Чтение онлайн

"Какой умный мужик!
– оценил маневр Ацилия префект.
– Тут он прав! Не следует лишний раз расстраивать Ливию".

Квинт подхватил растерянного авгура под локоток и быстренько уволок из каюты, пока тот на радостях не поженил патриция и плебейку окончательно. Гнею Помпилию еще предстояло растрезвонить новость по всей биреме, а это требовало сил и сосредоточенности.

Едва за свидетелями спонсалий закрылась дверь, Кассия начала яростно ерзать в своей одежде, пытаясь распутать столу. Ей было жарко и душно, но больше всего бесило чувство притаившегося неведомого подвоха, который сулил новый статус. Подробностей Кассия знать не могла, но чуяла, нюхом чуяла, точно её виртуальный лис - мышиный запах из-под снега, что с этой вакансией не всё так просто, как кажется.

– Уверен, тебе совершенно необязательно так нервничать, дорогая, - мурлыкнул довольный Ацилий и ловким движением освободил Кассию от непривычных одежд, не упустив возможности заодно и приласкать возмущенно пыхтящую невесту. На его придирчивый взгляд, дестината во время церемонии вела себя безупречно и заслуживала всяческих похвал и поощрений: - Возможно, тебе теперь хочется посетить спортзал? Или провести время в вирт-поле? Ты вольна заниматься всем, что только взбредет тебе в голову, дорогая, в разумных пределах, конечно. Только вынужден напомнить, что теперь от тебя потребуется соблюдать определенные правила поведения.

Хмурая Кассия надоедливые тряпки отшвырнула подальше, но затем, немного подобрев от нежностей Гая, решила, что не так уж и плохо всё складывается, надо лишь обрисовать для себя круг первоочередных задач.

– Ты бы мне инструкцию дал. Чтобы я ненароком твои "определенные правила поведения" не нарушила.

Среди манипулариев на "Фортуне" тоже частенько заключался конкубинат, но правила в нем были неписанные. Что-то типа "С чужими партнерами не мути" и "Меньше верти жопой". Инструктор по психологической подготовке регулярно читал лекции о контроле собственнических чувств, с которыми бороться бесполезно, но крайне необходимо оные держать в узде. У патрициев, небось, тоже с чувством собственности полный комплект.

– Я непременно озабочусь этим вопросом, Кассия, - пообещал Ацилий.
– И составлю для тебя подробную инструкцию... или поручу это сделать профессионалу... А пока... Думаю, будет неуместно, если ты, скажем, начнешь оказывать знаки внимания кому-то, с кем все равно не сможешь вступить в интимную связь. Потому что, дорогая, теперь у меня в отношении тебя не просто приоритет, а исключительное право. Да!
– спохватился он, осознав, что чуть не забыл самое главное: - И еще леденцы. Я попрошу тебя употреблять это лакомство исключительно в каюте. Договорились? На досуге поройся в корабельной базе данных или обратись за советом к Квинту Марцию. Я уверен, что общие сведения о правилах поведения ты сможешь почерпнуть самостоятельно из соответствующей литературы или вирт-симуляций. Ты же у меня такая умница.

От этих слов Кассия прямо расцвела вся. Куда только делись все подозрения. Она любила определенность и точность формулировок, избавлявших простого исполнителя приказов от необходимости мучительно размышлять над правильностью или ошибочностью своих возможных поступков.

"Исключительное право на секс - это понятно. Тут никто и не спорит, - рассуждала она.
– На то мы с тобой, Гай Ацилий, и официальные партнеры, чтобы спать только друг с другом. А леденцы, что в каюте, что в столовой одинаково вкусные. И уж наверняка в базе корабельного вирт-поля сыщется материал про жизнь патрициев и патрицианок в их естественной среде обитания".

– А заодно у тебя есть уникальная возможность полностью изучить корабль, - добавил Курион, занимая место за столом и активируя вирт-консоль.
– Если возникнут вопросы, скажешь, что я попросил тебя это сделать. А я сообщу Квинту Марцию, чтобы он дал тебе доступ всюду, куда сочтет возможным.

