Чтение онлайн

— Потом оказалось, что я не совсем верно понял сообщение компьютера. Если бы меня занесло за тридевять галактик, он бы просто заявил, что нет ориентиров для определения местонахождения... Но ориентиры-то были! Всё дело в том, как определяются координаты. Компьютер «хватает» десять самых ярких звёзд и в первом грубом приближении отмечает все места на карте Галактики, где хоть четыре из них расположены подобным образом — ведь даже на самых детальных картах обозначены далеко не все звёзды. Затем идёт второе приближение, производится перерасчёт с учётом расстояния на видимое, а не действительное расположение звёзд, карты накладываются на панораму звёздного неба, опять перерасчёт — и так далее. Обычно требуется десять-пятнадцать шагов, но иногда приходится начинать с самого начала — если компьютер неудачно выбирает ориентиры. В моём случае компьютер считал по новому раз семь или восемь, и всякий раз получалось одно и то же. Сектор определялся однозначно, далёкие звёзды накладывались друг на друга идеально, а вот с ближайшими творилось чёрт-те что — никак не удавалось совместить их видимое изображение с картографическим.

— Оно и понятно, — заметил я. — Чем дальше звёзды, тем меньший угол смещения. Таким образом, компьютер приблизительно знал местоположение челнока, но точно определить не мог.

— Вот именно, — кивнул Бельфор. — Боюсь, я был недалёк от того, чтобы сойти с ума — как тот географ древности, который не смог отыскать на карте Земли Берингов пролив. В конце концов я совсем обалдел и включил блок эвристического анализа. В качестве наиболее вероятного допущения, компьютер предположил, что челнок провёл в режиме овердрайва длительное время и, таким образом, звёзды изменили своё расположение. Произведя необходимые расчёты, он выдал результат — тысяча двести лет — правда, с невысокой точностью, почти пять процентов, и со знаком минус!

— То есть получалось, что вы вернулись в прошлое.

— То-то и оно. Я, конечно, не поверил... А потом поверил — когда увидел Землю. Я был в таком шоковом состоянии, что совершил непростительную ошибку и сразу пошёл на снижение. Сначала нужно было наладить связь с наземными службами, но я как-то не сообразил. А когда меня атаковали, было уже поздно, счёт шёл на секунды.

— Как скоро вы поняли, что попали в иной мир?

— Довольно быстро. Гораздо раньше, чем мои тюремщики. Когда они убедились, что у меня нет ни рог, ни копыт, и что я сносно разговариваю по-английски, то пришли к выводу, что я прибыл из будущего.

— И первым делом пожелали узнать, что готовит им день грядущий?

Бельфор утвердительно кивнул:

— Так оно и было. Меня засыпали кучей вопросов, и мои ответы повергли учёных мужей в недоумение. Одни считали, что я вожу их за нос, другие — что я просто невежда. Но я не невежда. Я образованный землянин и хорошо знаю историю родной планеты с древних времён. Британская Империя у нас начала распадаться в конце восемнадцатого века, с образованием США, а окончательно рухнула в двадцатом, после Второй мировой войны. У нас никогда не было Священной Славянской Империи, а была только Российская, и Киев никогда не был её столицей... Впрочем, многие русские убеждены, что когда-то он был их столицей — в домонгольский период, но Киевская Русь и Россия отнюдь не одно и то же. Вот здесь-то наши миры и разошлись в своём развитии. У нас Киев пал, у вас же князь Данила отстоял его и защитил Русь от татаро-монгольского нашествия, а двести лет спустя Юрий Великий положил начало образованию Славянской Империи. В моём мире славяне — это не единый народ, а группа родственных наций, как, скажем, в вашем — германцы. К примеру, саксонцы и баварцы у нас одной национальности — немцы... Наверное, для вас это звучит дико?

— Почему же, — сказал я. — Наоборот, всё логично. Существование мощного славянского государства помешало немцам объединиться. Так уж получилось, так распорядилась история. C’est la vie, c’est l’histoire 6 .

