Звезда Сарханов
Шрифт:
послушания, говорил о том, как ценна каждая из нас и еще о каких-то, только на
его взгляд великих идеях и миссиях, в которых почему-то активное участие должны
были принимать мы. Когда синий закончил свою пламенную речь, вдоль прохода
выстроились псевдоэльфы в своих поросячьих костюмчиках, образуя живой коридор,
через который предстояло нам пройти.
У выхода из здания находились квадратные, резные, невысокие, металлические
помосты, украшенные потрясающими цветами. Дамы по одной поднимались на них и
принимали изысканные позы, замирая красивыми эффектными куклами. Когда мы
поднялись на этого декорированного монстра, спросила у девчонок, зачем это.
– Катия, мы крррррасавицы. На нас все будут смотррреть и восхищаться.
Прррровезут по улицам горррода. Это тррррадиция и почет, - поведала мне Муррия с
таким видом, будто нас сейчас не на продажу повезут, а будут Оскара вручать за
лучшую главную роль.
Как только последняя женщина расположилась на платформах, они слегка вздрогнули,
оторвались на полметра от поверхности и плавно поплыли по улицам города.
Вдоль улиц выстроились толпы мужчин. Они вопили, что-то выкрикивали,
комментировали женщин. Многие взгляды были прикованы ко мне. Я стояла в центре,
почти скрытая телами других, празднично разодетых женщин, но было ужасно
неприятное чувство, словно тебя раздевают и пачкают. А соседкам по платформе
напротив, такое внимание нравилось. Многие улыбались, строили глазки и даже
махали рукой.
Спустя час этой унизительной процедуры, разукрашенная процессия вырулила на
огромную площадь и замерла перед гигантским зданием из странного желтого камня,
по виду очень старого, но крытого прозрачным куполом, вполне современного вида.
Все пустое пространство занимали мужчины, эльфы в униформе едва сдерживали их,
образуя живой коридор от платформ до входа в здание.
– Дворец Приобретений, - шепнула мне Йумма.
Снова вышел синий мужик, что-то говорил опять о чести, праве, везении, и
наконец-то нас пригласили войти внутрь. Все женщины, как по команде нажали на
кольца облика и во дворец колонной по двое вошла процессия землянок.
– Зачем это? – шептала я земной блондинке Йумме, шагающей со мной рядом.
– Традиция! Когда сарханов не стало, меняли облик, чтобы показать драконам, что
другие девушки не хуже. В зале его все снимут, - тихо пояснила мне она.
– Ерунда какая-то, - пробормотала, уже поднимаясь по ступеням.
Зайдя в холл здания, просто застыла от открывшейся мне красоты. Огромные,
стремящиеся в высь колонны, сделанные из полупрозрачного целостного желтого
камня, словно величественные великаны поддерживали сводчатый потолок,
расписанный великолепными фресками. Люди, звери, птицы, цветы, природа: все
нарисовано с таким мастерством, что казалось вот-вот и картинка оживет, все
придет в движение, наполнится какофонией звуков. Огромные настенные панно также
отображали сцены жизни, любви, сражений. Чувствовалась рука великих мастеров,
когда-то все это создавших. Прислушалась к себе. Почему меня ничего не удивило в
этом холле так явно, как многое на этой планете? Да потому, что с потолка и стен
на меня смотрели вполне привычные земные образы. Люди. Разве что их лица
выглядели более одухотворенными, чем у моих современников. Природа также была
родной и такой знакомой. По голубому небу клубились белоснежные облака. Зеленые
холмы, засеянные поля, синий изгиб реки вдалеке, даже многие животные были мне
знакомы. Вот женщина со стены справа от меня, одетая, в похожую на древне
римскую, тогу, явно держала в руках кошку, обычную земную кошку. Рыжий,
полосатый зверь прикрыл от наслаждения глаза и тянулся за гладящей его рукой. На
другой картине прекрасный юноша осторожно дотрагивался до руки смеющейся,
рыжеволосой девушки и смотрел на нее с трогательной нежностью.
Но вдруг мое внимание привлекло еще одно изображение, оно висело в тени и было
мало заметно с того места, где мы стояли. На картине раскинулся фантастический
по земным меркам сюжет. Что-то мне подсказывало, эти события когда-то
происходили. Платформа, похожая на наш недавний транспорт, висела прямо в
космосе, недалеко от какой-то планеты, чей сектор виднелся в нижнем углу. На ней
стояли плечом к плечу семь мужчин. Их мускулистые тела обтягивали белые
комбинезоны с широкими поясами. Мужественные лица, широкие плечи, гордая осанка
– все приковывало взгляд. Они синхронно вскинули руки и удерживали слабо
светящееся поле, за которым висело несколько десятков вражеских кораблей. Многие
аппараты горели, некоторые разворачивались, в спешной попытке к бегству.
– Кто это? – спросила у Йуммы.
– Это драконы. Они предотвратили войну, которая 50 тысяч лет назад могла
погубить в нашей Вселенной все живое.
– А это их женщины? – указала на другие картины.
– Это сарханки.
Вереница женщин, в которой были и мы с подругами, медленно двигаясь под
пристальными и восхищенными взглядами встреченных на пути мужчин, свернула
вправо. Не дойдя до центрального входа, мы прошли извилистым коридором и попали
в огромный зал, уставленный мягкими диванами и удобными креслами, причудливых
форм. Узкие, высокие окна пропускали вечерний сиреневый свет. Во всю стену
развернулся огромный голографический экран, транслировавший сейчас изображение
помещения, напоминающего амфитеатр. В его центре, находилось круглое возвышение,
более всего схожее со сценой или же с подиумом. Вокруг, на сколько хватало глаз,
от поверхности вверх уходили бесчисленные ряды своеобразных кабинок, в которых