Чтение онлайн

– Он обещал нам стабильную работу с оплатой, мэм, по результату испытаний.

– Это ты про свалку разбитых машин? … Тогда, считай, что испытание вы прошли успешно… И теперь, если оба согласны, мне нужна ваша помощь с грузом.

– Но зачем? Если вы согласны, мы сообщим Форжесам, что остаемся – удивился Джейкоб.

– Нет. Надо сделать так, чтобы Форжесы вас ждали, и желательно было бы вам немного опоздать. Пусть понервничают – задумчиво и чуть улыбаясь сказала Эйли.

«План Б» в голове Эйли окончательно сформировался и приобрел некие более-менее законченные очертания.

В умелых руках и кувалда – пинцет.

(Высказывания. Эйли Хоуми. Парпланд. 2550`)

Большой мульти-перформанс на 15 тысяч зрителей был полон. Казалось на нем разместился весь Топ-Сити с прилегающими населёнными пунктами, все работники комплекса по переработке кристаллида, весь неискусственный обслуживающий персонал. Город опустел и стал похож на покинутый. Зато в его центре гудел народ, с нетерпением ожидая начала представления. Нынешнее Шоу Бабочек было не похоже ни на одно из своих предыдущих. Первое и самое главное отличие: для колонистов, жителей Парпланда, оно было бесплатным. Вся преторианская администрация явилась чуть ли не в полном составе. Люди с нетерпением ждали начала, но Шоу не начиналось из-за отсутствия самого главного зрителя. Гросс-Хан никогда не пропускал Балет Бабочек, и все, присутствующие в огромном зале на 15 тысяч зрителей, вынуждены были ждать. Сегодняшнее представление, вдобавок, ожидалась с дополнительным бонусом: заявленным «сюрпризом» – казнью некоего сепаратиста и врага Альянса, бывшего офицера-курсанта Звездного Патруля по имени Бродерик Новен. Огромный объемный экран на всю сцену ярко и сочно «живописал» злодеяния сего индивидуума в виде анимационного голографического ролика, изобилующего множеством вымышленных, но весьма эффектных и красочных деталей, включая поимку и доставку на планету. Если Балет Бабочек публика приветствовала и ждала с нетерпением, то на вторую часть «шоу-программы» оставаться планировали далеко лишь не все. Подавляющее большинство зрителей не имело ни малейшего представления о том, кто этот бедняга и по понятным причинам не могла желать ему прилюдной и суровой казни с отрезанием рук и головы.

Кортеж Гросс-Хана с многочисленной охранной имморталов неспешно влился в транспортную артерию опустевшего Топ-Сити. Огни сумеречного города заливали металлизированную автостраду, освещая путь колонне до самого мульти-перформанса. В небе на низкой высоте парили десятки развед-дронов, исключая саму возможность внезапного появления на пути чего-то непредвиденного. Кортеж достиг подземного вип-паркинга в течение получаса. А еще через час или около того Шоу началось.

Айра была в ложе с членами преторианской администрации и магнатами-промышленниками, заправлявшими рынком парпурита и кристаллида. Многие были с семьями. Среди именитых, богатых и весьма упакованных женушек Айра в своем выделяющемся темно-бордовом вечернем наряде ощущала себя немного неловко из-за некой покинутости. Ей не хватало пары, близкого и любимого человека, с которым она смотрелась бы тут более гармонично. И сколько бы Айра не пыталась убедить себе в глупости всех этих предрассудков, и даже отсутствии косых взглядов в ее сторону, саму себя обмануть было невозможно. Без пары или хотя бы кого вместо нее, подруги, мамы, сестры, она чувствовала себя одинокой, покинутой и даже немножечко полу-обнаженной. Ощущение усиливалось за счет полноты зала и единственного на «всю вселенную» свободного места справа от нее. Ей оказалось даже не с кем поговорить. Преторианцы знали, что она из Патруля, а потому не спешили откровенничать или даже выказывать хоть какие-то знаки внимания. Это угнетало. Айра взяла себя в руки и даже приложила некоторое усилие, чтобы отбросить все эти «дурные» мысли и чувства, и сконцентрироваться на шоу, которое так желала увидеть. В нынешнее время офицеру Звездного Патруля попасть на подобное было сродни удаче в лотерею или на ставках в каком-нибудь Стар-Дартс.

Тем временем огромный проекционный экран отключился, свет в зале потух, и многочисленные дроны-светлячки устремились к сцене, расположенной с самом центре. Она не просто была, но при этом еще и вращалась, изменяя угол и скорость. Таким образом каждый зритель, где бы он ни находился, мог лицезреть происходящее, по сути, с любого ракурса. Какие либо нейро-обручи, шлемы или импланты оказались под запретом. Сложнее всего как раз было владельцам подобных, но вживленных устройств. Они не могли просто сдать оборудование в камеру хранения, но вынуждены были согласиться на ЭМИ-браслеты, которые подавляли сигналы нейро-устройств. Те самые пресловутые Бабочки были секретным культурным оружием Альянса. Водились они только на Претории, а жили и умирали прямо тут на сцене в течение недолгих 4-х часов шоу.

