Чтение онлайн

Маленков не успел ответить — заговорил Мэрфи.

— Послушай, лейтенант, вчера я немного погорячился, — Мэрфи умиротворяюще поднял руки. — Давай стрелять вместе. Черт побери, у нас и так хватает хлопот, зачем создавать их самим?

— Это не твое дело, американец.

Николай покачал головой, следя за выражением своего лица.

— Давай, Мика. Мы так давно знакомы друг с другом. Ты многое повидал, многих наших товарищей выручил из беды. Что с тобой творится? Почему ты…

— Товарищ старший лейтенант, думаю, что воспоминания о тех временах, когда мы выполняли свой священный долг и претворяли в жизнь политику партии, напомнят тебе сейчас о твоих обязанностях… и о том, с кем ты их исполняешь.

Николай положил ружье на пол. Долго так будет продолжаться?

— Мика, не заводись, пожалуйста. После того, что с нами со всеми приключилось, это…

— Может быть.

— Виктор сказал…

— Виктор сейчас не в себе.

Маленков оставался недвижим, но кровь забурлила в жилах.

— А я думаю с ним все в порядке. Мика, это ты завелся, брось этот тон. Чем я занимаюсь, тебя не касается, товарищ лейтенант.

Мышцы Габания напряглись, он скользнул глазами в сторону Мэрфи, который чуть наклонился вбок — ружье покоилось в его руках.

— Вот с кемты тренируешься, Николай.

— Здесь свободная страна, — мягко заметил Мэрфи. — А кроме того, будет день, когда он окажется у меня за спиной. Мне хотелось бы знать, как стреляет человек, который будет прикрывать меня.

Мика кивнул, лениво усмехнулся.

— Я слышал, что американцы в основном стреляют в спину.

Лицо Мэрфи окаменело.

— Может быть, ты подойдешь поближе и повторишь, парень? Мне бы не хотелось стрелять и разносить тебя и эту стену в клочья. Может, мне нравится кто-то из ваших.

— Стойте! — крикнул в панике Николай. Пытаясь утихомирить их, он встал между ними и поднял руки. — Мы ведем себя как идиоты! Мика, не забывай, теперь мы сражаемся вместе. Мы, американцы, евреи — мы союзники! Мы на одной стороне — против Пашти!

Мэрфи стоял спокойно. Атмосфера начала разряжаться. Губы Мики медленно дрогнули, глаза заискрились.

— Союзники. Да, сейчас. Но на Земле все осталось по-старому, и мы не знаем даже, чем все это закончилось. — Он повернулся на каблуках и с прямой спиной промаршировал гневной поступью туда, откуда появился.

Николай медленно выдохнул. Сердце глухо стучало в груди. Мэрфи, стиснув челюсти, мутным взглядом смотрел в коридор, в котором исчез Габания.

— Эй, я старался.

— Знаю. — Николай тяжело вздохнул. — Не сердись на него, Мэрфи. Это… Ох, не знаю. Слишком много старых ран. У наших офицеров отличная подготовка. Мика закончил военную академию имени Фрунзе. Он несколько раз отличился. Он хороший солдат. Он… он…

— Угу, — пробормотал Мэрфи, все еще злясь. — Знаю. Послушай, Ники, забудь об этом. На этой небесной телеге надувных шаров полно отличного виски. Превосходное обслуживание: ты всего лишь подставляешь стакан, говоришь “виски” — и все отлично. Пошли. Я заказываю, и к черту Габания!

Николай рассмеялся, взял Мэрфи за руку, но так и не смог отвязаться от воспоминания о взглядах, которыми обменялись его друзья. Он знал подобный взгляд, взгляд собаки, готовой к драке, взгляд убийцы. И я обязан называть его лейтенантом чтобы сгладить ситуацию. Это к хорошему не приведет.

Когда сила притяжения придавила Риву, укрепленное сиденье, казалось, обволокло ее тело. Ее окружила удивительная прозрачная пена, которая поддерживала руки, находящиеся под действием перегрузки; она сделала разворот. Маленький прибор, измеряющий силу гравитации, мигнул, она выполнила маневр с перегрузкой 16 g, а ведь на “Ф-16” пилот способен выдержать не более 9 g.

Она успокоилась и потянула рычаг назад, тело вдавилось в сиденье, а торпеда устремилась вперед с ускорением в 10 g. На расположенном перед ее глазами экране появился бок огромной красной планеты. Скорость увеличивалась, она вспотела, глядя, как стремительно приближается поверхность планеты.

Система отключилась.

— Вы себя уничтожили, — сообщил компьютер. — Ваш корабль не обладает способностью входить в атмосферу со скоростью тысяча семьсот шестьдесят два километра в секунду. Испарение с корпуса привело ваш корабль к аварии. Будьте добры исправить ошибку.

Рива нажала на кнопку, возвращаясь на исходную позицию.

— Эй! Рива! Ты там? — что-то похожее на стук, производимый рукой в перчатке, послышалось из-за дверцы люка.

— Барб? Это ты?

— Да. Катерина и я, мы обе уже вылезли. Мы свое отработали. Не хочешь пойти съесть что-нибудь? Сегодня вечером нам предстоит изучить порядка пятнадцати досье, а завтра в шесть мы сюда вернемся.

— Вылезаю. — Она нажала на кнопку отбоя, и забавная чистая пена начала медленно исчезать, растворяясь в пространстве, окружающем сиденье пилота. Рива встала и отключила контрольные щитки в соответствии с учебником.

Когда остатки пены впитались в пол, она открыла люк и вышла наружу, стянула шлем и повесила его на вешалку рядом с тренажером.

— О-о-о, — она сделала глубокий вдох.

Барбара Дикс улыбнулась. Она стояла рядом с маленькой блондинкой, Катериной.

— Черт возьми, я никогда не летала ни на чем похожем! Однажды я заплатила одному парню двести баксов, чтобы прокатиться на “томкэте”, но мне и в голову не приходило, что я когда-то полетаю на такой штуковине! Как им удается создавать силу притяжения?

— Гравитационный контроль, — вмешалась Катерина, на лице ее было восхищение. — Если бы мы могли делать подобные вещи, подумайте, какие бы открылись возможности!

— Ты говорила что-то насчет еды?

— Ага, пошли. Я приглашаю. Ты знаешь, я возненавижу эту чертову общую столовую. В этом наряде я чувствую себя бифштексом. Если бы я хотела стать моделью “Плэйбоя”, я бы пошла по той же дорожке, что моя младшая сестра, и стала бы фотомоделью. Кроме того, у меня нет сисек, — Барбара поморщилась.