"О! Вот и первое задание!
– возликовала манипулария, по-своему переведя умные патрицианские намеки.
– Вынюхать, чем тут, на "Аквиле", народ дышит - это правильно". И тут же полюбопытствовала:

– А ты чем займешься?

– О, моя дорогая, - вздохнул патриций, поигрывая световым пером и не скрывая нетерпения. Он и сам не подозревал, насколько истосковался по умственному труду.
– Я займусь нудной, но жизненно важной работой - составлю списки моих вероятных сторонников, перечень мест, куда мы могли бы отправиться, и набросаю хотя бы примерный план действий, чтобы мне было, что показать префекту на ближайшем совещании и наварху, когда она вернется из медотсека.

Кассия отлично знала, как стремительно расходятся по кораблю новости. Что на квинквиреме, что на биреме, не проходит и получаса, чтобы о происшествии не узнал самый последний техник-ассенизатор. Но Гней Помпилий побил все рекорды. За двадцать минут успел раструбить о помолвке по всей эскадре. При появлении Кассии в корабельном спортзале воцарилась тишина, нарушаемая только тихим шорохом беговых дорожек. Аквилины взирали на патрициеву невесту, как на двухголового монстра. Манипулария, ставшая лигарией - полбеды, но плебейка, вошедшая в патрицианскую фамилию не через усыновление, а через партнерство - это что-то невероятное.

Общее внимание она выдержала ровно три минуты, а потом вспомнила, что еще совсем недавно служила на флагмане флота метрополии и не без причин считалась храбрым солдатом. Девушка демонстративно остановила тренажер и развернулась к собравшимся.

– И что такого случилось-то, а?
– спросила она с нескрываемым вызовом.
– Только и делов, что мой напарник - Гай Ацилий Курион - оказался человеком чести. Обещал право соглаша... согласи... согласовательного слова - и дал, обещал ввести в семью - сделал. Разве это плохо? Так и знайте, квириты, как Гай Ацилий скажет, так и будет. И я тому живой пример. Так-то!

Никогда не имевшая опыта публичных речей, Фортуната вдруг почувствовала вкус к риторике. Конечно, так гладко вещать, как это делал Ацилий, она бы все равно не смогла, но как говорится, главное - ввязаться в бой, а там всё само получится.

– Ты нас за своего патриция не агитируй. Можно подумать, нас кто-то спрашивает, за кого мы хотим сражаться, - усмехнулся тот самый голубоглазый десятник Публий Меммий - полный тезка покойного Публия Фортуната, который недавно подбивал клинья к лигарии.
– Как наварх с префектом решат. А мы с "Аквилой" одно целое.

– Так и нечего на меня пялиться, словно данаец на женщину!
– рявкнула новоиспеченная невеста и вернулась к своей пробежке. Щеки её пылали, а в груди отчаянно колотилось сердце, но прятаться за спиной Ацилия Кассия не собиралась. Она не совершила ничего плохого, выбрав из всех возможных мужчин - напарника-патриция!

Заодно стало понятно, что пути обратно нет и не будет. А, значит, надо идти дальше.

Луций крался по коридору, как тень. Так ему хотелось думать. Все надежды остаться незамеченным контубернал возлагал на поздний час и экономичное освещение. Вряд ли кому-то приспичит шататься по вспомогательным помещениям, но тишину лучше не нарушать ни единым звуком. Кто знает, вдруг бдительный Квинт Марций приказал понаставить детекторов?

– Тс-с-ш-ш...

– Тихо ты!
– шепотом взмолился Луций, прижимая к себе заинтригованного Фиделиса.
– И так уже никаких сил нет...

Чистая правда! Дорога к стыковочному шлюзу была темна, аррианский сцинк - тяжел и когтист, а намерения контубернала, с точки зрения его начальства, предосудительны.

Но долго ждать, пока створки шлюза бесшумно разойдутся, не пришлось.

– Где можно столько ходить? Тебя только за смертью посылать, - проворчал выскочивший навстречу Флавий.