Чтение онлайн

Вынул резко, как пробку из бутылки, чуть ли не с характерным звуком. Нянька спешно поправила платье, на меня не глядя, удалилась.

— О чём разговаривали? — Спрашивает деловито, вставая на место няньки.

— Тс, — подставляю ему палец поперёк губ. — Где твои девчонки лучше скажи?

— Тупые и неинтересные, — выпалил.

— С доечками девка ничего.

— Селина? Шутишь? У неё в башке ветер завывает.

— Зачем тебе её мозг? Засосал бы да потискал за груди. Ну ты даёшь. Она на тебя так смотрела.

— Ну не знаю, такая пожалуется своему отцу и мне придётся на ней жениться.

Тяжело вам на Зэрдине. Бедные вы мои.

— Хорошо, ну и где твои обещанные бабы? Чумовая эпатажная вечеринка? — Посмеиваюсь. — Или пошли газировки бахнем, да спляшем с дебильными клоунами?

А те уже катают детвору на спинах, ползают, кувыркаются. Мелочёвка ржёт. Есть отдельная зона, где уличных артистов ногами пинают дети чуть постарше. Это у них там футбол. Ко мне уже несколько раз детки подходили, и деловито спрашивали, не встану ли я на четвереньки их покатать на своём горбу якобы корабле. Я ж адмирал!

— Есть одна идея, я договорюсь, — шепчет мне Ярон. — Но ты должен избавиться от моей невменяемой троюродной сестры.

Корнелию как раз из мелкого бассейна со светомузыкой достают уже сухую. И она на меня смотрит хищно! Не видела, забылась, а тут бац и вспомнила, чего это ей недостаёт!

Опускаюсь на корточки резко, прячась за лавку. Ярон за мной падает! Уползаем за куст. Я уже слышу, как топают эти зловещие каблучки.

— Руди, не прячься! Я знаю, что ты здесь! — Кричит капризно.

Вдоль стриженной стенки кустов уносимся, следом забегаем за карусель! Так–то я не впрягался быть нянькой Корнелии. Потом просто сострою из себя дурачка.

Окольными путями то в полутьме, то под всяким светом смываемся по улице через парк из хрустальных деревьев к другому крылу. До нас вскоре начинает доноситься другая музыка, более интересный ритм, от которого даже подрагивает кровь. И гам уже взрослых людей, гуляющих в украшенной зоне парка.

Остаётся пересечь волнистую канаву с бурлящим внизу морем. А тут гвардеец в красном мундире возникает непонятно откуда.

— Вам сюда нельзя! — Объявляет громко и выставляет угрожающе руку вперёд на меня.

— Я на клоуна похож, офицер? — Возмущаюсь. — Прибейте меня лучше, но я туда не вернусь.

— У вас нет приглашения, господин Робин, — заявляет, быстро же он меня вычислил. — Вы прикреплены к принцу Ярону, который ещё не достиг возраста, дозволяющего…

— Так! Что здесь такое? — Раздался за спиной гвардейца строгий женский голос.

Из–за спины показалась мясистая женщина среднего роста с рожей, как у свиньи, да ещё и со шнобелем курносым, стрижка под мальчика, вместо волос иглы белые, как у ежа. Сама перетянута в чёрные кожаные ремни, как гусеница. Полу–лифчик белый глянцевый арбузы к центру собирает, да так, что крупные ореолы частично видно. Внизу вроде микро–трусы, но из–за пуза непонятно, да и смотреть до омерзения не хочется. На широком поясе, обрамляющем это самое пузо, как у борцов сумо, за цепи прикреплены два подкаченных и загорелых раба–мужчины, стоящих на четвереньках, как собачонки. Они тоже в ремнях, и из задниц у них торчат чёрные и пушистые хвосты!

— Тётушка Лина?! — Ахнул Ярон, вылупив шары, и резко отвернулся сам!

Мдя, похоже, для него это даже больший сюрприз, чем для меня.

— Ой, ну как маленький, — простонала БДСМ–щица, закатывая глаза.

— Я, я лучше пойду! — Выдал принц и помчал прочь, похоже, в истерике.

— Бойся своих желаний, юноша, — произнесла тётушка Лина племяннику вслед и перевела свой доминирующий взгляд красно–карих глаз на меня. — Ну а ты, адмирал?

— А что я?– Попятился.

Сбоку стоит гвардеец, тихонько посмеивается.

— Может, я тоже лучше к детям? К нянькам, к клоунам. Газировочки попью, покатаю на горбу Корнелию, — затараторил.

— А ну замри, — рыкнула свиноматка и посмотрела на меня оценивающе. — Хм, так–то Аделина верно поступила, спрятав тебя от наших глаз. Такого сладенького гостя нельзя оставлять без внимания.

— Но у меня нет приглашения, и собственно ладно, — пытаюсь отмазаться, поглядывая на «пёсиков» с ужасом.

— Ты бы лучше не болтал, адмирал Руди Робин, а то дам сейчас команду «фас», — усмехнулась жирная тётка.

Быстро же она меня вычислила! У них–то процы работают, всё по желанию выводится, любая информация.

— Стою, молчу, — соглашаюсь не рыпаться.

— Ну вот, — говорит вдруг радостно. — Приглашение готово. Малыш, что скажешь?

Слава Великому Квазару, обращение не ко мне! Но всё равно передёрнуло.

— Всё верно, ваше высочество, — соглашается офицер и испаряется на глазах, успев подмигнуть мне.

— Не сопроводите даму, адмирал? — Закокетничала тётка, поднимая локоть.

Твою мать! Лучше бы я остался Корнелию развлекать, а не эту жирную свинью, которая, похоже, здесь хозяйка.

— Пожалуй, но меня смущают ваши «пёсики», нет, они меня пугают.

— Вот как? А ну сидеть! — Скомандовала резко, и я сам чуть не присел.

Оба мужичка опустили пятые точки, растопырив ляжки, как настоящие собаки.

— Дружить! — Последовала очередная команда, и оба завиляли задницами.

Закрываю лицо руками. Слышу, как отстёгивает их.

Сама цепляется под руку и довольно грубо тянет мой локоть.

Чего я там искал? Естественности? Вот, пожалуйста — свинка, любите, какую есть.

Оставляя рабов позади, госпожа Лина выходит на свет. И теперь я вижу гостей в парке, собравшихся за столиками всяких форматов, сидящих на диванчиках, стоящих или прогуливающихся. Их не так много, но они шокируют воображение.

Столь же раскованно и откровенно одетых людей я мог увидеть только на сцене порно–театра. Здесь нет прилично одетых, у любого что–то да оголено, у некоторых до неприличия близко к интимной зоне. Наряду с пестротой и несуразностью местами в причёсках, краске на лице, квантовых линзах в глазах и татуировках на теле, самые аппетитные и сексуальные части тела, вероятно, как считают сами обладатели, выставлены напоказ или подчёркнуты.

Как у баб, так и у мужиков. Он последних просто воротит.

А вот с дамочками… здесь уже есть на что полюбоваться.

Взгляд приковывает одиноко стоящая ко мне боком красотка, посасывающая сочными губами коктейль и задумчиво смотрящая вдаль в сторону моря. Платье состоит из голубых лент, которые едва стоячую грудь размера четвёртого прикрывают спереди, но не сбоку! И торчащие подкаченные булки, переходящие в аппетитные ляжки, тоже сбоку открыты. Ещё каблук высокий всё держит в тонусе. Талия тончайшая, каких в природе мало. Понимаю, что в такое тело ринн ввалено, как в целый флот. Но молоденькое лицо даёт надежду, что всё–таки много и натурального в ней.