Чтение онлайн

— Вполне достаточно. Я поспешил, господин министр. Его дело ляжет на ваш стол.

— Я еще раз обдумал этот вопрос и хочу сказать, что не нужно этого делать. Не беспокойтесь. Если речь идет об одном из ваших фаворитов…

— У меня нет фаворитов, господин Макклюр. Я никого из них не люблю.

— Иногда у меня создается впечатление, что вы относитесь неприязненно даже к самому себе, что вы и сами себе не нравитесь. Итак, на чем мы остановились? Ах, да! Итак, когда вы совершили эту нелепую ошибку в отношении этих хроший, миссис Маргатройд увидела в этом возможность для себя совершить доброе дело. Полагаю, она хотела, главным образом, разнообразить свою программу, внести в нее что-то новенькое, неважно что. И вот Пиджи-Виджи начал рассказывать своим маленьким друзьям об этом ужасном происшествии и попросил их написать ему и присоединиться к обществу «Друзья Ламокса». В течение первых двадцати четырех часов они получили более трех миллионов ответов. К настоящему времени наверное половина всех малышей на этом континенте — и никому не ведомо, сколько на других — являются членами общества «Друзья Ламокса». И они поклялись защитить его от преследований.

— Ее, — поправил мистер Кику.

— Да?

— Впрочем, извините. Скорее, ни то, ни другое не соответствует действительности. У хроший шесть различных полов. Можно назвать Ламокса и он, и она. Вообще, тут понадобится введение в наш лексикон новых слов. Но не в этом суть.

— Хорошо, это для меня не существенно, — согласился Макклюр. — Но если мы и вправду не будем больше ничего сообщать о Ламоксе, то, боюсь, наши малыши начнут революцию. Я и в самом деле так думаю. И, кроме того, поклонниками Пиджи-Виджи являются многие взрослые. Учитывая все это, можно, фигурально выражаясь, сказать, что наше министерство заработало фингал под глазом. Но Беула Маргатройд согласна выступить вместе с нами и помочь выйти из этой ситуации. Она проведет с нами интервью, я буду отвечать на общие вопросы, а вы поможете мне, сообщая некоторые детали — речь будет идти о том, что нужно проявлять терпимость в отношении любого существа, и о том, как наше министерство намеревается защищать права наших негуманоидных друзей. Ну, обычная наша линия. Затем Пиджи-Виджи спрашивает, что случилось с Ламоксом, и вы отвечаете всем малышам, что Ламокс на самом деле оказался чем-то вроде сказочного принца или принцессы, о чем никто поначалу и не подозревал, и как Ламокс отправился к себе домой на небо. Это будет великолепно, — и Макклюр добавил: — Это все, что вам нужно будет сделать. Они могут вставить в передачу еще кадры, как Ламокс входит на корабль хроший и машет всем рукой на прощание. Затем все мы съедаем по чашке «Ханки» — ну, пищи для завтрака, — но не беспокойтесь, я позабочусь, чтобы ваша чашка была пустая. Пиджи-Виджи поет свою обычную песенку, «Небесный жаворонок». Конец. Это займет не более двадцати минут и будет очень полезно для нашего министерства.

— Нет.

— Но Генри… Ну хорошо. Можно сделать так, что вам даже не придется притворяться, что вы едите «Ханки»…

— Нет.

— Генри, вы ведете себя просто невозможно! Неужели вы не согласны с тем, что это, в конце концов, наше дело — помочь понять нашим малышам их ответственность и занять правильную позицию в нашем сложном веке, веке Содружества Цивилизаций.

— Нет, не согласен. Это дело их родителей и учителей, никак не правительственного учреждения. Наше министерство и так перегружено непосредственно своими задачами, все усложняющимися по мере появления новых ксенологических проблем.

Про себя мистер Кику добавил: «Даже если бы я согласился, поедание „Ханки“ не помогло бы достичь какого-либо результата».

— Вы очень узко смотрите на мир, Генри. И я бы сказал, что у вас бюрократический взгляд на вещи. Вы хорошо знаете, что мы оказались в весьма неприятной ситуации в связи с этой проблемой хроший, и имеет место еще ряд проблем, таких как «Общество сохранения статус кво», которое истошно призывает к изоляции, и «Лига сохранения Земли для людей» — они буквально наскакивают на нас. Все это делает работу министерства весьма затруднительной.

