Зверь выходит на охоту
Шрифт:
Теперь-то уж точно не догонят! Сюда и копья никому из преследователей не добросить. Высота не страшна с ее звериной ловкостью и силой. Накато с крыши нырнула прямо в густой мрак, окутавший крайние строения с наружной стороны города.
Удар твердой земли под пятки ощутимо встряхнул. Накато завалилась набок. Малыш таки хныкнул негромко, напоминая о себе. Она перехватила его удобнее, вскочила на ноги и ринулась прочь от города по бездорожью, пересекая чьи-то огороды и сады. Неслась стремительными скачками, перемахивая низкие изгороди.
Главное – добраться до гор! Горы укроют, горы спрячут ее следы и дадут приют.
Горы совсем рядом, практически нависают над самым городом. Но останавливаться близко нельзя – на склонах вблизи Рунду ютится множество деревушек.
Накато хотела убраться подальше не только от города и вообще равнин Желтого юга. Она хотела затеряться там, где нет ни человеческого жилья, ни торговых дорог, по которым идут караваны.
Давно она не бегала так, как теперь: стремительно и долго, не останавливаясь ни на миг, чтобы даже просто перевести дыхание.
Да благословен будет колдун, что когда-то сделал ее своей послушной помощницей! Если бы не выносливость, полученная дорогой ценой, она бы давно свалилась без сил на камни. Шаг за шагом оставался за спиной. Все дальше оставался позади Рунду. Все выше и выше Накато взбиралась. Одна за другой уходили назад крупные деревни, в которые стекались караваны, и небольшие пастушеские деревушки, лежавшие выше в горах.
Рассветало, когда она остановилась в небольшой лощине у родника. Опасаясь класть забывшегося беспокойным сном ребенка на сырую землю, принялась пить, зачерпывая воду горстью.
И тут сверху, из-за деревьев, вырвался неуловимый взглядом стремительный смерч, в котором с трудом угадывались очертания человеческой фигуры. Рухнул на нее в безмолвии, лишь мелькнула чернильно-черная, как воплощенная ночная мгла, точка.
*** ***
Медь на наконечнике копья почернела – вот почему оно не сверкало, как полированное оружие и латы воинов.
Накато сама не понимала, как ушла от разящего удара, направленного ей точно в голову. Женщина, появившаяся без единого звука из ниоткуда, точно призрак, оказалась столь же стремительной, как и она сама. Вылетела из-за деревьев, спрыгнула в лощину, прямо на голову присевшей у воды девушки, ударила с силой сверху вниз копьем.
Стремительность и мощь.
Черный, как ночная мгла, наконечник, вонзился глубоко в сырую глину у чаши, в которую собиралась родниковая вода. Древко увязло почти наполовину.
Женщина без малейшего усилия выдернула его, оставив почти не развороченную дыру на земле. И развернулась молниеносно к Накато, завалившейся на сторону.
Та едва успела вскочить, чтобы встретить противницу, стоя на ногах. Тут уж не до беспокойства – как бы не замерз на сырой земле голенький малыш! Успела только усадить его и выпрямиться, отбивая новый удар. Рука у противницы оказалась тяжелая – Накато не привыкла сталкиваться с такой силой. Она лишь отвела оружие в сторону, но оттолкнуть женщину далеко не сумела. И та вновь бросилась на нее. Натиск обескуражил девушку. Соперница теснила ее, одновременно пытаясь оказаться ближе к малышу. Удары сыпались один за другим без малейшей передышки. О том, чтобы атаковать в ответ, и речи не шло. Накато начинала выдыхаться – никогда за все время, что она пробыла помощницей колдуна, такого не случалось!
Она была ошарашена, сбита с толку. Женщина по силе оказалась равна ей. Но возможно ли такое?!
А почему нет? То, что сделал один колдун, мог сделать и другой.
Накато из последних сил отбивала нападения, не позволяя противнице приблизиться к ее малышу. Краем глаза заметила, как тот завалился на бочок, придерживаясь ручкой – она неровно его усадила второпях. Личико сморщилось жалобно. Ребенку неуютно было сидеть на сырой холодной земле. Ожесточенная схватка над самой его головой наверняка перепугала.
Нет, не думать! Все потом.
Вот очередной удар – особенно жестокий. Руку пронзило болью, когда она отбила направленное в нее оружие. Треск.
На миг она испугалась, что кость сломана. Но нет – рука цела. Это копье переломилось. Противница лишь перехватила острие за обломок древка и вновь ринулась на Накато. Сбоку попыталась ударить в шею.
И тут девушке удалось перехватить ее запястье и швырнуть женщину через себя, отбросив далеко в сторону.
Та по-прежнему безмолвно отлетела, перевернувшись несколько раз в воздухе, и, едва коснувшись телом земли, вскочила на ноги. Коричнево-рыжее тело, покрытое полосками, двигалось стремительно. Не тело – Накато теперь разглядела. Одеяние, скрывавшее руки, ноги, голову и лицо. Как еще по очертаниям фигуры она сумела различить, что перед нею – женщина? Только глаза и сверкали – все остальное скрывала материя. От стремительного движения полоски рябили в глазах, мешая толком понять, где противница.
Накато моргнула и едва не пропустила выпад. Малыш за спиной завалился окончательно и оглушительно завопил, скользя по глине к воде.
Вот сейчас упадет головкой прямо в чашу, куда собирается вода родника! Упадет и захлебнется. Накато дернулась безотчетно и получила оглушающий удар в нос. Снова хруст. Вот теперь – это ее кости. Она попыталась вздохнуть, захлебнулась кровью, захрипела.
Противница отшвырнула ее, ринулась к ребенку.
Накато рванулась следом, леденея от понимания – не успеет. Оглушенная ударом и болью, она плохо различала, что находится вокруг, где сейчас ее враг.
В глазах потемнело – она лишь смутно успела понять, что ее ударило что-то в висок. Что именно? Невидимая глина взметнулась, мягко толкнула в лицо, облепила тело. Накато попыталась отпихнуть ее руками. Ладони скользили. Пальцы увязли. Что же это, почему такая неподатливая! Накато толкнула настойчивее – бесполезно.
Да это не глина перегородила ей путь! Это она не удержалась на ногах, свалилась. И отпихивает землю, на которой лежит.
Ребенок! Ее сын остался возле самой воды, беспомощный.
Испуг взбодрил. Противница сшибла ее с ног – должно быть, чем-то швырнула. А сама… Накато, не обращая внимания на слабость и головокружение, вскочила на ноги. И ее ослепило вспышкой. Не удержавшись, отшатнулась назад, прикрывая рукой глаза. Чудом удержалась на ногах. Что это такое?! Вспышка чудовищно яркого пламени со стороны источника – там ведь находился ее малыш.
В грудь толкнуло плотным горячим порывом воздуха, и Накато все-таки свалилась. Что это – колдовство?! Ее противница оказалась колдуньей?
Девушка, оскальзываясь на сырой глине, моргая слезящимися глазами, не видя ничего от пляшущих перед ними пятен, кинулась к роднику. В ушах стоял звон. Колени тряслись, подламывались. Ей стоило труда преодолеть небольшое расстояние, отделявшее ее от места, где она оставила сына.
Боги и духи, только бы он не свалился в озерцо! Только бы не схватила его эта непонятно откуда явившаяся женщина.
Кто она?! Наверняка – посланница колдунов. Такая же, какой была когда-то сама Накато. Не так-то и давно это было.