Чтение онлайн

— Преподавателю запрещено выходить на спарринг с учеником правилами Академии, — хмыкнула Аэлита. — Тем более, тебе надо убеждать не меня, а Коррена. Того Коррена, который Ли. Коррен, согласен на поединок?

Что-то мне тоже Брин не нравится. Будто специально играет против меня. Или просто в «Разделяй и властвуй»?

— Согласен, — мрачно согласился я, глядя на наставницу.

— Это будет быстро! — ухмыляясь мне в лицо, самоутвердился Хот. Ну-ну.

Мы разошлись на двадцать метров — площадка позволяла.

— По моей команде «стоп» оба прекращаете атаковать, — раздала последние указания Брин. — Щиты держать можно. Три, два, один… начали!

Идальго молодец — вскинул щит сразу же, как только прозвучала команда. Потому выпущенная мною толстенная молния не достала придурка. Зато на мгновение ослепила и обе шаровые молнии синхронно влетели в барьер, перегружая его. Я в это время уже бежал навстречу сопернику, сокращая дистанцию. Но то ли опыт у этого Сервантес был неплохой, либо просто хорошо учили — он сумел вскинуть второй щит и перекрыл его первым новосозданным… Чтобы получить движущимся щитом Макира сзади и полететь кувырком мне под ноги. За это время я успел подбежать в упор. Все, что мне оставалось — изобразить добивающий удар рукой даже не активируя «железную рубашку».

— Раунд! — только и оставалось, что сказать мне. Мои ребята поддержали меня короткими аплодисментами.

— Показательно раскатал, — удовлетворенно констатировал Цзан.

— Ори — победитель! — повисла у меня на шее Аня.

— Вот и решили вопрос, — удовлетворенно кивнула Шая. — Надеюсь только, за завтрак не придется сражаться?

— Эй, это было нечестно! — вскочил на ноги и отбежал от меня Хот. — Тебе помогли! Ударили мне в спину!

— Это Коррен тебя ударил, все честно, — вмешалась Аэлита, так и оставшаяся стоять в отдалении. Рядом с ней перетаптывался второй Коррен, решивший пока хранить нейтралитет. — Я следила. А теперь, дети, вернемся к…

— Ах, так?!

Я обернулся слишком поздно: Идальго уже принял какую-то странную позу, будто собрался дротик бросать — и начал движение всем телом. И витальная энергия во всем его теле пришла в согласованное движение! Никогда такого не видел: максимум даже самый мощный прием захватывал руку или ногу. Потому мне хватило и доли секунды понять: удар будет поразительно, невозможно мощным!

Старый состав «апасных» словно стайка воробьев бросился в стороны — не прошли даром «каникулы» на Фортуне. И я в том числе. Видя, что выполняющий движение Сервантес доворачивает за мной, я подбросил себя щитами вверх и вбок, одновременно выбрасывая щит навстречу противнику.

Дудки, он не потерял меня из виду и успевал закончить удар! Мне оставалось только создать перед собой скрещенные плоскостные щиты и окутаться пузырем третьего, одновременно врубая «рубашку».

В такие моменты мир словно замедляется — я успел увидеть, как Брин выбрасывает поперек удара свой, похожий на воду, барьер… И он лопается вслед за моим скользящим щитом! И в то же мгновение луч из невероятно плотной витальной энергией перегружает мои щиты! Раз, два, три! И сокрушительный пинок в область живота!

Что-то подобное со мной проделал Бульк: ударом щупальца запустил полетать сквозь стену. Тут эффект бы примерно тот же: «железная рубашка» выдержала, а вот ткани и органы под ней — не очень. Боль — невероятная! Но всего несколько мгновений, пока не справилось ведьмаческое исцеление. На стену, окружающую нашу площадку я приземлился почти в норме. В смысле, изрядно помятым, но удерживая и боль, и сознание под контролем.

Чтобы увидеть, как непонятно откуда взявшаяся Фира, увеличившаяся до размера микроавтобуса, хватает пастью моего ухмыляющегося обидчика.

— Нет!!! — кажется, кричал не только я.

Поздно. Заливая все кровью из сквозных дыр диаметром в руку, Идальго Хот Сервантес рухнул на траву.

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

Временной поток будто бы разделился на два отдельных независимых ручья. В одном течение было бурным и невероятно быстрым. В другом, который словно бы наслаивался на первый, вода текла едва-едва.

— Фира, дурында! — из воздуха возникает четверка фамильяров. Красный сразу же хватает уменьшающуюся прямо на глазах леопардиху за загривок и небрежно отбрасывает в сторону. — Нельзя! Фу!

Рядом с ней оказывается Кер и начинает что-то втолковывать, одновременно постукивая лапкой по склонившейся головенке фиолетовой.

Но это — фоном. Тем, где ручей едва течет, и где я могу разглядеть каждую деталь. Без понимания — откуда они тут взялись так быстро.

На другом слое я уже на коленях рядом с Сервантесом. Не думая. Не сомневаясь. Не тратя ни одной доли секунды на постороннее действие.

Диагностика. Разорванные сосуды. Мышцы в кашу. Внутреннее кровотечение. Внешнее. Перелом трех ребер. Будь дерзкий клановец обычным человеком, я бы смотрел на мертвеца. Но солнечник еще живет. Пропитанный витальной энергией Потока организм борется. Не справляется, но борется. Пытается остановить кровь, срастить сосуды, восстановить ткани и запечатать открытые раны…

Я помогаю. Трава, которая помнит в своих предках деревья — для ведьмовских техник нет различий в материалах. Все — живое. Если уметь и очень захотеть, то растительные волокна станут нитями, сшивающими раны, а веточки переплавятся в куски псевдоплоти, закрывающие зияющие прорехи в теле.

А я умею. И очень хочу.

Когда рядом появляется Брин я заметить не успеваю. Бросаю на нее короткий взгляд и слышу:

— Слишком быстро теряет кровь. Мозг умрет. Я помогу.

И она помогает. Не знаю как, но процессы метаболизма в теле замедляются, и кровь сильными толчками бьющая из сквозных отверстий в теле Сервантеса, начинает вытекать медленно, будто бы даже лениво.

Понятия не имею, что за технику использовала наставница из Великой Пятерки, но мне она подарила дополнительное время. Через сколько там мозг уже не спасти? Четыре минуты, вроде? Ну так она дала мне еще минимум две.

И я не трачу этот бесценный дар впустую. Зашиваю, протезирую и не думаю о том, как это выглядит, когда в тело человека врастают посторонние предметы. Главное — спасти.

Транспортного дрона над нашими головами я заметил только когда с облегченным вздохом выпрямил спину. Справился! Клановец не двигался и никаких признаков активности не подавал, но жил! Слабое дыхание, едва бьющееся сердце, однако это уже не скоростной забег на ту сторону. Замершее в неустойчивом равновесии пламя свечи, которое уже можно раздуть.