Чтение онлайн

В итоге довожу до оргазма всех разными техниками!

Кроме принцессы.

Оборачиваюсь к ней с дымящимся членом, стоящим уже колом и естественно прорвавшим все листики трусов и юбку из травы.

— Видишь? — Показываю на него.

А у той шары на выкате и слюна аж потекла с уголка сочных губ.

— Ты не одноразовый, — прошептала с восторгом. — Ты вечный. С таким я захвачу весь мир и усмирю непокорных!!

Хм, далеко идущие планы. Замечательно.

Опомнилась, засуетилась. Встала передо мной рачком, выгнувшись так, что низ сисек стало видно. Определённо самый лучший вид сзади мне достался в финале. Аккуратная киска с плотно сомкнутыми половыми губами выглядит просто идеально и манит. Но я собрал волю в кулак, засомневался. Потому что все её подружки разлетелись. Скорее всего, я им больше не интересен.

Мне же нужен хороший предмет шантажа. Наобещать оргазмов после вылета, подогрев новыми эпизодами. Будет смотреть, как других приходую и взмолится.

Так что нет, моя хорошая!! Как бы ни хотел засадить, точно нет! Прямо возгордился собой тут же.

Хлопнул по попе пару раз со словами:

— Прости, дорогуша, на сегодня я устал.

— Ай! — Вскрикнула вдруг принцесска и задёргалась, выгибая спину. Будто кошка, которая хочет выблевать комочек шерсти.

— Что уже?! — Взвизгнул сам и упал на задницу ошарашенный.

Через пару мгновений моя надежда на месть улетела прочь, ударившись попутно о ствол дерева.

Сижу и думаю в одиночестве. От двух, мать его, шлепков по заднице она кончила! Ну насмотрелась на оргазмы подруг, только это в оправдание лезет. А раньше я что с ней делал? Пытался любить, вился вокруг неё, пел в уши романтические истории про космос. Как хорошо в других мирах. А на самом деле лучше, чем тут почти нигде нет. Особенно, когда я разобрался, где собака зарыта.

Анализирую ситуацию. Так, похоже, у красных феек эффект другой, не как у диких. Ведь Риси после оргазма полезла полноценный секс получать. А этим хватило. Видимо, у них стадия развития такая.

Чуть подождав, авось вернутся, двинулся спуск искать к пруду, откуда все свалили. Даже последняя фейка, что туда занырнула, подвывая, уползла быстро в кусты.

Пока иду, надо мной и рядом бабочки с красивыми крыльями начинают скапливаться. Птички с перламутровыми яркими пёрышками на ветках появляются, провожая глазами–пуговками. В траве змеи зашуршали. Вижу, жуки размером с хомячков уже строем идут за мной. Корни деревьев трещат в земле! Листва шелестит, как живая, будто хочет меня предупредить.

И мне это совсем не нравится. Потому что сама природа ждёт, когда моим телом можно поживиться!

К воде спустился, контур виртуальный по тропке до Мерцающих ведёт. Но теперь я уверен, что эти тропки только для жертв феек, где потом их трупы быстро перерабатываются природой. Мужики по ним и ходят местные. Девки же летают, как им вздумается.

Уселся на поросший мхом камень и загрустил.

Минут десять ничего не происходило, только бабочек налетело вокруг и село на землю столько, что можно с цветочной поляной спутать эту красоту.

А затем Риси над водопадом вдалеке пропахала с криками:

— Руди! Руди! Скучаю! Остыла! Вернись! Ру, ру, Руди!

Позади дуновение ветерка ураганом снесло всех бабочек в воду. И голос Вупины–ри задумчивый такой раздался:

— Руди? Руди Робин…

Млять, узнала!

Подумал, убьёт, поэтому боевую трансформацию врубил в ту же секунду. И замер, чтоб без лишних движений, дабы не провоцировать.

Тем временем, моя Риси умотала прочь, похоже, куда глаза глядят.

Как же тяжело и некомфортно без сопровождения и страховки в таких мирах ходить!

Принцесса обошла меня и на коленку устроилась, протискиваясь между ног. Уже приодетая в листики, бусики у неё на шейке из дерева и косточек. Волосы в паутинке какой–то форму колпака на голове делают стойкую. Корона что ли?

Посмотрела с подозрением и произнесла неожиданно кокетливо:

— Руди, как я могла забыть этот запах. И этот вкус.

Меня аж передёрнуло. Чуть не поддал коленом.

— Чтоб цвет менялся, и сила росла, рожал? — Спрашивает она совершенно серьёзно.

— Какой цвет, крошка? Кого рожал? — Посмеиваюсь.

— Я Вупина–ри, вожак правящего клана Мерцающих грибов, — заявляет надменно. — Не крошка, о росте не суди.

— Виноват, ваше блестящее.

— Так не рожал? — Спрашивает, ёрзая. — Но преобразился. Пестик же новый, сильный. Бесконечный. А сколько за раз можешь, если отдохнёшь?

— Двадцать, — отвечаю, не думая.

Похоже, ни одна дура так и не поняла, что можно руками. Они что, не мастурбируют?! Ага, только сиськи мнут.

Ха! Когда красные фейки спалят, что от этого не забеременели, я уже помашу им членом с флагмана.

— Как отдохнёшь, буду первая, — говорит требовательно. А глазища как горят!

Да неужели? Оргазмы у них не одноразовые. Вероятно, только эффект зачатия так действует, что потом уже мужик не нужен. А значит, вставлять и кончать в неё всё равно нельзя! Потеряет интерес.

Вот ты и попалась, сучка гадкая. Растягиваю победную улыбку, но спохватываюсь, чтобы пачку не сильно открывать. Зубы им вообще показывать нельзя! Она сперва разорвёт, а потом опомнится.

Сидит на коленке очаровательный, хищный зверь, опаснее которого нет на этом свете. И думаю я, как же его уговорить дать осознанное согласие, которое засчитает контроллер!

Только рот открываю, чтоб начать обработку. Поднимается и зовёт в свой клан.

— Дорогу знаешь, но я всё равно провожу, — говорит, как ни в чём не бывало. — А то вьются дикие, устала гонять уже. Пестик им твой, который теперь мой, покоя не даёт.

За ней иду и любуюсь виляющей задницей. Широкие бёдра, булочки упругие торчат в сочетании с тонкой талией — термоядерная сметь!

— Точно твой? — Уточню на всякий случай.

— Клятву любви мне не забыть твою. Я три дня плакала, когда тебя чужая пыльца унесла.

— Серьёзно?

— Да, я погорячилась, заставив тебя плакать. Мы не дикие, чтоб поддаваться слезам других, но иногда тянет. А ты точно ещё не отдохнул?

Обернулась даже с надеждой во взгляде. Ох, что за крошка — первое впечатление, которое точно тебя убьёт!

— Нет, ещё нет!

И так она спрашивает каждые три минуты, пока не выходим из–под крон, покидая лес. Спускаемся и шагаем вдоль речки. Сразу распростёрлись пейзажи. Слева горы, покрытые зеленью, справа через берег до горизонта равнина. А впереди скалы из застывших синих хрустальных грибов. До пристанища метров пятьсот. А я сразу справа замечаю странности.