Чтение онлайн

Что ж, это были хорошие Руны.

Оба Развития он вложил в Волю, открывая первые звезды Контроля и Подчинения. Оба этих серебряных Атрибута были важны для его пути, являясь краеугольными камнями власти над собой — и власти над людьми. И дремлющие Навыки, словно отзываясь, проснулись — Закрытый Разум и Аура Подчинения.

Разум был его старым щитом, а Аура — тем, тень чего всегда чувствовали в нем разумные. И эти звезды придали ему больше сил, чем телесная Мощь и Совершенство…

С серебряным Усилением имелось несколько вариантов. Самым заманчивым казалась Руна Заклинательницы Духов — но если с искусственными Существами, созданными в Преобразователях из Звездной Крови, было все более-менее ясно, то Усиление живого Восходящего, превращенного в Руну-Существо, могло вызвать непредсказуемые последствия. О них должна быть хорошо осведомлена Азимандия, наверняка проводившая такие эксперименты — и он решил для начала расспросить ее.

Вторым вариантом был Белый Крылан — Усиление могло с равными шансами ускорить его, придать боевые свойства, или, наоборот, увеличить защитные. Но кардинально оно бы ничего не поменяло — так же как Усиление Громового Шторма, которое в нынешней ситуации оказалось бы просто чрезмерным. Руны Усиления можно было купить у Наблюдателя, поэтому Белый Дьявол вложил его в жизненно важное именно сейчас — ту Руну-Умение, что должна была вернуть ему руку.

Животворный Рост

Руна-Умение

Качество: серебро

Активация: 12 капель Звездной Крови

Усиление: Руна Усиления

Умение мгновенно заживлять поверхностные раны, быстро — глубокие ранения и в течение нескольких суток выращивать потерянные части тела или внутренние органы.

Время действия: 144 минуты

Время перезарядки: 1 древодень

Это Умение было предметом его охоты с момента получения однорукого тела. Она соткалась из телесного восстановления локи, который отращивал потерянные конечности быстрее, чем их его лишали — так же он, конечно, не сможет, однако Руна разбудит в теле древнюю живительную силу, которая не только вернет ему пальцы. Теперь нанесенные раны, даже глубокие, будут быстро исцеляться и больше не страшны отсеченные конечности. А если он сможет превратить эту Руну в серебряный Навык, а потом развить ее до золота — тело станет почти неуязвимым, и даже золотому противнику придется постараться лишить его хотя бы одной жизни…

Но для ускорения роста руки требовалось немного крови, ибо тело давно запомнило запечатанную рунным кинжалом травму. Белый Дьявол достал нож Камешка и, вытянув обрубок, сделал все необходимое. Хорошо, что Серебряная Форель не могла этого видеть — ибо его действия, а особенно безразличное выражение лица в момент, когда любой человек бы кричал, стонал или, на худой конец, морщился, пытаясь вытерпеть жуткую боль, могли напугать гораздо больше, чем жалкие метаморфозы локи. Осколок Единого тоже ощущал боль, ибо дух сросся с телесным сосудом, но он относился к ней совсем иначе — как к тревожному сигналу рога, возвещающего, что с организмом не все в порядке. Как можно быть рабом сигнала рога? Его нужно услышать — и действовать по обстановке, сохраняя холодный рассудок. Не обращая внимания на кровь, он освободил плоть и вновь вскрыл ущербный эо, а потом использовал Животворный Рост.

Кровоточащий обрубок зарубцевался почти мгновенно. А потом начались сущие чудеса — свежая розовая кожа зачесалась, набухая сгустками новой, растущей, пока еще бесформенной плоти. Некоторое время он наблюдал, как растут новые ткани, а внутри них формируются кости, нервные окончания и сосуды — процесс, подобный тому, что происходит во чреве матери с ребенком, только ускоренный в сотни раз. Одного применения этой Руны могло не хватить, несмотря на его высокую Стихийность — но Белый Дьявол надеялся, что уже через несколько дней у него будет новая рука.

