти. Если бы люди были способны убивать взглядом, она бы рухнула на пол бездыханной. Кулаки Стоуна были сжаты, и казалось, он намерен пустить их в ход. Инстинктивно девушка подалась назад, но ее попытка спрятаться за столом не удалась, так как на пути находился табурет Берна.