Чтение онлайн

Её утверждения, что причиной всего являлось желание отца выдать её замуж, всё меньше становились для меня надуманными. Я встала из-за стола, собираясь уйти. Лорд Куинси подавился на середине гневливой фразы и небрежно махнул салфеткой, мол, проваливай с глаз моих долой. Я хмыкнула, намекнув тем самым, что в его разрешениях не нуждаюсь. Розалина внимательно смотрела за тем, как я быстро иду к двери, сжимая в руках салфетку. Интересно, какие мысли бродят в её голове?

***

Когда эта маленькая рыжеволосая сволочь ушла из столовой, Розалина больше не могла придерживаться правил приличия и процедила, вставая из-за стола:

– Очень жаль, что строгие правила жизни в конвенте не смогли повлиять на характер твоей старшей дочери, твоей наследницы! Не зря я в своё время отказалась жить в одном доме с этой девочкой после того, как её мать умерла, и ты женился на мне – с горечью произнесла она, наклонившись к уху супруга.

Она знала, что Куинси не выносит, когда она ведёт себя подобным образом, так что сегодня тоже непременно к вечеру наберётся портера. Розалина была второй женой лорда Деймора и отлично понимала, что большая часть денег, недвижимости и прочего, достанется этой противной Елене. Не её детям.

Леди Деймор задумчиво смотрела в окно в своих покоях.

– Леди? – её горничная тихо подошла сзади и молча дожидалась распоряжений леди Розалины. Девушка отлично знала, что существуют моменты, когда хозяйку не стоит волновать.

– Елена ведёт себя соответствующе леди? – спросила Розалина.

– Да, конечно… - начала, было, горничная.

«Это ненадолго!» - мстительно подумала Розалина.

– Хорошо, проследи за тем, чтобы графин с портером в кабинете лорда Куинси был полон!

Глава 9

Я была в саду, приводила свои мысли в порядок. Не то, чтобы встреча с дорогими родственниками меня очень задела, в конце концов, я не предполагала, что мы будем целоваться с ними в дёсны, но… что-то мне подсказывало, что надолго я в этом доме не задержусь, так что совершенно напрасно Оливия возилась с моими платьями, пытаясь придать им пристойный вид.

Я с сожалением улыбнулась, думая о своих сестрёнках. Как ни пыталась Розалия, но ей не удалось вырастить из них своё подобие. Я медленно брела по дорожкам сада, когда услышала впереди пыхтение и натужное хеканье. Поэтому, когда я повернула туда, то порядком удивилась. Да, пожалуй, площадка для игры в мяч больше не может использоваться по назначению.

А всё дело в том, что ребята, которые приехали со мной, полагали, что как-то скучно живём, и Ричард решил, (прямо, как советский прапорщик) чем бы солдат ни занимался, лишь бы… устал. А посему я увидела вместо никому особо-то не нужной площадки для игры в мяч несколько траншей с препятствиями и спортивные снаряды. Я смогла узнать только «козла» и турник. Зачем повесили здоровое бревно и вырыли под ним траншею с грязью, было загадкой.

Заметив, что я подошла, Ричард поспешил накинуть на себя рубашку и приблизиться. Я хотела было сказать, что ради меня одеваться совсем необязательно, но вовремя решила заткнуться. Во-первых, суровый мужчина такой вольности мог бы просто не понять, а во-вторых, девица, завидев наполовину обнажённого мужчину, вообще должна была бежать без оглядки… хотя, посмотреть там было на что… невольно, я вспомнила «бывшего» супруга, его небольшой пивной животик и снова украдкой скосила глаза на торс Ричарда, к сожалению, не успела посчитать кубики пресса… и светлую полоску шрама на боку…

Так, что он мне говорит? Да, конечно! Интересно, с чем я сейчас согласилась? Я неловко улыбнулась и попросила повторить свой вопрос. По лицу охранника я не смогла прочесть мнение обо мне, он просто ещё раз сказал:

– Если я всё правильно понял значение неких флюидов, которые витают в воздухе этого дома, то совсем скоро нам придётся искать другого работодателя? – в спокойных светлых глазах Ричарда не было раздражения.