Еще имелась Руна Призрачных Фантомов. Серебряное Заклинание, позволяющее создавать призрачных двойников. Подобное имел Сигурд — Руну Астральных Фантомов, но это Заклинание было лучше, потому что копиям можно было придавать не только свой облик. Неплохое дополнение для новой серебряной связки… но к ней требовалась вторая половина.

Тем временем Серебряная Форель очнулась и застонала, осторожно ощупывая голову, и он обмотал растущую плоть руки куском ткани, ибо зрелище было не слишком приятным.

Наконец увидела его — сидящего в нескольких шагах, с обмотанной рукой и окровавленным кинжалом, с которого еще капала кровь. Вздрогнула, судорожно вздохнула — но не сделала даже малейшей попытки сбежать, открыть Скрижаль или оказать еще какое-нибудь сопротивление. Восходящая знала, что этим лишь подпишет себе смертный приговор. И понимала, что если он не убил ее сразу — значит, не убьет и потом. По крайней мере — сейчас.

Глупая бронзовая рыба…

— Подобный Пламени… — наконец хрипло произнесла она. — Рыба не хотела ничего…

— Кроме серебра, не принадлежащего жадной рыбе.

— Как… ты понял? — она осознала, что ложь не поможет, и нервно облизнула губы.

Он усмехнулся, взглянув ей в глаза, и Форель снова вздрогнула. Ее видели насквозь, с самого начала и до конца, и то, что они странствовали вместе и прошлой ночью делили ложе — не значило ничего. Другой мужчина, даже сильный Восходящий, уже доверился бы ей, но у этого — имелись глаза даже на спине, и он знал, что случится в следующий миг.

— Я многое понимаю лучше других.

— Ты не человек Народа Земли, — прошептала она. — Ты подобен демону, которые владели запретными руинами и забирали чужие тела… Я видела… как ты ходишь, как убиваешь, как бросаешь Руны… Мрак-Подобный-Пламени никогда бы… потому ты и очистил его имя?

— Я не человек, — согласился он.

Дрожь пробежала по телу Восходящей, когда она поняла, что Один из Тысячи вовсе не шутит.

— Да, блеск серебра затмил глупой рыбе разум. Я… захотела забрать его и вернуться в Мертвую Рыбу с серебряной чешуей, — она снова нервно облизнула губы. — Но ты не убил рыбу сразу…

— За это ты должна благодарить человека Земли, которого дважды хотела сделать трэлем, — медленно ответил Белый Дьявол.

— Что? Почему…

— Замолчи. Я решаю твою судьбу…

Несколько секунд он и правда думал, как с ней поступить. Серебряная Форель помогла ему в пути и отважно нырнула в озеро, но, оставаясь с ним на охоту и деля с ним ложе, она обдумывала удар в спину. Ибо тот, кто вернется с серебром, расскажет всю правду, заберет всю Славу, и уже через цикл никто не вспомнит о чужаке-изгое, чьи кости останутся гнить на дне… К этому не был причастен ее рикс и ее Народ, иначе они дали бы ей другое, более действенное оружие, нет — только искушение серебра и случайно попавшая в руки Восходящей Руна Черного Ползуна, которая, как она полагала, сможет сковать его…

Прежде он отплатил бы за предательство смертью и забыл ее имя. Но прежний путь был пройден до конца и окончился в Живых Цепях Вечности. Сейчас он шел новой тропой — и не годилось с самого начала пятнать дорогу будущих союзов ненужной кровью.

— Ты не получишь ни серебра, ни бронзы, но сохранишь свое: жизнь, Кровь и Руны, хотя теперь они тоже принадлежат мне, — сказал он наконец. — Твой Народ тоже не узнает о позоре своей рыбки… Но в обмен я назначу тебе виру, ты принесешь Клятву и до конца этого цикла исполнишь ее.