Чтение онлайн

Первым пришел в себя Серж.

– Бен! Это мой old Russian friend! (Это мой давнишний русский друг! Мы не виделись больше десяти лет!)

Настала очередь выразить восторг профессору Солу.

– Stunned! On this occasion to drink! (Обалдеть! По этому поводу надо выпить!)

– It"s impossible! But I have a toothache! (У меня болит зуб!) - Напряг свой английский сло?варный запас Влад.

– Это ж надо! Не зуб бы, так и не встретились! Ладно! Пойдем в кабинет. Посмотрю, чем твой зуб болеет.

Усадил Влада в кресло. Надел стерильные перчатки.

– Нет, я сейчас чокнусь от всего от этого! У меня в кресле Влад!? Давай, показывай. О, брат! Тебе его лечили... Российские ручки сразу видны! Оторвать бы их! Ладно, поможем!

– А больно не будет?

– Нет! Ты что, в России? Молчи! Сейчас я тебе рентген сделаю.

Через час Козьмичев встал с кресла стоматологического кабинета в городе Нью-Йорке. Его лечил вынырнувший из небытия бывший плотник из далекого сибирского городка Касинска Сергей Голубев. Так как времени не было, они договорились, что завтра рано утром Серж заедет за Владом. Они смогут посидеть в каком-нибудь ресторанчике и поговорить.

Все время, проведенное вместе, Серега рассказывал о своей одиссее. Оказывается, идея сбежать из Союза появилась у него спонтанно. Тогда, когда после шторма его сухогруз "Амур" стоял в японском порту .... А еще точнее - перед тем, как он с группой коллег готовился к прогулке по городку. Может быть, так ничего бы и не случилось, если бы... Если бы в чемодане, где лежала еще ни разу не надетая рубашка, он не наткнулся на выписку из зачетки, полученную тогда, когда решил бросить медицинский институт. Как и зачем она попала в чемодан, в который он собирал вещи, необходимые в плаванье, он так и не понял. Видимо, случайно. Развернул. Это была выписка за все четыре курса мединститута. Неожиданно взгрустнул. Ведь еще немного - и был бы ты, Серега, дипломированным стоматологом. И вдруг его пронзила мысль. а почему бы не продолжить? Нет! Не в Союзе! В свободном мире... Ведь такого шанса больше не будет! Никогда! Он не вспомнил ни об оставшейся в Касинске матери, ни о могиле отца, ни о других родственниках и друзьях. Действовал, как автомат. А потому абсолютно спокойно. Погладил рубашку. Брюки. Положил выписку в карман куртки. Выслушал инструктаж помощника капитана, о котором говорили, что он стукач КГБ. С пятью парнями сошел на пирс, к которому вплотную подходили жилые кварталы.

Туда они и направились. Наткнулись на маленький домик с рисунком бутылки и надписью по-английски "The Crab Away" (У краба в гостях). Поняли, что это что-то вроде русской рю?мочной. Парням очень хотелось попробовать японскую водку саке, но на всех у них было два доллара, и Серега уговорил идти дальше. Просто посмотреть на эту невидаль. У него уже был план - увидеть полицейский участок, заскочить туда и, используя свое, когда-то неплохое знание английского, сказать. "I'm Russian. Ask for political asylum. (Я русский. Прошу политического убежища").

Однако все произошло неожиданно. Они уже возвращались на "Амур", когда к одному из од?ноэтажных домиков подъехала машина. Из нее вышли двое полицейских. Они зашли в дом, оставив дверь открытой. Решение пришло мгновенно. Серега рванул. Влетел в дверь. Увидел этих двоих и еще одного, видимо, начальника и заорал.

– "I'm Russian. Ask for political asylum!

Ошеломленные японцы смотрели на него.

– I'm Russian. Ask for political asylum! I'm Russian. Ask for political asylum. I'm Russian. Ask for political asylum! Help me!

Через мгновенье, услышав его исступленные вопли, в помещение влетели моряки.

– Серега, ты что?! Ты что?! Нам на "Амур" надо!

