Чтение онлайн

– Общение ведёт к проявлению симпатии, а уже симпатия к любви! Ты не представляешь во что ввязываешься, Сати!- умоляющим голосом предостерёг он, оставив где-то далеко дерзость, ехидство, гордость, властность.

– Я не собираюсь общаться с противоположным полом,- успокоила его она и примирительно взяла за руку.

Они прошли в класс испанского, где Мисс Гонзалез раскладывала учебники по партам, учительница была молодой, и Сати немного засомневалась, годиться ли она на роль преподавателя или всё-таки больше походит на старшеклассницу. Но учительница была приветливой и доброй, она недолго опрашивала новенькую, чтобы выяснить уровень знания испанского, но найдя его превосходным, выдала другой учебник, для высшего уровня. Сати поблагодарила прекрасную способность демонов свободно говорить на всех земных языках и стала просматривать учебник, находя его чрезмерно простым и тайно гордясь собой. Ей очень легко давались все предметы, во-первых, потому что её мозг работал на все сто процентов, в то время как человеческий всего на 3-4 процента. Сатаниэна очень быстро воспринимала любую информацию, с первого раза запоминала её наизусть, размышлять могла о нескольких вещах одновременно, к тому же у неё было и второе зрение, проявлявшееся исключительно по ночам, что давало ей возможность познать окружающий мир в полной мере, как она того хотела. На испанском Сати села с Ариманом, который сначала пообижался на неё, но потом даже начал разговаривать.

– Твоё расписание на все сто процентов совпадает с моим, верно?- уточнила Сати как можно спокойнее, хотя ответ ей и так был известен.

– Конечно, не могу же я оставить тебя на произвол судьбы,- пошутил он, но его шутка не понравилась Сатаниэне, она нахмурилась.

– Как я понял, ты уже познакомилась с Эбби и Констанс. И как тебе Констанс?- спросил он, с озорным интересом на неё поглядывая.

– Эта та зазнайка? Она мне нисколько не понравилась, и я не собираюсь с ней не то чтобы дружить, а даже общаться!- вспылила она.

– Это было самое мудрое решение, какое ты принимала на Земле,- похвалил её Ариман,- Я уж думал, ты готова сдружиться с каждой без разбора, боялся, что ты утратила своё виденье и объективность. Констанс действительно та ещё стерва!

– Она просто самовлюблённая, считающая, что нет никого лучше неё.

– Но всё же признай, что земные не так уж и хороши, как ты считала,- победно заявил Ариман.

– Это относится не только к земным, сам подумай, среди всех существ встречаются плохие и хорошие, к примеру, ангелы - есть верные Богу, а есть отступники, которые потом падают. Так же и люди, владеющие верой- излучают добро, но в любой момент стоит другому человеку переломить волю этого добродушного создания, как он падает, как Мефистофель искусил Фауста, как Генри воспитал из непорочного Дориана Грея воплощение дьявола, ведь все они пали от рук чужих и недобрых. Мефистофель лишь хотел укрепить волю Фауста, не ведая, что тот не устоит перед соблазном, а Генри сделал Дориана Грея таким, каким всегда мечтал сам стать, но не осмеливался. Люди порой падают по причине своей неосведомлённости и глупости, а не потому, что склонны к высокомерию и прочим порокам.

– Нет ничего невозможного для тех, кто обладает двумя привилегиями- красотой и молодостью,- Ариман усмехнулся,- Именно поэтому красота скрывает гнилую душу- красоте дозволено всё, а уродству- ничего.

– Ценнее всего то, что не вечно, но то, что никогда не увянет,- ответила Сати,- Я ценю бессмертие в той же мере, в какой ты ценишь земных!

– Они ничто, у них есть только жалкие годы счастливой жизни, а у нас- вечность.

– Пусть, в этом наше перед ними превосходство, но у нас нет одного- сердца и чувств сердечных. Наши чувства так далеки от человеческих, так непохожи на то счастье, которым загораются их смертные сердца и так пылают, переполняясь восторгом.

– Но мы умеем любить!- запротестовал Ариман.

– Но мы не умеем жить!

На этот раз он хмыкнул, замолчав на минуту, подбирая слова, но затем продолжил:

– По мне, это не так уж и важно. Ад гораздо красивей, масштабней, а главное- свободней. Нас ни к чему не принуждают, а Чтецы Душ, вроде нас, пользуются особыми привилегиями у Люцифера. Что касается земных, то, что ты называешь человеческой жизнью - лишь бездна разврата и пафоса, все чувства, которые они испытывают - или умело скрыты, или попросту выдуманы. Они актёр, а их жизни- театр!

– Ты как обычно смотришь на отрицательную сторону медали, ты не желаешь познать глубину, убедиться или в собственной правоте, или ошибочности своего суждения, для тебя существует только твоё мнение, и оно закон. Ты хочешь, чтобы все слушались тебя, как верные церберы, придерживались твоего мировоззрения, но если ты имеешь собственное мнение, это не значит, что все должны его поддерживать!

