Чтение онлайн

В конце 1960 года Монро сама призналась одному журналисту: «Когда я была замужем, я не спала с кем попало, пока мой муж не ушел служить во флот. Тогда я вдруг почувствовала себя чертовски одинокой и иногда не отказывала себе и заводила дружка, потому что мне не хотелось быть одной».

По ее словам, из четырех лет их совместной жизни она обманывала мужа примерно в течение двух лет. И вот еще одна из историй, относящаяся к тому времени.

В декабре 1945 года Норма Джин сказала Джиму, что ей придется уехать примерно на месяц, поскольку ее ждет работа. Андре де Дьенес, фотограф, собирался отвезти ее в штат Вашингтон, за сотни миль к северу. За эту работу ей предложили две сотни долларов. Тогда Норма Джин сказала, что не рвется из дома. Но Де Дьенес был выдающимся фотографом, который мог бы немало сделать для ее будущей карьеры. И она уехала, обещая вернуться к Рождеству.

А потом позвонила мужу в то время, когда он сидел за столом, накрытым для рождественского обеда. Она сказала ему, что ей очень хотелось бы быть дома, но вынуждена остаться.

Андре де Дьенес, сын венгерского банкира-иммигранта, рассказывал свой вариант истории, приключившейся в то Рождество. Он только что приехал в Калифорнию, где искал модель, которая могла бы ему позировать на фоне пейзажа и желательно обнаженной. Однажды ему позвонили из агентства «Голубая книга» и порекомендовали Норму Джин. «Я в ту же секунду влюбился в это юное создание», — сказал он.

В ту пору Дагерти был в плавании. Де Дьенес начал ухаживать за Нормой Джин. Он присылал ей цветы, обедал в ее доме. Вот так развивались события, предшествовавшие их совместному решению с Нормой Джин устроить для себя рождественскую поездку.

Норма Джин не легла в постель с де Дьенесом сразу. И это продолжалось до тех пор, пока не получилось так, что в одну счастливую ночь они не смогли найти отель с двумя свободными комнатами. Норма Джин согласилась разделить с Андре комнату и постель. «Она была прелестна и очень мила, но больше всего мне понравилось то, что она позволила мне творить с ней». В постели, по словам Дьенеса, Норма Джин открыла для себя такой секс, которого не знала, будучи замужем несколько лет.

Де Дьенес пребывал в состоянии влюбленности. Он простил ей даже то, что по ее вине из незапертой машины была украдена его фотоаппаратура.

Позировать обнаженной Норма Джин тогда отказалась.

По возвращении в Лос-Анджелес венгр попросил ее выйти за него замуж. Если верить фотографу, она дала согласие.

Оставаясь ее страстным обожателем и полагая, что все еще обручен с Нормой Джин, де Дьенес выслал ей деньги, чтобы оплатить судебные издержки за развод с Дагерти. Но когда дело дошло до женитьбы, она отказала ему. Охваченный ревностью, де Дьенес поехал в Лос-Анджелес и застал ее с любовником…

Так окончился роман де Дьенеса и Нормы Джин. Де Дьенес не только не таил на нее зла, но и до самой своей смерти очень трепетно вспоминал о своей любви.

Мэрилин всегда подчеркивала, что в 1946 году ее жизнь была вполне целомудренна. Но в тот год ее карман был почти пуст, поэтому вполне вероятно, что у нее были романы, не лишенные меркантильных интересов.

Позже, беря уроки в студии Ли Страсберга, Мэрилин проговорилась, что в начале своего пребывания в Голливуде зарабатывала деньги, будучи «девушкой по вызову».

А потом, гораздо позже, она поняла, что прошлое «девушки по вызову» сослужило ей плохую службу.

Нью-йоркская горничная Монро, Лена Пепитоне, вспоминает рассказ Мэрилин о том, как незадолго до развода с Дагерти она продала себя одному человеку, предложившему подвыпившей Норме Джин пойти с ним в его номер. Сначала он попросил ее раздеться, желая увидеть ее голой. Она хотела убежать, но в конце концов передумала.

Тогда она «заработала» пятнадцать долларов.

Если верить той же Пепитоне, потом были и другие мужчины. Проблема карманных денег была решена.

