Чтение онлайн

О температуре воды догадываюсь только по изрядно покрасневшей коже, хотя и вижу все, как в тумане, но капельки испарений свидетельствуют о том, что и душ не помогает. Мне по-прежнему холодно, и с каждой минутой становится только хуже. Заматываюсь в полотенце и выхожу, вздрагивая от ледяного воздуха коридора.

Дверь, ведущая из гостиной в комнату, выбранную Дорианом, открыта, а на пороге в напряженной позе застыл ее временный обитатель. Даже сквозь туман сознания не могу не отметить, насколько красиво он сейчас выглядит: распущенные волосы в беспорядке лежат на плечах, из одежды - одни мешковатые штаны, которые все равно не спасают воображение от путешествия по красивому телу. Дориан не имеет крупного сложения, он скорее жилист и очень силен, несмотря на поджарую фигуру. В этом я успела убедиться, когда он нес меня на руках, и теперь, воскрешая в памяти события, предшествующие своему спасению, и оглядывая мужчину еще раз, не могу не восхищаться его скрытой грацией. Знаю, что это ненадолго, потому что, как только соберусь с силами, обязательно затащу Детри-младшего обратно на Рокис, и миссия будет окончательно выполнена. Но пока это не произошло, просто иду навстречу, двигаясь скорее по наитию, ибо его силуэт воспринимается тенью на фоне непроглядной ночи. Не дойдя нескольких шагов, спотыкаюсь и падаю в заранее приготовленные объятия. И понимаю, что нашла источник тепла, способный спасти постепенно замерзающее тело.

Дориан тоже это чувствует, потому что вздрагивает, когда я доверчиво прижимаюсь к его груди, но усиливает объятие, несмотря на то, что температура моего тела его явно не радует.

– Согрей меня, пожалуйста, - отстраняюсь от тепла и часто бьющегося сердца, переводя взгляд выше, на его губы. Почему-то возникает непреодолимое желание попробовать их на вкус, а я сейчас в таком состоянии, когда желания нужно удовлетворять.... Тянусь к нему и успеваю поцеловать до того момента, как Дор сообразит, в чем дело, и отстранится. И вмиг ощущаю огромную волну жара, пробегающую от макушки до пят. А еще - сводящий с ума запах кожи, принадлежащий теперь уже судорожно сжимающему меня в объятиях мужчине. Инстинкт толкает к этому запаху ближе, а руки Дора, словно повинуясь, сокращают расстояние между нами до минимума.

И внезапно все прекращается.

Понимаю, что Дор обдумывает какую-то идею, так не вовремя пришедшую в голову, когда раздается сердитое:

– Ты на чем замкнула контур, когда зов начала?!

– На себе, кажется, - отвечаю на автомате, стараясь не упасть от резкой смены положения мужчины, и потому прижимаюсь уже сама.

– Ари, ты что творишь?
– даже в темноте вижу, как удивленно расширяются зрачки.

– Греюсь, - откровенно признаюсь, получая в ответ обреченный стон.
– Очень холодно...

Сквозь дымку смотрю на его окутанное сиянием силы лицо и слышу шепот:

– Ты понимаешь, что сейчас у тебя наступило время отдачи, и, если ничего не предпринять, ты просто можешь свалиться в обморок и не очнуться?
– рычит Дор, несмотря на все попытки отвлечь его от раздумий.

– Так согрей меня, - уверенно повторяю, глядя открыто в его глаза.
– Пожалуйста....

– Ари, потом ты пожалеешь об этом, - начинает потихоньку сдаваться он.

– Если ты о том, что я не смогу разорвать нашу связь из-за помолвки, то я найду выход, - уверенно заявляю в ответ, а перед глазами пляшут яркие звездочки.

– После этого - уже нет, - чувствую, как в темноте он чему-то улыбается, а после, приняв решение, склоняется ко мне сам.
– Я ведь тебя предупреждал, Ари....

И я понимаю, что то, что сейчас происходит, - самое правильное и должно было, рано или поздно, случиться.... Руки сами тянутся к его лицу, легким движением очерчивая скулы, опускаясь к губам, чтобы в следующее мгновение ощутить кончиками пальцев их почти невесомый поцелуй. И что-то во всем этом такое знакомое, родное, но я просто не могу вспомнить или понять. Потому что тело отзывается на невинную ласку так, словно уже не впервые делает это. А потом остатки сопротивления рассеиваются, потому что мужчина склоняется к моему лицу, а я сокращаю последние сантиметры расстояния между нами.