Ариман выдохнул и произнёс грустно:

– Только ты знаешь, какой я на самом деле, но мне невероятно одиноко, я старше тебя на сто пятьдесят лет, я ещё помню твоего отца, который жил когда-то в Пандемониуме, я помню его взгляд, такой пронзительный, добирающийся до самой души, читающий её и узнающий все твои секреты. Ты унаследовала часть этого величайшего дара от него, ты так же, как и он разбираешься в душах, поэтому я так злился на тебя, когда ты говорила мне правду, пусть и жестокую, но правду, которую я так не привык слышать из чьих-либо уст. Я не хотел, чтобы это обидело тебя, но не мог ничего с собой поделать, ты знаешь, что я другой, и мне сложно справляться со своими недостатками, слишком долго во мне уживались илот и господин, и я так и не нашёл золотой середины, в любой момент я был либо одним, либо другим. Но когда я встретил тебя, я подумал, что могу измениться, что наконец-то смогу стать свободным от самого себя и удивительно счастливым, но смотря сейчас на твою совершенную натуру, я сомневаюсь, что сейчас не слишком поздно исправить мою.

– Никогда не поздно, Ариман,- с тёплой улыбкой проговорила Сатаниэна.

И как раз в тот момент, когда девушка пожала руку Ариману, их глаза встретились, и он понял, что она желает ему помочь, прозвенел звонок, он никогда не забудет этот её взгляд: она верила в его победу над собой. Ариман с Сати собрали рюкзаки и ушли прочь из класса в кабинет тригонометрии.

– Сядь на этом уроке с кем-нибудь, кроме меня. Пообщайся с людьми,- с грустным вздохом предложил Ариман и открыл перед Сати дверь. Она вошла в класс, на удивление уже почти наполненный учениками и присела за свободную парту. Ариман сел куда-то на камчатку, а она осталась одна за пустой партой, ещё не зная, кто же будет её соседом или соседкой. Звонок на урок прозвенел через пять минут, в класс вошёл тот самый парень, с которым Сати случайно столкнулась в коридоре. Так как свободных мест уже не было, он был вынужден присесть за одну парту с Сати, которая отодвинулась от него к самому края стола, намеренно избегая его общества.

– Привет,- поздоровался он ради приличия.

– Здравствуй,- безразличным тоном бросила девушка, отодвигаясь от него дальше.

– Меня зовут Дэнис Келли, а тебя?- представился парень. Сати глянула на него с мимолётным интересом, но тут же отвернулась, вспомнив о своём обещании. Его глаза были голубыми, такими добрыми и мягкими, такими притягательными, но Сати сохраняла твёрдость рассудка, поэтому с наигранной неохотой представилась:

– Сати Донован.

– Прости меня, Сати, что налетел в коридоре,- извинился Дэнис, опуская голубые глаза, прикрытые пушистыми чёрными ресницами.

– Ничего. Я уже забыла про этот случай,- холодно ответила она.

– Это хорошо,- закончил он и опустил снова глаза,- Я не специально.

Прошло несколько минут. Сати пыталась сосредоточиться на уроке, но все её мысли были заняты этим простым мальчиком Дэнисом, который тянул её к себе, словно магнит маленькую скрепку. Она видела, как его чистая душа была покрыта туманом грусти, его явно что-то очень беспокоило, Сати съедало любопытство, что же могло так тяготить Дэниса. Но так как хранить молчание рядом с ним она не могла, а любопытство так и подмывало её узнать, что беспокоит этого мальчика, она спросила, не успев вовремя прикусить язык:

– Тебя что-то гложет?

Дэнис удивлённо обернулся и воззрился на неё, как громом поражённый, будто бы увидел впервые.

– Я думаю, что у каждого есть что-то, что его гложет,- судорожно ответил он и снова опустил глаза.

– Это естественно. Но что же гложет тебя?- её голос стал уже менее безразличным, защита перед мальчиком ослабевала, а девушка испуганно за неё цеплялась, боясь совсем потерять.

– Мой дедушка заболел, а я очень люблю его и беспокоюсь за его здоровье,- признался новый знакомый.

– Любишь?- так непривычно переспросила Сати. Это слово больно кольнуло её сердце, заставив его затрещать, будто оно расходилось по швам, она кашлянула, чтобы договорить до конца,- Ты его любишь?

– Да. Но тебе не понять!- огрызнулся он и отвернулся от неё. Она подвинулась вместе со стулом ближе к соседу, оставляя между их стульями минимум расстояния, таким образом миновав барьер между ними, на обоих тут же нахлынула волна доверия, они сидели теперь совсем рядом, как старые знакомые, которые случайно встретились в парке, но сначала не узнали друг друга, а затем решили дружелюбно поболтать обо всём, что случилось с ними в ближайшее время.