О подлинной сексуальности Мэрилин Монро можно судить по многочисленным, чаще грустным, свидетельствам.

Часто снимал Мэрилин Монро фотограф «Лайф» Филипп Холсмен. Много лет спустя он скажет: «Когда она встречала мужчину, которого не знала, то чувствовала себя уверенной и защищенной только тогда, когда понимала, что желанна для него; поэтому все в ее жизни было направлено на то, чтобы спровоцировать это чувство. Я помню, как сам пережил нечто подобное в отношениях с Мэрилин».

В 1954 году Норма Джин утверждала, что до шестнадцати лет и замужества с Джимом Дагерти гнала от себя мальчишек. И Дагерти всегда утверждал, что их совместную жизнь она начала, ничего, ровным счетом ничего не зная о сексе. Но не прошло и двух лет, как она рассказала Эми Грин, своей близкой подруге, что впервые переспала с мальчиком, когда училась в старших классах.

Потом Мэрилин будет говорить, что первый опыт общения с мужчиной в лице ее первого мужа усилил ее равнодушие к сексу. Но вот что вспоминал в связи с этом сам Дагерти: «Норма Джин любила заниматься сексом. С этим у нас никаких затруднений никогда не возникало».

Мужчины, вошедшие в жизнь Мэрилин вслед за Дагерти, говорили совершенно иное. По их словам, она принадлежала к числу женщин, не испытывающих удовлетворения в сексе. Возможно, это было связано с ее озабоченностью по поводу своей неспособности к деторождению.

Оглядываясь назад в возрасте двадцати восьми лет, Норма Джин говорила о своем муже: «Он никогда не обижал и не огорчал меня. У нас был только один пункт разногласий. Он хотел ребенка. Но при мысли о ребенке у меня волосы вставали дыбом. Я могла его представить только в виде себя самой, еще одной Нормы Джин в сиротском доме. Я не могла объяснить этого Джиму. Когда он засыпал, я оставалась лежать без сна и плакала. Я даже не скажу точно, кто плакал во мне, то ли миссис Дагерти, то ли неродившееся дитя».

Версия Джима Дагерти и на этот раз отличается от версии его бывшей жены. Он утверждает, что Норма Джин говорила о своем желании иметь ребенка почти сразу после свадьбы, и именно он отговорил ее. Бывший супруг даже рассказал забавную историю о том, как Норма Джин экспериментировала с новеньким противозачаточным колпачком, купленным ею по его настоянию. Вставить она его вставила, но вытащить не смогла, и ей пришлось звать мужа на помощь.

Норма Джин, ухаживая за племянниками Дагерти, быстро убедила всех, что находит общий язык с детьми. Причем игра с малышами, похоже, доставляла ей истинное удовольствие. Когда Дагерти стал моряком торгового флота, по его словам, жена места себе не находила, «все время умоляла меня сделать ее беременной, чтобы у нее осталась от меня какая-то частица, если что случится». По прошествии многих лет, став Мэрилин, Норма Джин признается, что всегда мечтала иметь детей от своего первого мужа.

Однако за время их четырехлетнего супружества обстоятельства изменились. В последние месяцы их совместной жизни уже Дагерти уговаривал Норму Джин завести детей. На этот раз отказалась она, заявив, что боится испортить фигуру.

Мэрилин Монро умерла, по всей вероятности, бездетной. Хотя в 1979 году в книге, написанной Леной Пепитоне, есть утверждение, что Норма Джин все же родила. Существует еще несколько свидетельств о том, что Мэрилин сама говорила о рожденном ею ребенке.

По воспоминаниям Пепитоне, Мэрилин рассказала ей историю о том, как один человек ее домогался, она уступила ему и забеременела. На протяжении нескольких месяцев Мэрилин скрывала это от своих опекунов. Когда она все же сказала о своей беременности, врачи взяли девочку под наблюдение, и ребенок родился в больнице. Пепитоне цитирует Мэрилин: «У меня есть ребенок… мой ребенок Это был маленький мальчик Я сжимала его в своих объятиях и целовала. Мне все время хотелось прикасаться к нему. Я умоляла: «Не забирайте моего малыша…» Но его забрали у меня… с тех пор я его больше не видела».