Дроны-светлячки тем временем подсветили других роботов-помощников, которые, шелестя полимерными крылышками подобно пчелам или колибри, но покрупнее принялись рассыпать по сцене какой-то густой зелено-желтый порошок из закрепленных под брюхом мешочков. На сцене образовывались целые дорожки из подобной разноцветному песку массы. В какой-то момент они окончили разбрасывание корма и удалились. Сцена на несколько секунд опустела. Будто на запах откуда-то из ниш по ее краям появились гусеницы. Дроны-светлячки их тут же подсветили. Сцена начала свое неспешное вращение.

Айра сидела на весьма удобном месте и могла лицезреть многие детали, даже без проекционных очков для увеличения и контраста. Они были тут у всех зрителей, как часть, как обязательный атрибут для посетителей мульти-перформанса. Именно через эти очки шло комментирование происходящего и акцентирование внимания зрителей на наиболее яркие и восхитительные моменты шоу. Внимание всех сейчас было приковано к тем самым гусеницам, которые неспешно выползли на сцену и с аппетитом поедали сыпучую зелено-желтую массу. Существа росли и делали это прямо на глазах публики. Не прошло и получаса, как гусеницы увеличились до одного метра длинной и 30 – 50 сантиметров в поперечнике. Некоторые экземпляры перемахнули отметку в 1.5 метра. Их тут же подсветили «светлячки», акцентируя внимание зрителей.

В это самое время из недр сцены вверх стали выдвигаться серебристые шесты, не больше 10-и сантиметров шириной. Они неспешно росли вверх будто тонкие и идеально стройные деревца-колышки, становясь все выше и выше. Присмотревшись Айра заметила на них многочисленные отростки. Которые сразу на глаза не попались, но сейчас отрастали от ствола в разные стороны словно ветки деревьев. Утучненные едой гусеницы медленно и как бы лениво принялись заползать на шесты. Давалось им это явно через силу, но они упорно взбирались повыше туда, где начинались ветки. Теперь Айра в свете дронов смогла более детально рассмотреть и самих гусениц. Их темно-зеленые, местами в синие пятна тела шевелились и вздувались. Многочисленные лапки имели на концах присоски и коготки. Они могли цепляться к любой поверхности и карабкаться по ней, как истинные скалолазы. Добравшись до веток, они цеплялись за них используя странный клейкий состав, выделяемый изо рта. Далее начиналось самая удивительная часть шоу, о которой Айра знала по слухам от тех, кто уже имел счастье побывать. Повисшие гусеницы скручивались в клубок, как бы крепко сцепляясь, склеиваясь с веткой обоими концами своих гибких тел, и заметно светлели. Они свисали, и внутренние жидкости отливались от верха к низу, повинуясь гравитации, образуя как бы белесые подсушенные шелушащиеся наросты вокруг уплотнения к низу, похожего на некий спелый плод. Все это происходила прямо тут на сцене. Жизнь внутри банальных и даже в чем-то отталкивающих взгляд гусениц преобразовывалась на глазах. Теперь на ветках шестов висели уже высохшие каплевидные коконы, обмотанные бледным белым «одеялом» собственной гусеничной кожи. Они пульсировали и расширялись, что подтверждало наличие в них активной жизни. Чуть позже та самая активная жизнь стала просвечиваться сквозь все более истончаемую кожицу гусениц. Паутина связывающихся и сплетающихся внутри разноцветных сосудов в каждом коконе жила по своему закону жизни, снабжая питательными веществами растущее к низу утолщение. Яркие цвета то вспыхивали разными оттенками, то затухали, но каждый раз просвечиваясь изнутри вызывали у публики в зале эмоциональный восторг. Музыка в такт пульсирующей в коконах жизни возникла где-то под сводами купола огромного зала и незаметно опустилась на присутствующих, то усиливаясь, то исчезая куда-то. Общий ее ритм дополнял и расширял происходящее на сцене, вызывая неописуемый восторг у публики. Айра непроизвольно, но скорее под впечатлением от происходящего, успела насчитать до 3-х сотен коконов. Ими была заполнена вся сцена мульти-перформанса. Именно количество пульсирующих существ, свернутых и висящих на ветвях шестов-деревьев подобно неким живым светящимся плодам и восхищала больше всего. По сути это была бесподобно продуманная игра, буйство сокрытой жизни внутри многочисленных ограниченных пространств. Вся сцена уподобилась некому таинственному и живому сверкающему и пульсирующему разноцветному лесу. Серебристые шесты и ветки придавали общему образу невероятную притягательную силу. Оторвать глаза было очень сложно. Айра заметила, как многие зрители не выдерживали и снимали проекционные очки, не дожидаясь разрешения от гида-ИИ приборов. Она тоже сняла. Все так делали, ну или почти все. Видеть живыми глазами шоу оказалась не менее восхитительно, чем через интеллектуальную оптику.