Бельфор уставился на меня круглыми от изумления глазами. Он молчал чуть ли не минуту, затем потрясённо проговорил:

— Чтоб я сдох!.. Ещё раньше вы сказали: «je ne parle pas francais»... Но ведь в вашем... здесь нет Франции и французского языка, здесь есть Галлия и галльский язык!..

Я улыбнулся ему:

— Правду сказать, я был разочарован вашей реакцией.

— Тогда я ещё не проснулся... Чёрт возьми, кто вы такой?!

— Я Эрик Пендрагон, — ответил я. — Колдун из Царства Света.

Лифт замедлил ход и остановился. Фиксаторы закрепили его положение. Однако дверь не открывалась.

— Они заклинили дверь! — воскликнул Бельфор. — Стягивают силы.

Я покачал головой:

— Нет, это я заклинил дверь.

— Но зачем?

— Сейчас увидите. — И я мысленно скомандовал Ладиславу: «Начинай!»

Пронзительно взвыла сирена. Бельфор подпрыгнул, как ужаленный.

— Всё нормально, — успокоил я его. — Это входит в наши планы. Сработала система аварийного предупреждения. Сейчас все шахты лифтов перекрываются бетонными плитами, чтобы от взрыва сектора не пострадали другие объекты. В частности, мы с вами.

— П-предусмотрительно! — пробормотал Бельфор.

Пол под нами вздрогнул. Я был начеку, готовый спасти хотя бы тех людей, которые находились со мной в лифте. К счастью, бетон выдержал, огненное море не вырвалось наружу. «Готово, — сообщил мне Ладислав. — Я уже дома».

Тогда я взял Бельфора за руку и шагнул в Туннель. А спустя пару секунд мы оказались в полутёмной гостиной квартиры Ладислава.

Бельфор отпрянул от меня, огляделся вокруг, протёр глаза и опять огляделся.

— К-как у в-вас п-пол-луч-чил-лось? — он заикался скорее не от испуга, а от слишком напряжённой работы мысли.

— А вы поверите, если я скажу, что у меня в кармане телепортёр?

Подумав немного, Бельфор решительно покачал головой:

— Не поверю.

— Почему?

— Теперь я верю в то, что вы сказали раньше. Вы — колдун из Царства Света!

В полпятого по местному времени пассажирский автокар с эмблемой дамогранского космопорта остановился возле серебристого красавца, гордо распростёршего крылья над взлётной полосой. Сопровождавший меня служащий, судя по манерам — отставной офицер флота, не скрывал своего восхищения.

— Замечательная у вас машина, кэп. Это, скорее, не челнок, а небольшая яхта.

— Челнок и есть маленькая яхта, — заметил я, выбираясь из автокара. — Впрочем, снаружи он кажется больше из-за особенностей конструкции.

Вышедший вслед за мной служащий согласно кивнул:

— С точки зрения занимаемого места действительно неэкономно. Зато как смотрится — глаз не отвести! И аэродинамические характеристики у него, должно быть, отменные.

— По высшему разряду.

— Вы любите летать в атмосфере?

— Да. В этом есть своя прелесть. Конечно, ничто не может сравниться с овердрайвом, но иногда неплохо промчаться на огромной скорости над самой землёй, едва не задевая брюхом макушки деревьев. Это приятно щекочет нервы.

— Роскошь... — тоскливо вздохнул бывший астронавт. — Ну что ж, командор, вот вы и на месте. Попутных вам ветров на звёздной дороге.

— Спасибо, — просто сказал я. Ответить ему, как «наземнику», я не решился — ещё обидится; а встречное пожелание одолеть все бури на своём пути могло быть воспринято отставным офицером, как насмешка.

Служащий вернулся в автокар, ещё раз смерил взглядом мой челнок и направился к маячившему вдалеке громадному зданию астровокзала.

Где-то с минуту я смотрел ему вслед, затем поднялся по трапу и вошёл в тамбур. Наглухо задраив за собой люк, я крикнул: