Чтение онлайн

— Интересно, похож ли герцог на этих героев? — гадала девушка.

Ей захотелось найти для него подходящее сравнение и, улучив свободную от примерок минутку, Грейсила проскользнула в библиотеку и взяла с полки томик избранных произведений Байрона.

Она хорошо знала, что, если ее обнаружат, то в лучшем случае просто прикажут заняться другими делами.

В библиотеке у нее было свое тайное местечко. В самом дальнем углу помещения, оформлением которого занимался в свое время сам Роберт Адам, находилось длинное окно, застекленное цветными витражами с гербом Шерингхемов.

С украшенного лепниной потолка до самого пола свисали тяжелые красные бархатные портьеры, оставляя немного пространства между окном и стеной. Там и устроила себе гнездышко Грейсила. Она уютно расположилась в уголке на мягкой диванной подушке с томиком в темном кожаном переплете и с наслаждением погрузилась в чтение.

Уголок был скрыт от людских взоров. Даже если кто-нибудь внезапно заходил в библиотеку, Грейсила оставалась незамеченной.

Первое, что она прочитала, был отрывок из «Дон-Жуана»:

Любовь небесна, и она царит

В военном стане и в тени дубравы,

И при дворе…

«Способен ли герцог пробудить во мне любовь?» — гадала Грейсила.

Вопрос не давал ей покоя, и она быстро перелистывала страницы, разыскивая любимые строки:

Все музыка — и звон ручья игривый,

И шепоты травы, и шум ветрил.

Все музыкально в мире, все прекрасно,

И пенье сфер мы слышим ежечасно.

Девушка зачарованно улыбалась, а богатое воображение рисовало ей картины неземной красоты. Она не сразу услышала голоса, доносившиеся из другого конца библиотеки. Поэзия так увлекла Грейсилу, что она не заметила, как в комнату вошли люди. Прислушавшись, она узнала голоса мачехи и герцога.

«Маловероятно, что меня обнаружат», — подумала она и снова погрузилась в чтение, совсем не заинтересованная темой их беседы.

Но услышав свое имя, она вернулась к действительности. Грейсила подняла голову и прислушалась.

— Она такая юная и неискушенная, что никогда ничего не заподозрит, разве что кто-то расскажет ей, — говорила мачеха.

Грейсила удивилась и попыталась угадать, в чем именно она должна кого-то заподозрить.

— Ей никто не скажет, — уверенным тоном заявил герцог. — Ее молодость и невинность послужат надежным щитом.

— Ты прав, — отвечала мачеха. — Теперь мы сможем видеться когда угодно.

А потом мачеха глубоко вздохнула и добавила:

— Ах, дорогой, эти годы, проведенные вдали от тебя, стали для меня настоящим адом!

Грейсила насторожилась.

Она ущипнула себя за руку. Не сон ли это? Неужели все это происходит наяву? Почему мачеха говорит такие вещи, да еще и таким странным тоном? Грейсила никогда не слышала, чтобы она так разговаривала.

— Мы должны быть очень осторожны, — быстро проговорил герцог.

— Конечно, дорогой! — воскликнула графиня. — Но сегодня ночью мы будем в полной безопасности!

— Здесь? В доме Джорджа?! — ужаснулся герцог.

— Джордж простудился и не выходит из своей комнаты. Ах, Эндрю, сегодня мы будем вместе, и ты поймешь, как ты необходим мне!

— О, моя бедная Дейзи, так более продолжаться не может! Если бы я только знал, что Элси умрет всего через полгода, после того, как ты так скоропалительно вышла за Шерингхема!

— Тогда фортуна отвернулась от нас, — скорбно произнесла графиня. — Но теперь я снова с тобой! Если бы ты знал, как я тосковала без тебя! Ты самый прекрасный и чарующий мужчина в моей жизни.

Она помолчала, а потом, понизив голос, страстно выдохнула:

— Никто, никто в мире не сравнится с тобой! Ты лучший любовник, Эндрю!

Грейсила окаменела.

Наступила тишина, и шокированная происходящим девушка увидела, как герцог страстно и долго целует ее мачеху. Потом они вместе покинули библиотеку.

Грейсила осталась одна.

Она сидела очень тихо, не двигаясь. В голове звенело, мысли замерли и растворились в ледяном оцепенении.

Но от правды никуда не денешься!

Герцог — любовник мачехи! И продолжается это не год и не два, а с тех давних пор, когда была еще жива его первая жена.

Когда отец Грейсилы женился в третий раз, девушке просто не приходило в голову, что мачеха — женщина страстная и даже желанная.

Она читала в книгах, в основном во французских романах, о том, как женщины средних лет настойчиво искали любовных утех, но что такое происходит в ее родном доме, она, конечно, не подозревала.

Отец Грейсилы был суровым мужчиной, уже в годах. Дочери он всегда казался пожилым, может быть, оттого, что в семье она была младшим ребенком.

Он любил ее матушку и всегда был счастлив с ней. Но когда она умерла, он снова женился. Дейзи стала для него кем-то вроде нового ребенка. Она была значительно моложе его, и он опекал ее и всячески баловал.

Хотя мать Грейсилы после ее рождения стала совсем слаба, она выглядела очень молодо, а по духу была совсем юной. Они были очень похожи с маленькой Грейсилой.

Только после ее смерти Грейсила осознала, какого доброго друга она лишилась. Девочка стала совсем одинокой, а граф подпал под очарование настойчивой и проницательной Дейзи.

Она вторглась в его жизнь и неожиданно внесла в нее многое, чего ему, оказывается, недоставало с доброй и по-матерински нежной Элизабет.

Только теперь Грейсила поняла, что подсказывала ей интуиция, и почему бессознательно она так старалась избегать мачехи.

Наконец, тяжело поднявшись с подушки, она побрела к выходу, с трудом переступая внезапно ослабевшими ногами. Ей казалось, что она безмерно состарилась с тех пор, как полчаса назад сняла с полки томик Байрона.

Грейсила поставила книгу на место.

Она посмотрела туда, где герцог целовал ее мачеху, и поняла, что ни за что не выйдет замуж за человека, который ее не любит.

— Как они могли? — спрашивала она.

Девушка дрожала, не в силах оправиться от неожиданного потрясения.

Она поднялась к себе в спальню. Решив, что никто не должен заметить произошедшей в ней перемены, Грейсила дала себе слово вести себя, как обычно.

За обедом ей казалось, что эпизод с мачехой и герцогом был частью безобразной интриги, разыгравшейся в кошмарном сне или на театральных подмостках, а она, Грейсила, была единственным зрителем.