Тем временем первые коконы, пульсируя и расширяясь, внезапно замерли и застыли, словно мертвые. Еще спустя несколько минут потух и омертвел весь серебристый лес. Жизнь остановилась. Даже музыка словно отстранилась куда-то, затихла почти совсем, давая присутствующим прочувствовать момент. Эмоционально это подействовало слишком сильно. Даже устойчивая психика Айры поддалась на провокацию создателей шоу. «Нет! Пожалуйста, не умирайте! Я прошу вас!». На глазах выступили слезинки. Некоторые откровенно впечатлительные особы женского пола рядом ниже буквально ревели, как маленькие дети. Не удержались даже некоторые из мужчин, поддавшись навалившейся меланхолии и плачу. Айра вернула очки на переносицу, потому что по отзывам знала, что дальше будет нечто такое, к чему лучше быть, все же, немного подготовленным. Там у левого глаза появилась предупредительная надпись, гласящая и предписывающая не снимать очки до завершения да бы избежать травмирования психики. «Ладно. Все понятно. На этот случай у меня, все же, есть симбионт, но спасибо за предупреждение». Айра улыбнулась, но не собственным мыслям, а потому что коконы внезапно ожили. Это случилось так неожиданно и так восхитительно одномоментно, что по залу прошел возглас некоего единодушного облегчения, словно все 15 тысяч присутствующих тут, включая лоджии, вип и балконы внезапно освободились от некоего тяжкого бремени. «Как им это удается!?». Айра буквально плакала от счастья, словно попала в далекое почти забытое детство, где родители дарили ей то ли куклу, то ли другой какой подарок. То было ее последнее «лето» в кругу семьи, после чего она оказалось в симбио-группе на долгие годы. Именно сейчас почему-то все радостные воспоминания поперли из нее, как извержение вулкана. «Что со мной!? Не распылили ли они тут какое вещество!».

Дальше случился буквально катарсис. Многочисленные коконы, пульсируя и качаясь на ветвях, начали звонко лопаться, сопровождая все это хлопками подобно сильным ударам в ладоши. Дроны-ассистенты, кружащие вокруг сцены, очевидно усилили звуки, чтобы передать происходящее в красках и наиболее возможной полноте. Каждый новый хлопок-взрыв сопровождался выбросом разноцветной пыли-пыльцы. Сцена окуталась цветным «дымом», который ярко подсвечивали те самые дроны-ассистенты «светлячки». В какой-то момент возникший недавно искусственный свет начал затухать, погружая всю сцену почти в сплошную непроницаемую тьму. Сердце в груди Айры застучало от волнения. «Сейчас что-то будет!». Что именно будет, она не знала, потому что рассказы знакомых на этом по сути обрывались словами: «Дальше лучше один раз увидеть, чем 100 раз услышать».

Сцена буквально вспыхнула яркими источниками света. То тут, то там на ней распускались «живые цветы жизни». Это были большие ростом в 1.5 метра Бабочки или, как их официально именовали ученые – «батерфлессы», но не простые насекомые, а удивительно похожие внешне по строению тела на гуманоидов или даже самих людей. Перед глазами всех зрителей будто ожили древние сказки и истории про сказочных фей. Яркие разноцветные, и голубые и оранжевые, и красные и фиолетовые, и желто-зеленые и пурпурно-серые принцы и принцессы, взмахивая такими же яркими полупрозрачными с пульсирующими прожилками крылышками взмывали над сценой, то сбиваясь в стайку, то рассыпаясь подобно многочисленным искрам, как от праздничного фейерверка. Они выписывали в воздухе какие-то невероятные по красоте и изяществу фигуры. Шелест от работы многочисленных крыльев то усиливался, то сходил на нет, образую некую тихую мелодию. Бабочки собирались сначала в маленькие стайки. В каждой такой зримо выделялся некий фаворит или фаворитка: наиболее яркая и пестрая Бабочка. Затем стайки вливались в группы покрупнее, образую некую единую стаю с самыми красивыми и пестрыми Бабочками во главе. Они задавали ритм и тон движению всей остальной стае. Зрелище захватывало и восхищало своим неповторимым рисунком танца, который вспыхивал снова и снова в разных частях над темной сценой.

– Господи! Боже мой! Что я сейчас вижу! – ахнула в голос не в силах сдержать свои эмоции Айра. – Такая красота! Как это возможно!?

Ее кожа под нарядным комбинезоном вся наэлектризовалась и покрылась мелкими прыщиками от невероятного волнения. Дыхание сперло так, что не возможно было выдохнуть, словно что-то мешало легким выпустить переработанный воздух наружу. Каждый взмах крыла Бабочки буквально вызывал неописуемый восторг. Айра заметила, как многие, если не все зрители, бросились снимать проекционные очки, чтобы видеть происходящее волшебство своими собственными глазами. Айра поддалась искушению и тоже сняла их, хотя предупреждение от гида-ИИ никуда не делось, но все так же ненавязчиво взывало не снимать прибор. Да, кто же его слушал!