Чтение онлайн

Робот недовольно загудел, но послушно подъехал к холодильнику и, ловко орудуя манипуляторами, накромсал мне целую тарелку бутербродов, украсив их даже сверху крошечной веточкой зелени и оливкой. И на том спасибо. Я жевал, не забывая ставить на красное, а робот злобно сверлил меня своими окулярами и вздрагивал от каждого раската грома.

Был ли у меня план на дальнейшее? А откуда? Что бы вы сделали на моем месте? Ну конечно, ругали бы деда с батей, а толку? Ясно было одно, за дверями казино меня ждала верная смерть в этом пыльном, лишенном воздуха аду, что бушевал в иллюминаторе. Словно в качестве подтверждения я увидел, как о стекло иллюминатора расплющило беглую курицу. Грустное зрелище! Здесь, по крайней мере, я был жив, мне не грозила смерть от жажды и голода, краем глаза я заметил, что хлеба, сыра и ветчины в холодильнике достаточно. Конечно, несколько беспокоили меня те щупальца под потолком, что так легко выбросили за порог здоровенного свина, но к силовым методам, если верить правилам и инструкции, казино могло прибегать лишь в случае некредитоспособности клиента, жульничества и нарушения им общественного порядка. Деньги у меня еще были, нарушать общественный порядок я не собирался, а вот насчет жульничества… Был в инструкции еще один интересный пунктик С-07: «Если игрок нарушает правила игры, как-то: подглядывает в чужие карты, хватает не принадлежащие ему фишки или совершает иные, не обговоренные правилами действия, он Должен быть немедленно выдворен из помещения казино или препровожден в полицейский участок, чтобы предстать перед судом». Это меня вполне устраивало, в участок так в участок, в суд так в суд, лишь бы там был воздух. Отвечу перед любым судом! Но эту меру я решил оставить на крайний случай, к примеру, если сильно захочу спать. Потому как не исключено, что мерой пресечения хитрющий крупье может выбрать просто «выдворение из казино» без препровождения в участок. Просто «выдворение» меня никак не устраивало. И еще я надеялся, что мистер Хоук все же сообщит папаше, в какой глубокой заднице я оказался, либо папаша с дедулей сами спохватятся о своем наследнике. Но еще больше я надеялся на полицейских, ведь должны же они были доложить своему начальству, что во время ярмарки попал в беду человеческий детеныш, то есть я!

— Вынужден предупредить, если вы хотите ограбить казино, — прервал мои размышления крупье, — то у вас ничего не получится. Все кредиты я давно перевел с карточек на счет казино. Что касается наличности, то тут у меня не более двух сотен. Стоит ли губить себя такому симпатичному, перспективному молодому человеку ради такой ничтожной суммы?

— Спасибо за комплимент, но у меня и в мыслях не было грабить ваше уважаемое заведение, — ответил я как можно учтивее. — Я просто хочу поиграть, разве это преступление? Еще раз на красное.

— Но ваша игра не имеет смысла! — вспылил робот. — Вы ставите только на красное самую маленькую ставку и практически ничего не выигрываете.

— Отнюдь, — возразил я, — мой выигрыш уже два, нет, два с половиной креда. Кто сказал, что это плохие деньги? Еще днем всего за три креда мне очистили целый грузовой челнок, а видели бы вы, какой там срач был…

— Срач? Вы сказали «срач»? — обрадовался крупье. — Это ругательное слово! Я вынужден попросить вас покинуть зал за ненормативную лексику, нарушение порядка по статье 418-бис устава азартных игр:

«Дебош и оскорбление крупье». Покиньте сами, или мне придется прибегнуть к силе, — и он многозначительно кивнул в сторону потолка, за которым прятались коварные щупальца.

— Разве я сказал что-то недостойное? По-моему, это именно вы сказали «срач», — возразил я, смекнув, что хитрющий робот хочет взять меня на пушку. — И дайте, пожалуйста, жалобную книгу. Я хочу записать туда, как общается с клиентами персонал вашего казино. Вам не отвертеться, я вижу, у вас тут везде камеры установлены, нас наверняка записывают для «черного ящика», куда доступ вам запрещен.

Робот явно испугался и замигал красными лампочками.

— Я могу принести официальные извинения, — предложил он.

