Звездные врата: Аукцион судьбы

Древняя планета Эрайя скрытая в глубинах космоса на которую прибыли два весьма странно одетых путника, что затерялись на задворках вселенной,встретила их вначале оглушительной тишиной, а уже потом вдруг окрасилась во всевозможную какафонию звуков и невероятных футуристическо причудливых образов,что предстала вдруг перед ними.

А было на что посмотреть.

Эта оконечность планеты на которой возвышался древний космопорт, представляла из себя весьма гористую с редкорастительной почвой местность,на которой почти ничего не росло,кроме плотоядных сорняков ядовито зеленого цвета.

А не росло потому,что почва была загрязнена отходами из далекого космоса,что имели неосторожность привозить разнообразные грузовые шатлы и лайнеры,цепляя все подряд попути и потом оставляя эту всю грязь здесь постепенно засоряя местность.

Из - за этого космопорт было принято закрыть еще более ста лет назад.Из-за глобального загрязнения навигация космопорта ,что работала исправно , стала работать весьма не стабильно и с перебоями, так как мусор,что оседал в местной почве при сильных песчаных бурях и порывах ветра на песчаной местности провоцировал сбой навигационных систем.

По этой же причине корабли больше не могли привозить грузы и пассажиров пристыковываясь к шлюзу для того,чтобы пассажиры смогли покинуть космическое транспортное судно. А погрузчик не мог так же пристыковываться,чтобы выгрузить транзитный груз для отправки на другие планеты..

А еще изобретенные древними тысячелетие назад звездные врата,вдруг тоже вышли окончательно из строя,что даже дверь ,что выпускала и впускала внутрь для телепортации отказывалась открываться,чтобы пропустить в зал для перемещения.

А иногда и могла запереть пассажиров внутри на несколько часов. Это были единственные звездные врата на планете,которые могли доставить в любую точку галактики созвездия Альбиорикс,если конечно знать координаты других врат на тех других планетах.

За пару дней до. Воспоминания.

Дом опекунов.

Эвелин.

Прошло ровно три года как погибли наши родители.Брату тогда только исполнилось 7 лет, а мне лишь 14.

И все эти три года, после их внезапной смерти в горах Урала во время очередной экспедиции от научного университета,мы жили теперь у родной сестры отца Кларисы и её мужа Марка Ковальских.

Хотя мы теперь и проживали вместе с ними и нашими двоюродным братом и сестрой в их большом доме,но ласки и заботы мы от них за последние три года так ни разу и не увидели.

К нам относились в их доме , скорее как к мебели,как к прислуге, чем к полноценным членам семьи и нам, по мнению тети, даже комнаты полноценной не полагалось.

Из нашего прошлого у нас не осталось практически ничего, все забрала наша тетя и даже как то умудрилась продать все наше небольшое наследство, что осталось нам от наших родителей.

До событий 3-х летней давности мы практически и не общались с тетей и дядей, так как она никогда не разделяла выбор своего брата в отношении нашей матери в качестве его жены.

А когда погибли наши родители и суд присудил ей над нами опеку как единственной родственнице, мы переехали из центра для несовершеннолетних оставшихся без попечения родителей сразу к ней в дом. Никто не спрашивал нашего мнения хотим мы этого или нет.

Мы конечно сначала обрадовались, что остались не одни, ведь мы даже не предполагали глубину ее ненависти к нашей матери которая была из простой семьи потомственных учителей, а сама,будучи уже совсем взрослой закончила географическое отделение в Горном университете и там же познакомилась с нашим отцом.

Мама Корина Рейес всегда отзывалась об отце с теплотой. Они любили друг друга, это читалось в каждом их жесте и поступках.

Мы всегда росли в любви и заботе. У нас было все и мы ни в чем не нуждались. У нас был наш небольшой, но уютный домик, свои отдельные аккуратные комнаты и все необходимое для современного подростка. Мы даже такого слова нужда никогда не то что не знали, мы о нем даже не слышали. Пока не попали в дом нашей тети Кларисы.

Поэтому когда мы только приехали в её дом,то он вначале, нам даже очень понравился и мы очень надеялись,что будем в нем счастливы и забудем свалившееся на нас так внезапно горе.

Дом был довольно просторный: внизу находилась большая гостиная и кухня - столовая, две больших просторных хорошо и богато обставленных комнаты, но вечно закрытых и открывавшихся только на время приезда родственников дяди и их многочисленных богатых друзей, как мы поняли позже.

На втором этаже был просторный хол и 5 комнат, два санузла и две ванные комнаты. Две комнаты из которых занимали наши двоюродные брат и сестра были также обставлены по последнему слову современной модной и удобной мебели и современной техники уних в комнате так же было в изобилии, в отличии от подаренного нам от школьного комитета старенького компьютера . Мы были рады и этому. Так же на втором этаже проживали и тетя с дядей, а так же и мы.

Но тетя сразу поставила нас в узкие рамки, попутно диктуя нам свои условия проживания в их доме, если мы конечно не хотим попасть в детский дом.

Мы конечно же не хотели попасть в детский дом, но прожив в доме тетки пол года после того как вступило в силу решение суда, мы поняли, что в детском доме жили наверное бы с большим комфортом, но изменить уже ничего не могли.

Нас по приезду в их дом сразу же тётя и дядя спустили с небес на землю и указали нам на наше место.

А место наше было по их большому убеждению в старой кладовке для старых и ненужных вещей, которую они и переоборудовали в комнату,где они поставили для нас старую двух ярусную кровать с жёсткими матрасами,пошарпанный со всех сторон стол и пару таких же истрепанных временем стульев.

На грязном и запыленном узком окне висело подобие занавески,тряпочка темно серого цвета в мелкий зеленый горошек и на ней виднелись местами такие же мелкие дырки.

Комната была очень узкая, местами с полинялыми на стенах желтыми обоями, а где - то и совсем без них, голые стены которой мы как могли прикрыли плакатами из журналов подаренные нам школьными друзьями.

Эта теперь была наша постоянная обстановка в комнате, которая нас окружала в повседневной жизни.

Полноценную комнату они нам, так и не соизволили выделить за последние 3 года, что мы у них жили.

Так мы и теснились в этой так называемом подобии комнаты.

Нас наказывали и ругали практически за все,даже за то,что сделали наши брат и сестра. Будь то не вымытая за ними посуда,да и просто если вдруг в доме внезапно закончились продукты.

О своих детях они действительно заботились, а о нас вспоминали разве лишь тогда, когда приходило пособие по опекунству.Нам с этого не перепадало ровным счётом ничего.

Прошлое никак не хотело отпускать нас.Мы часто вспоминали нашу дружную и любящую друг друга семью.