Зови меня перед смертью
Шрифт:
— Это У Бо, — представил управляющий Ли. — Сейчас… торговец и погребальный мастер. Внешне он кажется простым человеком, но у него есть связи на каждом посту. Когда он скажет, что тело отправляют к семье его сестры, никто не возразит.
У Бо молча поклонился мне. В его взгляде не было лишних эмоций — только холодная оценка.
Следующей вошла женщина, одетая в тёмное одеяние служанки. Её волосы были туго стянуты, а лицо совершенно спокойно. Глаза, однако, выдавали цепкую внимательность к деталям. От такой, наверное, ничего не укроется.
— Линь Яо, — сказал Ли. — Вдова. Официально — дальняя родственница У Бо, которая работает с ним.
Линь Яо склонила голову, улыбнувшись уголком губ.
— У меня нет мужа, но есть трое сыновей и тяжёлый характер, — сказала она ровным голосом. — Надеюсь, ты не доставишь мне лишних хлопот, дядюшка Чжу.
Дерзкая. Впрочем, мать трёх сыновей по определению не может быть нежным цветком.
Её спокойствие меня немного напрягало. Я не знал, что именно скрывается за этой маской, но было ясно, что она не так проста, как кажется.
Последним вошёл молодой парень лет восемнадцати, худощавый, в глазах горел интерес. Он выглядел так, будто не вписывался в эту компанию: слишком юн, слишком подвижен.
— Лян, — коротко произнёс Ли. — Ученик У Бо. В случае необходимости — быстрые ноги и острый язык.
Интересно, что сделал этот «ученик», что выполняет поручения управляющего? Впрочем, никто сейчас вдаваться в подробности не будет.
Лян усмехнулся:
— Надеюсь, этот «дядюшка» не окажется слишком тяжёлым. Гробы, знаете ли, непросто таскать.
И поклонился. Я улыбнулся. Лян тут же потупил взгляд. Так-то лучше.
Но внутри всё равно было что-то похожее на холодный страх, это чувство приходилось загонять вглубь, чтобы не бередило душу.
— А как мы будем проходить посты? — спросил я, глядя на всех.
Ли кивнул в сторону У Бо.
— Мы выедем через южные ворота, — заговорил тот. Голос у него был низкий и глухой. — Обычные торговые повозки тщательно досматривают, но похоронные процессии редко задерживают надолго. Люди не любят задерживать мёртвых.
Линь Яо подхватила:
— У нас есть поддельные бумаги, подтверждающие, что мы должны отвезти тело в Луанзян. С нами будет ещё один человек из охраны. Тоже проверенный, не стоит переживать. Если стража потребует открыть гроб — придётся полагаться на искусство грима и на то, что вы будешь в глубоком сне.
Мне это, конечно, не нравилось, но я понимал ещё со вчерашнего вечера — иного выхода нет. Притвориться мертвым так, чтобы не выдать себя, я не смогу. Особенно, если решат это проверить при помощи амулета.
Управляющий Ли достал маленький фарфоровый флакон и протянул мне.
— Я сделал состав лучше.
Я ощутил неприятный холод в груди.
Лежать в гробу. Быть без сознания. Быть беспомощным.
Но выбора не было.
Я сделал глубокий, кивнул и взял флакон.
— Когда?
Управляющий Ли посмотрел мне в глаза.
— Через час.
Когда наступило нужное время, он ещё раз всё проверил.
Повозка стояла у бокового входа, на ней громоздился тёмный деревянный гроб, отполированный до матового блеска. Он выглядел дорого, но без излишеств — как и подобает приличному торговцу.
Я задержал дыхание, взглянув на него.
— Пора, — спокойно произнёс управляющий Ли, протягивая мне флакон.
Я открыл крышку. Запах был резкий, горьковато-пряный, с нотками каких-то трав и чего-то похожего на настойку коры. Я знал, что состав подобран так, чтобы погрузить в глубокий сон, но не лишить сознания полностью.
И всё же было страшновато.
— Не задерживайте, молодой господин, — тихо сказал управляющий Ли.
Я кивнул, сделал глубокий вдох и разом опрокинул в себя содержимое.
Слишком горько. Густая, терпкая жидкость почти сразу обожгла язык, а горло словно сжалось, не желая пропускать её внутрь. Я подавил рвотный позыв, проглотил, выдохнул.
В груди заполыхал жар.
— Ложитесь, — произнёс У Бо.
Я шагнул к гробу. Внутри его оббили мягкой тканью. Прямо как в весеннем доме. Тьфу, что за пошлые мысли?
Я осторожно опустился внутрь и вытянулся.
Ткань была тёплой. Я чувствовал, как от досок идёт слабый древесный запах, смешанный с лаком.
Крышка медленно опустилась на гроб.
В кромешной темноте оставались маленькие отверстия для воздуха, ловко спрятанные в орнаменте. На мгновение полыхнула паника.
Глубокий вдох, выдох. Вдох. Выдох. Взять себя в руки. Дышать можно, воздух не застаивается.
Осознание собственной беспомощности никуда не делось, но нельзя поддаваться эмоциям.
Я закрыл глаза.
Всё в руках Творцов Судьбы. Помогите мне. Мне очень нужна ваша помощь.
Сперва пришло странное ощущение, будто тело тяжелеет — всё налилось свинцом.
Я попытался поднять руку. Пальцы дёрнулись, но двигались уже медленно, неохотно.
Сознание мутнело.
Слух ещё работал — я слышал, как снаружи переговариваются управляющий Ли и У Бо. Кто-то что-то крикнул, заскрипели колёса повозки.
Я хотел что-то сказать, но язык не слушался.
Веки стали слишком тяжёлыми. Темнота под ними сгущалась, закручиваясь в странные образы.
Песок. Горячий ветер. Силуэт, стоящий рядом.
Кто ты?
Я попытался разглядеть лицо — но тьма окутала его, оставляя только ощущение присутствия.
Что-то коснулось моего плеча.
А потом вязкое беспокойное забытье утянуло в свои крепкие объятия.
Сознание то ускользало, то вновь возвращалось. Сон не был крепким. Уж скорее, зыбким, будто я дрейфовал между мирами, погружённый в густой поток небытия.
Я не мог пошевелиться. Не мог открыть глаза. Но продолжал слышать.
Скрипели колёса повозки, потрескивала ось, когда мы попадали на какие-то неровности. Иногда доносился глухой стук — это гроб чуть подпрыгивал на ухабах, и деревянные стенки глухо отзывались вибрацией.