Дор целует так, как будто всю жизнь ждал только меня. Крепко сжимает, словно боится, что я исчезну, сбегу или просто растворюсь в ночном воздухе комнаты. А я впитываю исходящий от него жар, делясь в ответ плохо сдерживаемыми стонами. И сейчас нет ничего прекрасней ощущения рассыпающихся между пальцами шелковистых волос, от прикосновения к которым мужчина утробно рычит и трется носом о мою шею, оставляя на ней свой восхитительный запах. Я так и не могу разобрать, с чем же ассоциируется у меня аромат Дориана. Но эта глубокая смесь с нотками хвои и летнего солнца заставляет губы путешествовать везде, где есть возможность попробовать кожу на вкус. Дор дрожит от легких прикосновений и снова целует. А губы у него такие мягкие и манящие, что я просто не могу оторваться. И где-то в глубине души зреет ощущение, что не смогу уже никогда... а меня, тем временем, лишают последней одежды - полотенца - бережно подхватывают на руки и несут в комнату с открытой дверью....

Все сливается в одно непрекращающееся мгновение нежности. Губы, одновременно выпивающие до дна и наполняющие энергией до краев; плечи, от которых невозможно оторваться, и потому крепче прижимаешься к телу нависающего над тобой мужчины, на мгновение прикусывая кожу чуть выше ключицы, чем вызываешь его невольный стон.... А потом руки срываются в путешествие по спине, не забывая ни одной мышцы под кожей, ноги обвиваются вокруг узкой талии. И мы становимся единым целым, и в этот самый миг распахиваю глаза, чтобы увидеть напротив застывший напряженный взгляд Дориана. Откуда-то из глубины существа рвется крик счастья, когда я улыбаюсь, притягивая его к себе для поцелуя, и больше мы не разговариваем даже глазами, а все остальное время в окружающее пространство уносятся только наши стоны. И последний, совместный, яростный и мучительно-долгожданный одновременно, когда тела достигают пика наслаждения, а души - потрясающего единства, срывается с губ, спешащих вновь ощутить друг друга. И я счастливо засыпаю в теплых объятиях своего мужчины....

Наверное, время близится к утру. Еще не рассвет и даже нет на него намека, но облака как-то странно изменяют свой цвет, наполняя окружающий пейзаж обещанием скорого восхода Солнца. Я лениво потягиваюсь в кровати, осторожно снимая с талии руку Дориана, и медленно иду к окну в гостиной. Оттуда, обычно, самый прекрасный вид на поднимающееся светило. Забираю волосы со спины, чтобы заплести в косу, и внимание привлекает непривычное ощущение в районе сгиба локтя. Бросаю мимолетный взгляд и понимаю, что там остался лишь небольшой шрам после вчерашней раны, нанесенной Ингой. Хмурюсь, потому что не знаю, как Дориану удалось настолько быстро залечить достаточно глубокий порез, я ведь не метаморф и способностью к исцелению не обладаю....

Но мысли улетучиваются, когда сзади чувствуется осторожный поцелуй в плечико. Мой мужчина бесшумно подкрался и теперь, положив руки на живот, притянул к себе, и моя спина ощутила его горячую грудь. Все-таки, насколько чувствительна кожа, когда от одного невинного прикосновения загораешься всем существом. Невольно улыбаюсь: всю ночь не могла насытиться Дором и сейчас не смогу отказать. Поворачиваюсь и ловлю на себе чуть насмешливый взгляд в ответ, возвращая хозяину такой же: он словно читает мои мысли. И сейчас это только радует, потому что в душе не осталось никаких желаний, кроме как подольше находиться с ним рядом....

Когда просыпаюсь в следующий раз, солнце близится к зениту, а его лучи осторожно проникают сквозь прореху в шторах, словно боясь разбудить, и потому мягко скользят по покрывалу где-то в области ног. Дор все еще спит рядом. Во сне он сущий младенец, настолько разглаживается лицо, настолько умильное выражение успело застыть на нем. Счастливо улыбаюсь, осторожно поднимаясь с кровати, чтобы не разбудить лежащего на ней мужчину, накидываю легкий шелковый халатик и крадущимися шагами направляюсь на кухню. Буду кормить уставшего за ночь Дориана. Силы ему сегодня точно пригодятся!

Внезапно в памяти всплывает похожая картина, только это время не завтрака, а ужина. И я тогда готовила пирожки - земное национальное блюдо - впервые в жизни... И любимые серые глаза смотрели с надеждой и восхищением оттого, какой я тогда устроила ужин.... Горло сдавило спазмом, и, всхлипнув, медленно опустилась на ближайший стул. Только прекрасное мгновение было не здесь, а в другом месте. Квартире, ставшей мне домом, с хозяином, приютившем в собственном жилище и пустившем в сердце... Как же так, Андрюшка, почему я все равно вспоминаю тебя после, казалось бы, наполненной любовью ночи со своим настоящим женихом?