Чтение онлайн

– И чем мы сегодня займемся? – быстро спросил Миша, чтобы отвлечь сестру от тяжелых воспоминаний.

– Мы же договаривались ехать в Выборг, - отозвалась от холодильника Наташа, которая уже доставала сыр, копченое мясо и йогурты.

– Давайте, - отозвался Торн, который с ножичком в руках препарировал сырники, удаляя подгоревшую сторону. И с довольным видом укладывал их на тарелочку. – Кстати, Маша и Ру’Рар обещали быть.

– Маша же… Вот-вот… - удивилась Наташа.

– Лекари говорят: со дня на день, - кивнул владыка. – Но она носится по любимым местам планеты, как штурмовой бот при атаке. Ру’Рар жалуется, что очень устал осматривать достопримечательности.

Владыка поставил около себя горку покореженных жизнью сырников, с подозрением окинул взглядом присутствующих. Не собирается ли кто-нибудь кидаться на его добычу. С удовлетворением отметил – никто. Получил неприлично большую кружку с кофе. Миша других не признавал, а кофе-машиной занимался сегодня он. Торн оглядел свое семейство и довольно вздохнул.

…

Все-таки во всех этих земных традициях сохранять памятники старины что-то было… Странные серые камни под ногами. С непроизносимым названием. Наташа говорила «бу-лы-ж-ни-ки»… Улицы, выгнувшиеся как спины потревоженных кошек. Белая башня, возносившаяся как космический корабль. Куда-то в ярко-синее небо в кружеве облаков, похожих на перья прекрасной птицы…Остров, прикрытый серыми стенами. Старинные пушки, выставленные на улице. Помост с железной клеткой, куда засаживали виновных. К ней наперегонки помчались Даша и Миша. Курсант Вереева – как человек военный и, следовательно, более тренированный, успела первая. Залезла, закрылась и показала брату язык. Наташа рассмеялась. Ее тоскливое настроение ушло. Торн этому очень и очень радовался.Он все порывался спросить у Маши, что было дальше с теми людьми, которых запирали в клетки. Это был способ казни? Или их потом выпускали? Но поймав неодобрительный взгляд молочного брата, который словно прочитал мысли владыки, поостерегся. Да и вид Маши, кругленькой, смешно перекатывающейся, но развивающей вполне приличную скорость… Глядя на нее, хотелось улыбаться. И бросаться выполнять ее малейшее желание. А не говорить о чьих-то смертях. Пусть они и случились давным-давно.

– Внимание на меня!
– услышал он голос с рычащими, родными донельзя интонациями. Так, должно быть, в любом из миров говорит офицер-воспитатель со вверенными ему курсантами. – У вас пятнадцать минут свободного времени. Р-р-разойдись!

Бритые затылки под форменными фуражками разом кивнули. Мгновение: строй распался. И курсанты превратились в детей. Шумных, звонкоголосых, явно застоявшихся. Треть из которых – девочки.А с башни спускалась экскурсия темных. И никого из землян это и не удивляло, и не поражало. Гости и гости… Сами же темные на мгновение замерли, обнаружив владыку. Но, повинуясь жесту Ру’Рара, который беззвучно скомандовал: «Проходи, не привлекай внимания!», быстро и организовано покинули крепость.Народу в старой крепости было много. Должно быть, многие считали так же, как и Наташа. Ранняя осень – повод ехать в Выборг. Молодежь парочками. Улыбающиеся солнечному дню туристы с других планет Земного союза. Торн уже научился различать их друг от друга. Особенно тех, что с Калагана. У них были такие же пронзительно-синие глаза, как и у его э’тили. Много было мамочек с колясками, которые теперь не вызывали у него бешеной зависти. Скорее – чувство дергающего предвкушения…

– А где ты будешь рожать? – негромко спросила Наташа.

Маша улыбнулась:

– На космическом корабле.

– Зачем? – изумленно посмотрела на нее Наташа.

– Рор скомандовал.

Вереева перевела изумленный взгляд на молочного брата владыки.

– Надо провести ритуал, - пояснил он. – Для этих целей лучше всего подходят пещеры на любой из планет Темного Ожерелья. Но лететь туда мы не будем. Поэтому воспользуемся пещерой Владыки на флагмане.

Наташа как-то задумалась, а потом подхватила Торна под локоток и повела его подальше ото всех.

– Что? – спросил владыка.

– А можно мне информацию о важных событиях в моей жизни сообщать…как-то заранее! – прошипела Наташа, злобно сверкая синими глазами.

– Дыхание мое… - растерялся Торн.

