Чтение онлайн

Виолет думала об одноклассниках… друзьях… о Джее. Нельзя подвергать их опасности, привлекая внимание к своему… положению. Она хотела закричать, позвать на помощь, но знала, что не станет этого делать. Не сможет.

Она поднялась и взяла костыли, уже ощущая себя мертвой. Он вышел первым, придержал дверь, она неловко проковыляла в коридор. Он был отвратительно галантен… и спокоен. Он был уже не охотником — просто безликим палачом, ведущим узницу на эшафот. Охота закончилась, как и возбуждение от преследования жертвы. Она сама упростила ему задачу.

У Виолет заболели подмышки — она старалась идти быстрее, не жалуясь и не пытаясь замедлить шаг. Сильной мозолистой ладонью он крепко держал ее сзади за шею. Словно напоминая, какая она хрупкая и как легко он может прервать ее жизнь, если она попытается бежать. Виолет подумала: зря он боится, что она сбежит — она и ходит-то еле-еле.

Они были одни в длинном и пустом коридоре — он вел к выходу, за которым располагалась дополнительная парковка. Виолет все еще слышала доносившуюся из спортзала музыку — теперь она казалась такой далекой и звучала как из-под земли, заглушаемая мрачными мыслями.

Ее тревожило не то, что она умрет— это закономерный исход. Виолет никогда не боялась собственно смерти. Ее страшило только то, какэто случится. Втайне она надеялась, что он не станет мучить ее и завершит все как можно быстрее.

Но была и другая мысль, тревожная и неотступная: когда все закончится, этот изверг, этот маньяк всю оставшуюся жизнь будет носить на себе отпечаток ее смерти.

Стоило Виолет представить, что частица ее жизненной энергии навсегда останется с этим чудовищем, как подкашивались ноги.

Она подумала сначала, что голос в другом конце коридора, позади них, просто послышался ей. Но он был слишком реальным — и невыразимо прекрасным. Он не мог быть плодом воображения. В тот момент, когда голос позвал ее по имени, она узнала его. И на глаза навернулись жгучие слезы.

— Только не он! — мысленно закричала Виолет. — Кто угодно, только не он!

— Виолет? — окликнул знакомый голос, в нем слышалось недоумение.

Рука на шее сжалась сильнее, Виолет поняла этот безмолвный сигнал и остановилась. Железная хватка его руки была опасна сама по себе. Они развернулись вместе — но рука по прежнему сжимала нежную шею, на которой уже появлялись синяки.

Виолет было слишком тяжело видеть Джея — здесь, сейчас. Ее сердце, казалось, рассыпалось на миллион безжизненных осколков.

— Ви? — снова окликнул он. Удивленно посмотрев на человека, сопровождавшего ее, он, казалось, немного успокоился. — В чем дело? Я так беспокоился… я думал, что с тобой что-нибудь случилось…

Он помолчал, ожидая, что кто-нибудь из них объяснит, в чем дело. А потом задал очевидный вопрос:

— Куда это вы?

Наступила тишина — великая, всепоглощающая тишина, которая, разрастаясь, заполняла собой все вокруг и становилась почти несокрушимой.

Виолет и хотела бы перебросить мостик через бездонную пропасть этого молчания, но не могла найти слов. Казалось, они жестким клубком застряли у нее в горле. Сейчас не время для слез.

Почему-то присутствие полицейского Джея не успокоило. Он заметно напрягся и, решительно сжав губы, угрожающе двинулся вперед.

— Что здесь происходит? — снова спросил он, на этот раз более настойчиво.

Виолет почувствовала, как каменно-твердая ладонь сильнее сжимает ее шею. Она знала, что от нее требовалось. И лихорадочно пыталась придумать что-нибудь — ну хоть что-нибудь, — чтобы заставить Джея уйти.

— Мы… мы просто… — пролепетала Виолет бессвязно, мысленно стараясь собраться и спасти хотя бы Джея. Попробовала снова: — Я просто попросила офицера, — она умоляюще посмотрела на массивного, высокого человека рядом с собой, — проводить меня к своей машине, чтобы я могла позвонить дяде. Папа сказал, что прибьет меня, если я не отзвонюсь хотя бы один раз.

Джей не собирался отступать. Он видел, что Виолет говорит неправду, а ей изо всех сил хотелось закричать ему «Уходи!».

— Вот, пожалуйста. — Он протянул ей сумочку, не отрывая взгляда от пальцев полицейского, впивающихся ей в шею. — Ты же можешь позвонить и со своего.

Она покачала головой — с трудом, потому что шея была зажата, как клещами, железными пальцами.

— Нет, мне нужен именно еготелефон. — В ее голосе все сильнее слышалась мольба, и взглядом она тоже умоляла его поверить ее словам. Нельзя допустить, чтобы Джей пострадал. — Пожалуйста, возвращайся в зал, Джей. Я сейчас приду, — проговорила она, но голос сорвался. Девушка отчаянно пыталась сохранить самообладание.

Джей сделал еще один осторожный шаг к ним — и в наказание жестокие пальцы еще сильнее вцепились в шею Виолет, беспощадно сдавливая ее.

И Виолет вздрогнула. Не намеренно, но боль была настолько сильной, что это получилось рефлекторно. Она бы никак не смогла подавить эту судорогу.

Этого оказалось достаточно. Одного-единственного едва уловимого знака, что ей больно, — и Джей бросился на помощь.

— А ну убери от нее руки! — вскричал он звенящим от ярости голосом.

Виолет застыла на месте, не в силах даже дышать. Она совсем не хотела, чтобы это случилось. Все, чего она хотела, — раствориться, уйти в ночь с этим убийцей и тихо исчезнуть. Навсегда.

Чтобы больше никто не пострадал.

Внезапно полицейский оттолкнул ее. Так сильно, что она упала бы, если б не костыли.

Джей широко размахнулся и ударил кулаком человека, который ее удерживал. Удар в челюсть был настолько сильным, что голова офицера резко дернулась вбок.

Едва появившаяся надежда растворилась в вечернем воздухе.

Он даже не шелохнулся — стоял так прямо и спокойно, словно и не было никакого удара. И насмешливо улыбался Джею, сознавая свое физическое превосходство перед юношей.

— Глупый сопляк! Не можешь — не лезь не в свое дело, — сказал он, шагнув к Джею.

Виолет знала, что это значит. Джей, как и она, не выйдет отсюда живым.

И среагировала машинально.

Она следила взглядом, как костыль описывает широкую дугу и впивается полицейскому в висок острым, как игла, болтом. Он не заметил летящего костыля, а Виолет вложила в удар даже больше силы, чем надеялась. Офицер покачнулся.