Он продолжал кричать свое. Парни схватили его и, несмотря на отчаянное сопротивление, потащили к выходу. Но полицейские, уже понявшие, что происходит, вмешались в потасовку. От их дубинок досталось не только парням, но и Сереге. Парням ничего не оставалось, как отби?ваться от дубинок. Серега вырвался и, увидев какую-то дверь, влетел в нее. Он слышал все, что происходило за тонкой стенкой. Слышался русский мат, удары полицейских дубинок и кулаков. Его всего трясло. Вскоре все затихло, и в дверь вошел полицейский, которого он принял за на?чальника.

– Who are you? (Ты кто?) - рявкнул он на ужасном английском.
– Give me your passport! (Дай пас?порт!)

Серега протянул паспорт. В комнату вошли те двое, грубо защелкнули наручники и, вый-дя, закрыли дверь на ключ. Серега еще несколько раз прокричал свое.

– I'm Russian. Ask for political asylum! Help me!

Никто так и не откликнулся. Потом за стенкой замолчали. Стало тихо. Только то?гда Серега увидел, что в комнате нет ни стула, ни стола. Маленькое оконце оказалось с решет?кой. В углу, на полу лежало нечто, напоминающее коврик.

– Циновка, - догадался он. Вспомнил, как сидят японцы - на скрещенных ногах. Сел. В полной тишине прошел час, другой... Ноги стали затекать. Он вставал. Ходил по комнатке. Думал. Думал. Думал. Потом захотелось пить. Стукнул ногой по двери. Тишина... За окном начало быстро темнеть. Периодически сту?чал в дверь. Результат тот же. В конце концов, утомленный всем, что случилось этим днем, он заснул. Проснулся от яркого света, бившего откуда-то с потолка. Перед ним стояли трое. Два японца и европеец. С трудом встал и произнес свою заученную фразу.

– I'm Russian. Ask for political asylum! Help me!

Европеец что-сказал на японском, и с него сняли наручники.

– Вы кто?
– спросил европеец по-русски. Не очень чисто, но понятно.

– А вы?

– Я представляю посольство США. Зовите меня Стив. Так кто Вы?

Сердце Сереги запрыгало. Неужели все не зря!

– Я - Голубев Сергей. Моряк с советского сухогруза "Амур". Прошу политического убежища... Скажите им, чтобы дали попить.

– Такое дело, мистер Голубефф, - продолжал американец, пока Сергей жадно пил из прине?сенной бутылки.
– Сейчас ты поедешь со мной.

– Пусть эти мне паспорт вернут и бумагу, что в нем.

– Они у меня, - сказал Стив.
– Сейчас ты сходишь в туалет, и мы поедем.

Сергей не верил своим глазам и ушам.

– Куда?

– Куда надо!
– жестко ответил Стив.

В машине, кроме водителя и Стива, сидели двое военных, мордастые и плечистые парни с пистолетными кобурами на животах. Один из них вышел, нагнул голову Сереге и толкнул его на сиденье. Серега оказался между ними. Сначала он думал, что его везут в американское по-сольство. Но, разглядев на эмблемах аббревиатуру MP, вспомнил, что расшифровывается она как военная полиция. И разволновался. Значит, не в посольство, а куда-то в другое место. Но что он мог поделать в этой ситуации?

– Слушай, Стив. Завези куда-нибудь поесть.

Американец молча открыл какой-то ящик, стоявший между ним и водителем. Вытащил большой пакет и протянул Сереге.

– Это армейский пищевой пакет. От их жратвы - кивнул он в сторону проносившихся мимо машины поселков и городков - как у вас говорят, загнешься!

Серега покрутил пакет, но так и не понял, как его вскрыть. Парни, сидящие с ним, заулы-бались. Один взял у него пакет, откинул от спинки переднего сиденья столик, примерно такой, как в самолетах. Показал, с чего начинать. Это было первое знакомство с американским фаст-фу?дом. Сереге почти все показалось таким вкусным! Был даже пакетик с лимонным чаем! Сал-фетки для губ! Фантастика! Американцы смотрели на него и смеялись.