Кроме того, у нас сейчас есть возможность настроить общественное мнение против этих сборищ сумасшедших, а вы не хотите помочь нам. Вам не приходится иметь дело с людьми из «Общества сохранения статус-кво» и «Лиги сохранения Земли для людей». Они вас не беспокоят, потому что я принимаю их натиск на себя и не допускаю их к вам.

— Мне очень жаль, сэр, но, думаю, вам вообще не следует тратить на них время. Вы, без сомнения, знаете, что за каждым действием этих обществ стоят финансовые мотивы, хотя они и кажутся сборищами психов. Пусть коммерческие организации с интересами, прямо противоположными их интересам, воюют против них, — такие, как, например, транспортные компании, импортеры или исследовательские компании. Мы же занимаемся международными отношениями. Когда нам докучают различные группы, пытающиеся оказать на нас давление, пусть с ними имеют дело наши специалисты по контактам с общественностью. В конце концов, это их работа, и за это они получают деньги.

— Но ведь я сам, в конечном счете, не кто иной, как специалист по контактам с общественностью, только более высокого ранга, — сердито ответил Макклюр. — У меня ведь нет никаких иллюзий в отношении моей проклятой работы.

— Это не совсем так, сэр. На вас лежит ответственность за политику, которую мы проводим. Я же — лишь исполнитель этой политической линии в рамках своих должностных обязанностей.

— Да? Именно вы и устанавливаете политическую линию. Ездите на мне, как всадник на лошади. Сейчас я все более начинаю это осознавать.

— Мне искренне жаль, сэр. Похоже, что сейчас каждый участвует в формировании общественного мнения и политической линии… даже швейцар… в какой-то степени. Это совершенно неизбежно. А что касается меня, то я просто стараюсь выполнять свою работу.

Личный секретарь мистера Кику вызвала его по связи.

— Мистер Кику, министр у вас? Его ожидает миссис Беула Маргатройд.

— Я буду сию минуту, — ответил Макклюр.

Кику спокойно добавил:

— Милдред, займи ее чем-нибудь ненадолго — мы несколько задержимся.

— Хорошо, сэр. Помощник министра уже занимается этим.

— Прекрасно.

— Никакой задержки не будет, — сказал Макклюр мистеру Кику. — Если вы не желаете сотрудничать — что ж, ничего не поделаешь, хотя вы меня и разочаровали. Но я не могу заставлять ее ждать.

— Присядьте, господин министр.

— Что?

— Присядьте, сэр. Даже могущественная миссис Маргатройд будет вынуждена подождать. Сейчас сложилась весьма опасная ситуация, о которой вам придется доложить Совету. Возможно даже, что сегодня вечером придется собрать специальное заседание по этому вопросу.

— Что? Что вы имеете в виду?

— Я как раз занимался обдумыванием всего этого перед тем, как вы вошли, и собирался доложить об этом вам, сэр. В течение всего нашего разговора я пытался объяснить вам, что наше министерство занимается, в общем-то, более важными вещами, чем реклама «Ханки».

Министр уставился на него, затем протянул руку к письменному столу Кику.

— Эй, Милдред, говорит министр. Сообщите, пожалуйста, коммодору Мурфи, что, к сожалению, мне придется задержаться, и ему необходимо сделать все возможное, чтобы миссис Маргатройд не испытывала никаких неудобств.

— Хорошо, господин министр.

Макклюр повернулся к мистеру Кику.

— Итак, Генри, хватит читать мне нотации. Излагайте по существу.

Мистер Кику начал подробный отчет о новом кризисе в отношениях с хрошиями. Макклюр слушал без комментариев. Как только мистер Кику закончил рассказывать об отклонении ультиматума, аппарат связи на столе вновь ожил:

— Шеф, это Мурфи. Миссис Маргатройд говорит, что должна уйти, у нее назначена деловая встреча.

Макклюр повернулся к аппарату.

— У нас приватная связь?

— Конечно, сэр.

— Пожалуйста, Джек… мне придется задержаться еще на несколько минут. Попробуй чем-нибудь развлечь ее.

— Но…

— Можешь даже заняться с ней плотской любовью, если потребуется. А сейчас — отключайся. Я занят.

Он вновь повернулся к мистеру Кику и ухмыльнулся:

— Генри, вы снова поставили меня в неловкое положение. Мне не остается ничего другого, как только поддержать вашу игру.

— Могу ли я спросить, а что бы вы сделали на моем месте?