Чтение онлайн

Наверное, инженер говорил с нами по внутренней связи.

Интересно, имеет ли его угроза под собой какую-то реальную силу? Я в очередной раз коснулся чутья. Измученный мозг отозвался привычной тупой болью. В глазах потемнело.

Инженер ничего не мог сделать. Система вытяжной вентиляции в этом отсеке давно не работала. Данное помещение вентилировалось только с помощью работающей системы соседнего отсека.

Но экипаж мог перекрыть нам приточный клапан.

Я попытался прикинуть, надолго ли хватит здесь воздуха. Выходило, что не больше, чем на пару часов. Значит, мы сможем спокойно просидеть тут до самой посадки, если, конечно, я ошибся насчет инфекции и посадка все-таки произойдет.

Смирнов вдруг поднялся на ноги и, оттолкнувшись, подлетел к одной из стен. Оказалось, что там, на стойке с проводами, был закреплен микрофон.

— Мы не террористы! Просто нам пришлось действовать быстро, а доказательств нашей правоты почти нет! — Мой товарищ нахмурился, видимо подбирая нужные слова. — Вы готовитесь принять на борт двух человек, зараженных тяжелой вирусной инфекцией. Спасенные вами люди умрут в течение часа. Все, кто находится сейчас в космолете, заразятся этим вирусом и точно так же умрут несколькими часами позже.

На некоторое время в помещении повисло нервное молчание.

Затем в динамиках послышался чуть менее уверенный, чем прежде, голос инженера:

— Ну и что же вы предлагаете?

Смирнов посмотрел на меня, потом ответил:

— Мы предлагаем немедленно развернуться и следовать на девятую станцию. Те двое больных наверняка из колонии Джейн. Следовательно, нам сейчас опасно садиться туда. Надо узнать, что происходит на поверхности планеты!

— Простите великодушно, но мы уже начали стыковку со шлюпкой. — Голос инженера звучал глухо. — К вашему вопросу придется вернуться позже. Вы еще не возместили ущерб, нанесенный стыковочному люку.

На этом разговор завершился. Нам оставалось сидеть и ждать.

Я хотел проникнуть чутьем за пределы комнаты, но не мог больше терпеть боль и вскоре оставил попытки. Вместо этого я лег на спину, раскинув руки, и постарался расслабиться.

— Дураки! — весомо сказала Ирка, ложась рядом со мной.

— Как все неудачно складывается, — посетовал я. — Почему люди никогда не слушают умных советов?

— Да брось! — хмыкнул Смирнов. — Все складывается не так уж плохо. В прошлый раз я попал в колонию Джейн в сезон размножения спорников. Приятного мало!

— А что там случилось? — вдруг заинтересовалась Ирка.

— В одном из жилых домов сломалась система фильтрации воздуха. Споры попали в здание и за сутки уничтожили всех, кто жил там.

— И к ним не пришли на помощь жители соседних домов? — спросила девушка.

— Приказ мэра, — глухо сказал Смирнов. — В сезон размножения никто не имеет права покидать свои квартиры.

— Ужас! — покачала головой Ирка.

— Откуда там могла появиться смертоносная инфекция? — переводя тему разговора, задумчиво произнес я. — Инопланетные микроорганизмы всегда легко устранялись сывороткой.

— Значит, возникла какая-то новая мутация. Сыворотка ведь далеко не совершенна. Споры, например, она не может уничтожить.

— Наверное, — растерянно согласился я.

Чем все это обернется теперь? Выживем ли мы? Долетим ли до Кваарла?

Через час мы ощутили, что стало заметно труднее дышать, выросла влажность. Вероятно, члены экипажа все-таки перекрыли приточный клапан. Если не считать этих изменений в атмосфере, то вокруг вообще ничего не происходило. Мы тупо сидели и ждали развязки затянувшегося действа.

Затем сила тяжести вдруг стала расти. Смирнов, почувствовав, что масса его тела увеличивается, тут же вскочил и попытался связаться с экипажем через переговорное устройство. Он уже несколько раз проделывал это за то время, пока мы сидели тут. Но и на этот раз ответа агент тоже не получил.

Через пару минут после возвращения гравитации последовал сильный толчок.

— Похоже, приземлились, — прислушиваясь, сказал я. — Интересно, на планету или на девятую станцию?

— Гравитация росла медленно, — заметил Смирнов. — К тому же нас пару раз тряхнуло. Я думаю, что мы все-таки сели на планету. На станции сила тяжести увеличилась бы мгновенно.

— Согласен, — кивнул я, поднимаясь с пола.

Дышать с каждой минутой становилось все труднее. Разболелась голова, на лбу выступила испарина. Воздух стремительно терял кислород.

— Если космолет сел, то все должно быть нормально, — предположил я. — Может быть, я ошибся насчет вируса?

— Будем надеяться, — сказал Смирнов. — Только это маловероятно.

— Почему?

— До этого ты ведь не ошибался.

— Когда-то это обязательно произойдет в первый раз! — через силу улыбнулся я.

Ирка подала мне руку, и я помог девушке подняться. Вид у моей невесты был довольно жалкий — от нехватки кислорода она пострадала сильнее всех.

— Скажи лучше, какой инкубационный период у этой болезни? — спросил Смирнов.

— Даже не знаю, — смутился я. — Как мне кажется, болезнь протекает довольно быстро и заканчивается летальным исходом. Вот и все, что мне удалось разглядеть.

— Понятно, что быстро! — хмыкнул Смирнов. — Но насколько? Часы это или дни?

— Скорее часы.

— Тогда то, что мы приземлились, — хороший знак. Может, все и в самом деле не так страшно.

Мы стали ждать дальше. Прошло несколько минут. За нами никто не пришел.

Смирнов в очередной раз попытался связаться с кабиной через интерком, но снова безрезультатно.

— Что будем делать? — спросил я.

— Если мы уже сели, то можно попробовать проломить переборку.

— Выстрелить из гравистрелов? Мы же вроде решили, что это не сработает.

— Даже если и сработает, то заряд оружия после такого выстрела останется на нуле. А мне бы хотелось, чтобы гравистрелы могли стрелять, когда мы выберемся из космолета.

— Да и мне тоже, — согласился я. — Только мне еще и дышать хочется. Привык уже как-то за двадцать четыре года.

— Понимаю, — улыбнулся Смирнов. — Ждем еще пять минут, потом будем ломать стену.

Пять минут прошли в напряженной тишине.

— Ну что? — не выдержала Ирка. — Вы стрелять будете?

— Пора! — кивнул Смирнов и достал свой гравистрел.

Я последовал его примеру, вынул свой «Довод» и поставил мощность на максимум.

— Стреляем на счет «три»! — Агент нацелил оружие на закрытую переборку. — Раз!