– Сначала поездка по Темному Ожерелью! Считай – переезд. Потом роды в какой-то пещере… И ты даже не считаешь нужным меня об этом предупредить!

– Ты против?

– Торн. Я не знаю – против я или нет. Просто есть такое понятие – вежливость. И с твоей стороны было бы весьма любезно хотя бы делать вид, что ты обсуждаешь со мной вопрос о том, как будет проходить моя же дальнейшая жизнь!

Они резко развернулись в разные стороны. Наташа уставилась на огненные клены у воды. Торн – на ярко-синее небо. Такого же оттенка, как глаза у его невозможной землянки.

– Про отъезд я не говорил, потому что хотел его избежать, - тихо сказал он наконец. Не поворачиваясь, но и не отходя в сторону. – Что касается ритуала. Рожать ты будешь в клинике – как положено. Просто после рождения первого ребенка проводят ритуал связи жизней. В нашем случае, как и в случае с любой землянкой, связывающей свою жизнь с темным, его надо проводить очень осторожно. Надо переплести жизни таким образом, чтобы женщине досталось долголетие темного. Но если с ним что-то случится, чтобы ее жизнь не оборвалась.

– И это надо делать в пещере?

– Это желательно делать в пещере, в родных для темного горах. Но у нас на корабле есть камни оттуда. Значит, у Ру’Рара получится.

Наташа повернулась и уткнулась ему в плечо.

– Торн…

Он обернулся, вздохнул и обнял ее.

…

Их вызвали всех троих: и командора Верееву, Ру’Рара, и владыку - одновременно.

– Нападение на лайнер «Надежда», - сообщил Наташе Сильверстров. – Лайнер цел.

– Потери?

– Там был вражеский корабль, о котором владыку предупреждал Ро’Грик. Фрегат темных закрыл собой лайнер. Выживших на нем нет.

Наташа покачнулась. Торн ее поддержал.

– Кроме того, на пассажиров и членов экипажа было оказано сильнейшее ментальное воздействие. И счастье еще, что мы внедрили для перевозки кровати с фиксирующими тело силовыми путами.

– Мы хотели избежать травм при перегрузках в экстремальных ситуациях, - проговорила Наташа.

– А получилось, что мы предотвратили ментальную атаку.

– Вот как.

– Отличилась только Дженифер. Она кинулась на капитана корабля – и попыталась полоснуть по его сонной артерии.

Глава десятая

Дженифер Ластер была просто в отчаянии. Она была уничтожена, растоптана… И просто не знала, как выйти из своей каюты и взглянуть в глаза хоть кому-то… Позор, от которого все цепенело внутри. Стыд, ледяными осколками вонзающийся в ее затылок. Ярый гнев – на себя. «Блестящего» аналитика. И новоиспеченного подполковника…Дура. Просто дура. Которая чуть быть не убила темного, который всех спас…Она прикрыла воспаленные от слез и бессонницы глаза. И перед ними немедленно возник сгусток раскаленного газа, в который превратился фрегат темных. А ведь на нем служило не менее трех сотен живых…живых…Аккуратно тренькнул зуммер связи. Дженифер кинула взгляд на номер. Не начальство. И не Вереева. С родителями она уже говорила. Сил и желания общаться с кем бы то ни было…Но на этот раз тот, кто с ней желал говорить, не сдался. Раздался уже возмущенный треньк, и на экране возник генерал-губернатор Илтарина, лир Ро’Ринэ.

– Дженифер, - начал он. Вгляделся в ее лицо – и взволнованно продолжил. – Что? Болит? Ранена? Почему не в лазарете?!

– Перестань, - глухо проговорила женщина. – Ничего со мной не случилось.

– Я настаиваю, чтобы тебя осмотрели. И немедленно свяжусь с капитаном! Он отвратительно выполняет свои обязанности!

– Не смей даже! – вскочила Дженифер. – Я его и так чуть не зарезала. Еще не хватало, чтобы у него из-за меня были неприятности!!!

– Хорошо, - тихо проговорил темный. – Просто я…волнуюсь. И нападение это… Я…

– Ребята погибли, - на глаза Дженифер навернулись слезы.

– Они вернулись к Матери-Тьме, выполнив свой долг. В совершенную свободу Хаоса. И они счастливы, потому что у них все получилось. Это хорошая смерть.

– Жалко как…

– Думаю, что у детей, которые родятся у женщин на этом корабле, будут частички их душ…

Дженифер заплакала.

– Не надо, э’тили моя, не рви себе сердце. Мы все – воины. И при необходимости…. А еще мы обязательно отомстим.

– А если бы я, неправильно просчитав ситуацию, все-таки убила бы капитана лайнера… Мстили бы уже мне?