– Думаю, что мы тут ненадолго – я тоже была готова стартануть, но двусмысленность положения напрягала до чрезвычайности.

Я извинилась, что нарушила ход тренировки, и побрела прочь. Думаю, что Ричард только что высказал вслух то, до чего я должна была додуматься раньше, а не осторожничать, собирая информацию по капле. А именно – что я должна была получить информацию из первых рук, просто спросить всё, что меня интересует, у самого папаши.

И стоит с этим поторопиться, поскольку к вечеру он может нализаться база или чего тут он употребляет… и будет малоинформативен…

Неизвестно почему, но я весело рассмеялась. Кажется, что меня понемногу отпускает! Да и что он может мне сделать? Я уточнила у охранников, когда ехала сюда – я совершеннолетняя, так что распоряжаться мной, как вещью, у папеньки не выйдет, да и не Средние Века, в конце-то концов, живём. Конечно, в случае совсем уж неадекватного напряжения, я могу покинуть папенькин дом и отправиться в поисках счастья. Потом вспомнила, как торговала морковкой на рынке в Майдене и решила, что этот вариант мы оставим на самый крайний случай. Быть крестьянкой мне не то, что бы «западло», но хотелось бы избежать такого варианта событий.

Так, за размышлениями, я тихо брела по тропинке, улыбаясь своим мыслям. Когда услышала, что кто-то зовёт меня по имени. Возле ворот стояла пожилая женщина и махала мне рукой. Вот как? Какая-то знакомая? Ещё одной родственницы беспутной Елены я уже не вынесу. Но я всё равно подошла к кованой решётке, возле которой и стояла женщина.

– Елена, девочка моя! – из глаз пожилой женщины текли самые настоящие слёзы, она протягивала ко мне руки.

– Простите? – мне очень хотелось что-то сказать ей, было очень неудобно…

– Конечно, я, как тебя увидела, сразу узнала! Ты же ведь вылитая маменька, только волос отцовский – женщина утёрла слёзы и продолжила – Я тётушка Алисия, в няньках была у матушки твоей, у леди Сесилии, а потом и тебя, крошку, нянчила. Это уже потом, когда девочка моя умерла от простуды, а лорд Куинси спутался с этой Розой, так я и не нужная стала. Только слышала я, что новая-то супруга против тебя была, вот и отправили тебя с глаз подальше.

Женщина стояла, цепляясь руками за решётку, и торопливо говорила, наверное, боялась, что я её прогоню. Но у меня и в мыслях такого не было.

– Тётушка Алисия, вы должны зайти, у меня есть, что у вас спросить.

Старая нянька высморкалась в подол фартука и деловито сообщила:

– Конечно, птичка моя! Тут калитка есть в ограде, так она может быть открыта об эту пору. Через неё продукты доставляются и прислуга ходит по своим надобностям.

Я кивнула. Действительно, очень разумно. Старая нянюшка осторожно внедрилась в сад, огляделась по сторонам с одобрением, мол, красиво тут, уселась на лавочку и принялась рассказывать о том, чего я знать не могла. Оказывается, что финансовое положение лорда Куинси очень сильно выправилось после женитьбе на моей матери. А после смерти Сесилии горевал и правда, не слишком-то долго. Точнее говоря, не совсем так – едва выждал приличествующее трауру время, прежде чем жениться на Розалине, правда, тётушка называла её «Розой», очевидно, что-то личное…

Впрочем, я едва не прослушала, что я-то, оказывается, считаюсь богатой невестой. Если честно, то я старалась быть объективной – мало ли, какие суммы в понимании старой няньки могли показаться астрономическими суммами…

Но на ус исправно мотала. Если я что-то понимаю об этой жизни, то семья папаши живёт на широкую ногу. Я, конечно, могу многого не замечать, но оттого, как я поведу себя сейчас, может зависеть моё будущее. Во всяком случае, я узнала, что у родителей покойной Сесилии она была единственным ребёнком, так что их финансы достались ей по наследству. Я понимающе кивнула – это практикуется во многих странах, да и мирах, похоже… Так вот, я понимающе кивала – Сесилия могла распоряжаться своим имуществом по собственному усмотрению, и никто не имел права запретить ей это. Что же, вполне разумно.