Чтение онлайн

Мне не нужно прощение. Мне нужна жизнь. Нужно счастье. Нужна любовь. Нужны мои родные и близкие. Нужен Даррел.

– А если я откажусь от ритуала? Если сбегу? – спросила я, и сердце тотчас забилось быстрее.

– Тогда ты откажешь от тех, кого любишь, – ответила императрица. – Они погибнут. Тьма неминуема, Белль. Перед тобой стоит самый жестокий выбор – ты или они. И раз Алтея хотела, чтобы ты знала правду, – в ее голосе появилась злость, которая тотчас потухла, – тебе придется выбирать. И я знаю, что это мучительно больно. А как помочь тебе – не знаю.

– От вас мне ничего и не нужно.

Какое-то время мы молчали. Императрица перебирала песок, а я смотрела на море, ни на что не обращая внимания.

– Почему я? – пересохшими губами вдруг спросила я какое-то время спустя. Императрица вздрогнула. – Почему это должна быть я? Я тоже люблю жизнь. Я хочу жить. Дышать воздухом, бегать, чувствовать аромат цветов. Читать книги, смеяться, гулять. Хочу любить и быть любимой. Стать хорошей женой и матерью, заниматься магией и этим зарабатывать себе на жизнь. Мне не нужны титулы и большие деньги. Я хочу жить, как все. Во мне нет тяги к подвигам и приключениям. Я не мечтаю о славе и власти. Я просто хочу жить. Я люблю жизнь.

Воздуха не хватало, а по щекам побежали соленые слезы, и я торопливо смахнула их, не желая казаться слабой перед императрицей.

– Белль… Мне очень жаль. Я не знаю, как искупить перед тобой этот грех. И не могу ответить на этот вопрос – почему ты, – дрожащим голосом проговорила императрица. По ее лицу, какому-то осунувшемуся и постаревшему, тоже текли слезы. 

– Я просто хочу жить, – повторила я. – Просто. Жить.

– Прости, прости, прости, – шептала в ответ императрица. Но что я могла ей ответить? Ничего. В пустоте нет ответов. А я была пустотой.

А потом мы снова сидели и смотрели на спокойной южное море, которое будто и не ведало, что где-то там, на севере, начинает свой похож тьма.

Я знала, что будет. Я не откажусь от своего предначертания. Я спасу всех – если этому действительно суждено быть. Не потому, что я хорошая, вовсе нет. Во мне изначально было много тьмы, которая много лет скрывалась. Я сделаю это ради своих близких. Если их не станет из-за меня, будет ли смысл жить дальше? Нет.

Алтея была не права. У меня не было выбора. Была лишь правда – горькая и тяжелая.

С песка я встала первой, уже точно зная, что буду делать дальше.

– Верните меня в академию, – сказала я отстраненным, каким-то неживым голосом. – Будем делать вид, что ничего не произошло. Свадьба состоится, как и должна была. Ритуал – тоже. Даррел ничего не узнает – до самого конца. Я рада, что вы сможете спасти его. Когда я приеду во дворец, пришлите моего поверенного, мне нужно будет составить завещание. Я должна убедиться, что мои родные будут жить, ни в чем не нуждаясь. Также я хочу, чтобы титул высокородных получили несколько моих близких друзей. Кому будет передана сила Черного дракона после моей смерти?

– Никого в роду не осталось, – ответила императрица, которая изумленно на меня смотрела. – Полагаю, она раствориться…

Я кивнула.

– Хорошо. Забавно. Вы обещали сделать меня самой великой императрицей.

– Я не лгала, – тихо ответила она. – В памяти людей ты останешься самой великой императрицей.

– Чтобы стать новой императрицей, нужно убрать старую. – Я повернулась к ней, и наши взгляды встретились. – Вы и император готовы уйти с престола? Или мы с Даррелом получим титулы императора и императрицы посмертно?

Она молчала, сцепив перед собой руки в замок.

– Второе, верно? Что ж, я вас поняла. Что ж, идемте к вашим людям – вы же не одна переместились сюда, верно? Я ужасно хочу пить. Кстати, как вы нашли меня?

– Кольцо, – ответила императрица. – Кольцо, которое я подарила, указывает на тебя.

Я взглянула на свою руку – на указательном пальце под ярким солнцем сияло тонкое кольцо с зеленым камнем, которое подарила мне императрица, как знак ее благосклонности и защиты. А на самом деле это был еще один артефакт, призванный отслеживать мое местоположение. Очередное заблуждение. Воистину во дворце никому нельзя доверять.

Мы пошли прочь от берега – там, вдалеке, виднелись гвардейцы и маги. Уже почти дойдя до них, я обернулась на море – оно оставалось все таким же прекрасным и безмятежным.

– Белль, – позвала меня по имени императрица, и я оглянулась на нее. Странно, раньше при виде нее я испытывала уважение и трепет, а теперь – разве что презрение, но не яркое, а едва заметное. Мне больше не было дела до императрицы.

– Что?

– Ты была не права, – мягко сказала она. – Дело не в том, что мы не хотели вкладывать силы в ту, которой скоро не станет. Мы боялись к тебе привязаться. Я боялась. И не напрасно. Я действительно привязалась к тебе.

– Обойдемся без громких слов, ваше величество. Я очень устала.

 Больше не глядя на нее, я направилась вперед.

И уже спустя четверть часа была в академии магии.

День свадьбы – это день, который для каждой девушки должен стать особенным. Подарить радость, окрылить любовью, зажечь сердце любовью. Стать особенным.

День моей свадьбы действительно стал для меня особенным. Потому что с него все и началось. Все то, что было предначертано мне и Даррелу.

После того, как мне стала известна правда, прошло три дня. На четвертый должна была состояться долгожданная свадьба – в день весеннего благоденствия, посредине звонкого месяца, когда небо было высоким и чистым, а погода – умиротворяюще-теплой.

Как я и обещала, Даррел ни о чем не узнал. И в отличие от меня, улыбался он радостно и светло, моя же улыбка была вымученной, и больше всего мне хотелось плакать, уткнувшись лицом в подушку. Он не понимал, что со мной. Чувствовал – что-то не так, хотя я и старалась не подавать вида и вела себя обычно.

В первый день во мне все так же зияла пустота. Она грызла меня изнутри, не давая возможности даже дышать полной грудью.

Во второй день появился гнев. Он ломал меня изнутри, не находя выхода.

В третий день нахлынула тоска. Она разрушала меня изнутри, не позволяя радоваться жизни.

А в день свадьбы я чувствовала лишь боль. Боль, боль, боль – тупая, въевшаяся в тело боль. Будто ржавчина в железо. Но я улыбалась – широко и, как мне казалось, искренне. Я сделала выбор – принести себя и свое счастье в жертву. И мысленно шептала себе – это не ради других, не ради целой империи или целого мира. Это ради моих родных. Ради тети, бабушки и братьев. Ради Даррел. Ради Дэйрил, Кайла, Шиа и Элли. Да, и Элли – подруги, которая меня предала. Еще недавно меня точила обида, а теперь, на пороге смерти, все обиды вдруг стали какой-то глупостью.