— А моральная компенсация?

— Пять кредов, — предложил робот. — Двадцать! — потребовал я.

— Десять, — взмолилась железяка.

— Ладно, давай десятку, но больше так не делай. И настрогай-ка еще бутеров, азарт способствует хорошему аппетиту.

Робот вздохнул, открыл дверцу на груди и бросил на стол мятый билет в десять кредов.

— Чаевые за весь день ярмарки, — добавил он грустно, после чего направился к холодильнику.

Я сгреб деньги в карман. Вот и ладненько, мое благосостояние растет на глазах.

В этот раз молния ударила совсем рядом, свет в казино мигнул, робот вернулся на свое место, вовсю мигая красными лампами.

— Ладно, поговорим по-мужски, — предложил крупье, восстановив напряжение. — Чего вы добиваетесь?

— Я не хочу выходить на улицу, потому что меня там ждет верная смерть, — откровенно ответил я. — Если ты чего-то смыслишь в человеческой физиологии, без воздуха я просто умру.

— А если фирма подарит вам кислородный баллон с маской из спасательного набора для техников?

— И куда я с ним, с этим баллоном, пойду? Может быть, на Урании есть гостиница или что-то в этом роде?

Робот поскрипел мозгами:

— Нет, для кислорододышащих существ условий жизни на Урании нет и не будет до следующей ярмарки. Но она состоится только через три месяца. Вы собираетесь все это время играть?

— А что вы мне предлагаете? Робот задумался:

— Да, неординарная ситуация, впервые с такой встречаюсь. С одной стороны, я не могу удалить вас из помещения, поэтому не могу заземлиться до следующей ярмарки, с другой стороны, буря снаружи будет усиливаться, что неизменно приведет к разрушению игрового модуля. Ничего не поделаешь, мне придется вызвать диспетчера…

— Что?!! — от возмущения я едва не подавился оливкой. — Ты с самого начала мог связаться с диспетчером, то есть с человеком, и молчал, мороча мне голову?

— Дело в том, что диспетчер не совсем человек, — сказал робот, накрывая фишки у себя на лотке пластиковой крышкой. — Это казино принадлежит частному лицу, жителю Урании, а уранийцы сейчас впали в спячку до конца сезона бурь. Боюсь, мой вызов его вряд ли порадует, уранийцы очень не любят, когда кто-то прерывает их сон, но что делать… Господа! — сказал киборг громко. — Извините, но казино объявляет технический перерыв. Можете пока перекусить, выпить сока. Все за счет заведения…

Диспетчером был не человек, диспетчером был «богомол», тот самый, что играл со мной в казино, вернее, очень сильно на него похожий. Он появился на экране, сладко зевнул и потянулся.

— Ну и какого хрена? — спросило насекомое, смешно шевеля жевелами и протирая лапками глаза от пыли.

Не знаю, растет ли у них на Урании хрен, но универсальный переводчик передал его фразу именно так.

— Видите ли, хозяин, — тоненьким голоском сказал крупье, — у нас тут заминочка. Неординарная ситуация, сказал бы. Один игрок заигрался и не хочет уходить.

— Что?!! Хочет играть в кредит?!! Никаких кредитов. Если нет денег, пусть проваливает!

— Нет, деньги у него есть. — Робот сделал мне манипулятором знак, чтобы я не высовывался. — И в принципе, он готов прервать игру, но не может выйти из-за бури.

— Буря, разве это буря? — удивился «богомол». — Три балла всего, так себе, ветерок. Пусть не дрейфит, выходит и закапывается, а то к вечеру до пяти дойти может, вот тогда можно и клешни обломать.

— Он не умеет закапываться, — быстро сказал робот, — он кислорододышащий, он — человек!

Последнее слово робот сказал вроде даже как с гордостью.

— Человек? — протянул удивленно «богомол». — A не врешь?

Робот повернул монитор и гордо меня продемонстрировал. «Богомол» хлопнул глазами, засветился фиолетовым, что означало высокую степень недоумения, и протянул:

— Ну и дела… И давно он там у тебя сидит?

— Да чуть ли не с начала ярмарки, — выгородил меня киборг.

— Уважаю азартных, а чего этот… кислорододышащий хочет?

— Он хочет в среду, насыщенную азотом и кислородом.